Мы снова оказались на вершине маяка. С помощью эфирного зрения я разглядел пару пикси на самом краю: они вглядывались в сторону гавани. Шум далекого боя надежно скрадывал наши звуки, так что наше перемещение осталось незамеченным.

— И на что это мы смотрим? — Спросил я, возникнув прямо над ними.

Обе феи в панике сорвались с крыши. Та, что покрупнее – Найара – мгновенно оказалась перед самым моим носом и принялась гневно жужжать на своем языке. Она все еще оставалась невидимой, но прекрасно понимала, что я ее вижу.

— Она говорит… — начал было Морвейн.

— Я знаю, что она говорит, — улыбнувшись, перебил я и просто проигнорировал ее тираду.

Пикси – существа вредные, так что пусть привыкает быть на месте жертвы. Развлечься нам сегодня вряд ли еще выпадет шанс. Повернувшись, я пошел к Константину на другую сторону площадки.

Внизу пылали здания, то тут, то там вспыхивали очаги схваток. В городе не было крепостных стен, и отряды авантюристов легко проникли в самые глубины кварталов. Благодаря четкой сеточной планировке и хорошему освещению улиц, с высоты нам все просматривалось как на ладони. В магии у искателей приключений было явное преимущество, но это вам не подземелье. Некоторые группы зашли слишком далеко, и я четко видел, как вокруг них сжимается кольцо.

— Поможем им? — Спросил Константин, оценивая обстановку.

— Придется, видимо. Хотя стражники-нашасари воины так себе, — заметил я, намекая, что авантюристы вполне могли бы справиться и сами.

Константин косо посмотрел на меня:

— Это ты привык жульничать своими заклинательными формами. А они обучены не хуже любой королевской стражи.

— Начнем оттуда. — Я указал на площадь ближе к центру. Девять или десять авантюристов отбивались от втрое превосходящих сил противника. К их флангу уже спешили арбалетчики, и добром это явно не кончилось бы. — Морвейн! — Окликнул я медведя-оборотня, препиравшегося с разъяренными пикси. Тот грузно подковылял к нам – хромоты как не бывало. — Держи. Используй сам или отдай тем, кому совсем худо. — Я протянул ему несколько малых зелий исцеления собственного изготовления. — Сейчас прыгаем вниз, устраиваем погром и сразу назад – осмотримся, где еще нужна помощь.

Мы материализовались в узком переулке прямо перед носом у семерых стражников-нашасари, бежавших мимо с арбалетами и палицами на бедрах. Выскочив первым, я сгустил воздух и снес двоих с фланга, проскочив на другую сторону улицы. Едва они развернулись ко мне, я отпустил удержание заклинания, а Константин с Морвейном ударили им в спину. Все было кончено за считанные секунды. Нас заметили искатели приключений, мы лишь сдержанно кивнули им и тут же растворились в воздухе, вернувшись на башню.

— А эссенцию собирать не будем? — Уточняя обстановку, спросил медведь-оборотень. Феи вокруг снова зажужжали, требуя объяснений.

За меня ответил Константин:

— В такой заварухе не до того. И хоть эти глупцы сами виноваты, что не дождались сигнала, капли промедления могут стоить кому-то жизни.

Я лишь молча кивнул, уже присматриваясь к новым стычкам:

— Готовы?

Закрепив новый Якорь, я протянул спутникам руки и, едва ощутив их хватку, снова перенес нас в пылающий город…

<><><><><><><><><><><><><>

Я стоял на восточном маяке. На горизонте тонкой, зловещей багрово-оранжевой полосой занимался рассвет. Не помню, был ли я когда-нибудь настолько истощен – ментально, физически и магически одновременно. Я сбился со счета, сколько раз мы прыгали вниз, вырезали очередной отряд нашасари и возвращались на наш наблюдательный пункт.

Девять спасенных нами авантюристов тяжело дышали, растянувшись прямо на площадке. Еще трое сидели на крыше соседнего маяка – их вытащили в предыдущие вылазки. Константин с Морвейном прислонились к центральной каменной опоре. Им досталось еще больше, чем мне: одежда и кожа сплошь покрылись коркой засохшей змеиной крови.

