На мир обрушился чудовищный удар. Колоссальная мощь не оставила от Адриана и следа, смела половину герцогского замка и начисто стёрла возвышавшуюся за ним гору.

В одно мгновение всё исчезло. На месте прежнего ландшафта остались лишь глубокие, словно горные ущелья, расселины, тянущиеся до самого горизонта.

— Кха… кха…

Доминико судорожно хватал ртом воздух, вложив в этот удар всю свою силу и тёмную ману. Несмотря на тело Рыцаря Смерти, он чувствовал предельное изнеможение.

— Наставник…

Доминико ошарашенно огляделся по сторонам, но от Адриана не осталось ни крупицы.

— Этого… не может быть…

Тишину нарушил слабый голос. Гатдал растерянно смотрел на Доминико.

— Мой… мой Адриан… уровень Мастера, который я наконец заполучил… всё не может вот так закончиться…

Стоило Доминико перевести взгляд на Гатдала, как внутри вновь вспыхнула ярость, мгновенно вытеснив усталость.

— Гатдал!

Рёв Доминико привёл тёмного мага в чувство.

— Проклятье…!

Гатдал в панике попытался применить тёмную магию, но Доминико рванулся вперёд и мёртвой хваткой вцепился в его предплечье. С яростным рывком он вырвал руку некроманта прямо из сустава — сухожилия лопнули, и в воздух брызнула алая дуга крови. Крик Гатдала прорезал воздух; он отшатнулся, зажимая рваную культю на месте руки. Кровь хлынула из раны, окрашивая землю в багровый цвет.

— А-а-агх… кха!

Гатдал застонал от боли, схватившись за плечо, пока сквозь пальцы струилась кровь.

— Как больно… Я чувствую твою ненависть…

Тёмный маг слабо ухмыльнулся, глядя на Доминико сверху вниз.

— Намерен воспользоваться правом победителя? Рви меня на части, круши, делай что пожелаешь.

Голос Гатдала звучал до жути спокойно.

Это хладнокровие распалило ярость Доминико ещё сильнее.

— … Ладно, пусть будет по-твоему. Я заставлю тебя вымолить: «Убей меня, прошу!»

— О, звучит интригующе. Может, заключим пари? Произнесу я эти слова или нет?

Насмешка Гатдала зажгла яростное пламя в глазах Доминико.

Он уже протянул руку, чтобы оторвать врагу оставшиеся конечности, но тут прозвучал голос:

— Остановись.

Приказ Дэмиена заставил Доминико замереть на месте.

Между ними существовала абсолютная связь хозяина и слуги, не позволявшая Доминико ослушаться.

— Виктор, прошу, не мешай мне. Этот человек… он убил принцессу Фриз! И надругался над нашим наставником!

Выкрикнул Доминико так отчаянно, словно едва не захлебнулся кровью. Однако Дэмиен оставался непоколебим.

— Не обманывай себя. Вы сами навлекли это на себя. Более того, вы совершили тяжкий грех, похищая людей и отдавая их в руки Гатдала.

Доминико скрипнул зубами. Несмотря на клокочущую ярость, возразить ему было нечего.

— Но… хотя бы… позволь мне прикончить его собственными руками!

— Я не могу этого позволить. Такова последняя цена, которую ты обязан заплатить. — Голос Дэмиена звучал ледяным холодом. — И прежде всего, убивать его — не твоя забота.

— Что ты имеешь в виду…

— Время на исходе. Живо обездвижь его.

Дэмиен мысленно передал Доминико необходимые сведения.

Тот, воспользовавшись знанием Тончайшей Запретной Иглы, поразил акупунктурные точки на теле Гатдала.

— Кха, гх-х…!

Тёмный маг судорожно стонал каждый раз, когда пальцы Доминико вонзались в его плоть.

Едва тёмная мана Гатдала была запечатана, алтарь исчез — как раз вовремя, до того как рассеялись Тёмные Узы.

Гатдал был Великим тёмным магом. Даже без своих скелетов он оставался смертельно опасным противником, поэтому его следовало обезвредить прежде, чем спадёт действие ритуала.

Спустившись с алтаря, Дэмиен подошёл к пленнику.