С каждым часом бой становился все хаотичнее, успеть повсюду было физически невозможно, и люди гибли. Раненых и тех, кто потерял свои отряды, я перетаскивал сюда, давая им шанс отдышаться. Нам повезло: вершины башен тонули в ночной тьме, и враги даже не подозревали, что мы устроили здесь убежище. С первыми лучами солнца я приказал всем лечь плашмя, чтобы силуэты не выдали нас на фоне неба. Стычки внизу постепенно утихали: похоже, стража нашасари тоже выдохлась.

Отойдя от края, я присел рядом с Константином и Морвейном, раздав им по яблоку и жирному свиному сэндвичу, добытому где-то по пути. Едва я вонзил зубы в свой, как острый соус с луком брызнул прямо на штанину. Невзирая на грязь и кровь, я слизнул каплю и отправил остаток в рот.

— Думаю, армия сильно расстроится, когда причалит: убивать тут уже почти некого, — пробормотал Константин с набитым ртом. Это было не совсем так – в городе все еще оставались сотни стражников. — И чего этим идиотам не сиделось до утра?

Эльфийка неподалеку приподнялась, поморщившись и держась за бок. Ее лицо было измазано сажей, золотистые волосы спутались, а мягкий кожаный доспех потемнел от грязи и порезов.

— Гильдия Благородных Ветеранов пошла в город первой. Когда начался бой, «Золотые Жнецы» и «Багровые Стервятники» ринулись за ними. Наш командир их проклинал на чем свет стоит, но в итоге и нам пришлось ввязаться.

— Магиня Кастилия вас нашла? Предупредила про лес? — Спросил Константин.

— Не знаю, о ком речь, но над лесом поставили Воздушный заслон, чтобы никто туда не сунулся, — ответила она.

В моей руке возникло малое зелье исцеления, и я бросил его девушке. Она поморщилась от вспышки боли, когда ловила флакон. Этикетка была на эльфийском, но, прочитав ее, она лишь засунула зелье за пояс. Разумно: лучше подлечиться магией, а зелье приберечь на случай, когда мага рядом не окажется.

Раз Кастилия сумела выставить заслон, значит, и до флота весточку донесла. Константин продолжить беседовать с эльфийкой, а я закрыл глаза и сам не заметил, как провалился в сон.

Толчок в бок заставил меня очнуться. Константин тихонько подпихивал меня ногой. В нескольких шагах от нас громко храпел Морвейн, пуская слюни на каменные плиты; пикси ниде не было видно.

— Флот подтягивается, — без лишних прелюдий сообщил Константин. — На рассвете из города деру дали около пяти тысяч нашасари. Остались в основном растерянные люди. Прячутся по домам, не знают, что делать.

— Откуда здесь вообще столько людей? — Пробормотал я в пустоту.

— Еда для змеелюдей, — отозвался бывалый авантюрист. Он пожевал какую-то дрянь и сплюнул. Похоже, горький корень – местное обезболивающее.

— И для демонов тоже, — добавила та самая эльфийка. — Нам говорили, нашасари ждут демонов как своих спасителей. А орде демонов тоже нужно что-то жрать.

Я молча кивнул: более убедительной гипотезы у меня все равно не было.

Поднявшись на ноги, я ощутил долетевший даже сюда запах смерти; над городом уже кружили падальщики. Я пустил по телу импульсы исцеления, разгоняя боль в мышцах. За всю ночь я обошелся всего двумя эфирными восстановителями, но адреналин спал, и тело отозвалось дикой усталостью. Суставы и мышцы протестующе заныли, пока магия не принесла облегчение. Подойдя к краю, я взглянул на гавань. Судя по солнцу, Константин дал мне поспать от силы часа два.

Возле самого уха раздалось жужжание. Я едва не хлопнул по нему ладонью, но вовремя сдержался. Невидимая пикси опустилась мне на плечо и тихо зажужжала, надеясь, видимо, что я ее пойму. Надо будет при случае зайти в Мир Грёз и заняться ее языком. Не дождавшись ответа, она затихла, и мы вместе стали смотреть на сотни парусов, накрывших горизонт.

Оставалось надеяться, что выпущенный крошка-кракен не начнет крушить наши корабли. Достав зрительную трубу, я навел её на флот и быстро отыскал «Волнолом». На носу стояли Дездемона, ее отец и Мейвит. На палубе яблоку негде было упасть от закованных в броню голиафов, готовых к десанту.