— Виктор… Что ты сделал с моим телом? Я не могу управлять тёмной маной. Ты запечатал мои каналы? Что всё это значит?

Даже на пороге смерти Гатдал всё ещё жаждал новых знаний.

И в этом не было никакого притворства.

Достигая ступени Великого тёмного мага, человек неизбежно обретает совершенно иной склад ума.

В отличие от обычных людей, Гатдала невозможно было запугать ни болью, ни смертью.

Именно поэтому Дэмиен и остановил Доминико. Он знал: какие бы пытки ни применялись, вырвать у этого некроманта мольбы о пощаде не удастся.

— Если вздумал убить меня, советую хорошенько подумать. Я принадлежу к «Пандемониуму».

Не дождавшись ответа, Гатдал тихо рассмеялся.

«Пандемониум».

Крупнейшая и могущественнейшая тайная организация тёмных магов, стремящаяся свергнуть Империю.

Сила её была колоссальна: большинство её членов являлись Великими тёмными магами, а то и личами.

— Не знаю, известно ли тебе, но… «Пандемониум» всегда платит по счетам. Если кто-то убивает нашего собрата, месть неминуема.

Прежде Дэмиен уже убивал в Королевстве Эппл тёмных магов, прикрывавшихся именем «Пандемониума».

Но те были лишь кандидатками. Именно поэтому организация до сих пор никак не отреагировала на их гибель.

Однако Гатдал был полноправным членом. Если его убить здесь, «Пандемониум» непременно придёт в движение.

— Виктор, «Пандемониум» перевернёт весь континент в поисках тебя. Не думаешь же ты, что сумеешь остановить их, имея под рукой лишь одного рыцаря уровня Мастера?

Гатдал ничуть не преувеличивал. Одного Мастера было недостаточно, чтобы противостоять такой силе.

— Как страшно.

Однако имя «Пандемониума» вызвало у Дэмиена лишь презрительную усмешку.

Видя его реакцию, Гатдал забавно прищурился.

— Похоже, слава «Пандемониума» тебя не пугает? Какая дерзость. Жизнь такого ничтожества и гроша не стоит…

— Моё имя — не Виктор.

Брови Гатдала сошлись на переносице, в его взгляде промелькнуло недоумение.

— Моё настоящее имя — Дэмиен Хаксен.

— … Дэмиен Хаксен? Тот самый, кто убил Трупную Забаву и уничтожил «Юлан»?

Услышав это имя, Гатдал на миг застыл в изумлении.

— … Поразительно. Просто невероятно. Никогда бы не подумал, что союзник Церкви окажется Великим тёмным магом.

При словах «тёмный маг» Дэмиен брезгливо поморщился.

— Я лишь использую тёмную магию, но я не тёмный маг. Не смей равнять меня с подобной падалью.

Гатдал растерянно моргнул.

— Я вовсе не это хотел…

— Так что даже если «Пандемониум» начнёт расследование в стране Алмонд, им будет крайне непросто выйти на мой след.

С самого прибытия в страну Алмонд Дэмиен пользовался именем Виктор.

Хоть он и наделал немного шума — например, избив дубинкой рыцаря Среднего ранга, — по одним этим слухам невозможно было связать Виктора с Дэмиеном Хаксеном.

— Ты слишком недооцениваешь «Пандемониум». Существует множество способов докопаться до правды…

— Рассчитываешь оставить после себя воспоминания при помощи тёмной магии?

Улыбка мигом сползла с лица Гатдала.

— Ты собираешься рассеять вокруг тёмную ману, пропитанную твоими воспоминаниями. Чтобы позже, когда «Пандемониум» пришлёт сюда ищеек, они смогли меня опознать.

Дэмиен видел это в прошлой жизни — именно таким способом Гатдал должен был передать сведения Доруго.

— Бесполезно. Убив тебя, я начисто зачищу это место. «Пандемониум» ничего не найдёт.

— Глупец. Способов оставить след куда больше. К тому же…

— Намерен запечатлеть воспоминания в момент гибели? Для тёмного мага твоего калибра предсмертный отпечаток и впрямь выйдет весьма сильным.

Когда Дэмиен вновь вскрыл его замысел, лицо некроманта каменело всё сильнее.

— Хватит пустых угроз. Отныне всё, что тебе остаётся, — это страдать.

Дэмиен положил ладонь на голову Гатдала и, направляя в его разум поток тёмной маны, произнёс:

— Пришло время платить по счетам.

Едва тёмная мана хлынула внутрь, перед глазами Гатдала всё померкло.

Миг спустя мрак рассеялся, и он обнаружил себя в странном месте.

Вокруг простиралась лишь мешанина белого и синего цветов, в которой некромант невесомо парил.

— Так вот оно что… пространство души.

Будучи опытным тёмным магом, Гатдал быстро сообразил, где оказался.

— Притащить меня сюда… Какой же ты безрассудный дурак.

На губах некроманта заиграла жестокая ухмылка.

В пространстве души всё решала исключительно её сила и величие.

Душа же Гатдала, Великого тёмного мага, была не просто необъятной, но и обладала колоссальной мощью.

Здесь он мог запросто сокрушить душу Виктора — нет, Дэмиена. А если повезёт, даже захватить его тело.

— Что ты назвал безрассудством?

Голос раздался прямо за его спиной. Улыбка Гатдала стала ещё шире.

— Если не понимаешь, я с радостью тебе объясню!

Выкрикнул он и резко обернулся. Но в тот же миг, как Гатдал увидел душу Дэмиена, всё его существо сковал ледяной ужас. Он понял, что совершил роковую ошибку.

Первой мыслью была тьма.

Вокруг Дэмиена клубился мрак. Он бушевал, словно чудовищный шторм, готовый поглотить весь мир.

Второй мыслью была смерть.

Пронизывающий до костей холод, будто его бросили в зимнюю полынью, разлился по всему телу. Кожу закололо мерзкое ощущение, словно под ней копошились десятки тысяч насекомых.

Сам того не осознавая, Гатдал рухнул на колени. Он вжался лбом в пустоту под ногами и затряс головой.

Но даже столь жалкое пресмыкание не могло унять животный страх.

— Гос… господин… ах, нет… вы…

С его губ непроизвольно сорвались почтительные слова.

До сих пор Гатдал пребывал в чудовищном заблуждении. Он полагал, что Дэмиен Хаксен — такой же Великий тёмный маг, как и он сам.

Но в это мгновение осознал, как глубоко ошибался.

Дэмиен не был обычным Великим тёмным магом. Он достиг высот, несоизмеримо превосходивших всё, что Гатдал мог себе вообразить.

— З-зачем… обладая такой силой… вы вообще создавали… скелетов…

С такой мощью Дэмиен мог прикончить его, даже не прибегая к некромантии.

Раздавить его было бы проще, чем человеку прихлопнуть муравья одним пальцем.

— Потому что я проникся к ним сочувствием.

Слова эти остались для Гатдала загадкой.

— Тебе не понять, каково это — видеть врага прямо перед собой и быть не в силах ничего сделать. Насколько это горько и безысходно. Я сам через это прошёл.

— О чём… вы говорите…

— Хватит болтовни… Пора начинать.

Дэмиен щёлкнул пальцами. В тот же миг с небес хлынуло нечто белёсое.

Прозрачные сгустки заполнили всё пространство. И каждый из них источал лютую ненависть и гнев, обращённые к Гатдалу.

Души.

Души десятков тысяч людей, которыми он играл, словно куклами, теперь впились в него немигающими взглядами.

— Постойте…

Даже Гатдал, прежде с презрением смотревший в лицо смерти, ощутил всепоглощающий ужас.

— Нет… этого не может быть…

Боль, которую испытывает душа, не идёт ни в какое сравнение с муками плоти.

Каким бы великим магом он ни был, разум не выдержит, если его начнёт терзать такая орда мстительных душ.

— П-просто убей меня… Убей же…!

Отчаянно взмолился Гатдал. Но Дэмиен даже бровью не повёл.

Он просто отвернулся и растворился во тьме.

— Умоляю, убей меня!

Десятки тысяч душ плотным кольцом сомкнулись вокруг некроманта.

И вскоре пространство разорвал вопль, в котором не осталось ничего человеческого.