— Константин, я посмотрю, что там у них. Ты со мной?

Старик лишь устало качнул головой, и я исчез. Едва я материализовался рядом с Дездемоной, Икаром и Мейвитом, как над самым ухом раздалось отчаянное злое жужжание.

— Извини, забыл про тебя, — пробормотал я. — Да тише ты. Скоро вернемся к твоему медведю.

Мейвит расплылся в широкой улыбке, Дездемона изумленно ахнула. Первым заговорил глава гильдии:

— Город зачищен?

— Защитники разбиты, добрая четверть бежит на юг. Мы уложили около тысячи стражников, выпустили кракена и порвали портовые цепи, — отчитался я.

— Дочь уже успела кое-что рассказать, — с улыбкой заметил Икар.

— А Кастилия?

— Передала весточку. Мы осторожничаем из-за глубинных йети, но именно туда нацелены голиафы и авантюристы. В авангарде с нами семнадцать магов земли.

Похоже, отдохнуть мне не светит: придется высаживаться вместе с голиафами.

— Отлично. А сам город?

— Принцесса Эленара войдет в расчищенную гавань на кораблях Гептархии и займет городские кварталы, — пояснил Икар.

— А как успехи на других направлениях? Что вообще происходит? — Спросил я, полагая, что победа уже у нас в кармане.

Икар постучал пальцем по книге сообщений:

— От тельхийцев вести пока не поступали, но они высадились еще ночью и сейчас прочесывают сушу в сторону Домоди. В Халифате нашасари забросали гавань валунами, а на берегу авангарду пришлось пробиваться сквозь анкхегов. Те зарылись в песок, их как-то контролировали защитники. Наездники на грифонах схлестнулись в небе с гигантскими стервятниками, но воздух уже за нами.

При этих словах я невольно напрягся: надо будет обязательно узнать, как там Раэлия и Бальдо.

— Город еще не пал, — продолжал Икар. — Он огромный, высадка пехоты и осада требуют времени. Судя по последней сводке, у нашасари около пятидесяти тысяч защитников, причём их поддерживают человеческие маги, и они лупят из баллист взрывными снарядами.

— Чем? — Опешил я.

— По мнению Владык Магии, болты начинены стеклянными сосудами с порохом, — серьезно вставила Дездемона. — При ударе стекло бьется, и детонирует взрыв. Семь головных кораблей Халифата пошли ко дну, еще три тяжело повреждены.

— Маги считают, что змеелюди ставят на стекляшки руны Стазиса, чтобы те не рвали при выстреле, — мрачно добавил Икар. — Впрочем, два расчета баллист все равно взлетели на воздух прямо в башнях.

Порох. Они использовали порох. В мире с такой насыщаемостью эфиром эта смесь слишком нестабильна. Во всех алхимических фолиантах, что я читал, порох называли смертельно опасным, а в большинстве королевств он вообще находился под строжайшим запретом. Малейшая встряска – и детонация, а витающий в воздухе эфир подстегивал химическую реакцию, усиливая взрыв в разы. Именно так когда-то была снесена половина Юэцзеня. По этой же причине на Дезии никогда не появится огнестрельное оружие.

Я качнул головой:

— А что за маги-люди? Рабы? Или они добровольно сражаются за змеелюдей? Здесь мы людей среди нашасари не видели.

— Пока не знаем. Надо брать пленных и допрашивать, — Икар скользнул взглядом по строчкам книги сообщений и лишь развел руками.

— Мейвит, ты же не против, если я пройдусь с вами? — Ухмыльнулся я. Пикси над ухом снова зажужжала, но я не обратил внимания.

Мой друг задумчиво почесал подбородок:

— Даже не знаю. Вид у тебя уставший, да и помыться не мешало бы. Разве ты не должен исполнять роль герольда и сидеть над книгой?

Он явно пытался отплатить мне за то, что я не взял его с собой на башню. И хотя рожа у него была довольная, а слова звучные, шутку я оценил.

— А знаешь что, Мейвит? Ты прав, мне и правда надо помыться.

Похлопав опешившего друга по плечу, я оставил его переваривать ответ и спустился в трюм – проведать Иви.