Нынешний облик Анге и вправду сбивал с толку. Кто, глядя на этот невзрачный серовато-белый костяк, мог бы распознать в нем Золотого Скелета?

Наличие Сердца Души являлось неотъемлемым признаком высшего ранга, однако металлизация костей требовала времени. Случай Анге и вовсе был из ряда вон выходящим: свой нынешний каркас он отыскал во Дворце Упокоения, а не вырастил путем естественной эволюции. К тому же сам процесс конденсации Сердца Души прошел в обход всех правил — он сформировал его еще на стадии Скелета Серых костей, полностью проигнорировав этап Серебряного скелета. Из-за этого для превращения в золото ему сначала требовалось достигнуть серебряной стадии.

Разумеется, деление на «серебро» и «золото» было лишь условностью, основанной на цвете костей. Правильные академические термины звучали иначе: ранг лорда и ранг короля. Серебряный лорд и Золотой Скелет Король.

Сейчас кости Анге отдавали бледной серостью, выказывая слабую тенденцию к переходу в серебро, но скорость этого процесса была мучительно низкой. Прошло уже несколько месяцев, а заметить хоть малейший отблеск благородного металла всё ещё не удавалось.

Вполне вероятно, это было связано с ледяной аурой, скрывающейся внутри Ветра Упокоения.

Просидев в яме несколько месяцев, Анге день за днем втягивал в себя эту леденящую энергию. В результате все микротрещины и выбоины на его костях затянулись, что привело к колоссальному скачку плотности костной ткани.

Разница в плотности костей между обычным человеком и воином была огромной. У взрослого мечника она достигала полутора граммов на кубический сантиметр, у Святого Меча — целых двух граммов. Маги же в большинстве своём едва дотягивали до долей грамма, поголовно страдая от сильнейшего остеопороза.

Прямое поглощение ледяной ауры привело к тому, что плотность костей Анге, возможно, превзошла даже показатели такого мастера боевой ци, как Лютер. А превратить в металл столь сверхплотный каркас — задача совершенно иного уровня сложности по сравнению с металлизацией пористых костей.

Поэтому, несмотря на непрезентабельный серый цвет, по прочности костяк Анге ничуть не уступал, а то и превосходил каркасы иных Золотых Скелетов.

Леонард ощутил это на собственной шкуре. Взмахнув огромной косой, фигура скелета заскользила по полю боя с пугающей легкостью, выкашивая тяжеловооруженных воинов, словно сорняки на грядке. С сухим хрустом костей Анге оказался прямо перед рыцарем и обрушил на него лезвие.

Леонард лишь снисходительно усмехнулся, позволяя стали обрушиться на свою броню.

— Непоколебимость!

Фигуру рыцаря окутало ослепительное святое сияние. Коса со звоном отскочила, натолкнувшись на невидимую преграду.

— Коса Бога Смерти не способна пробить волю истинного рыцаря.

С этими словами Леонард нанес горизонтальный удар длинным мечом. Единорог по кличке Молния сработал безупречно. Животное резко развернулось, вкладывая инерцию своего движения в замах всадника. Леонард был уверен, что этот выпад разрубит еретика надвое.

Лязг! Длинный меч врезался в ребра Анге, отбросив того на добрый десяток метров назад.

Оба на мгновение замерли в оцепенении. Леонард опешил от того, что его клинок не смог перерубить кость. Анге же с удивлением уставился на искрящуюся зарубку на своих рёбрах.

Удар оставил борозду глубиной в палец. Засевшая в ране энергия Святого Света с шипением выжигала костную ткань.

— А ты крепкий, скелет. Но ересь остаётся ересью. Священное пламя обратит твою оболочку в пеп...

Слова застряли у Леонарда в горле. Он во все глаза смотрел, как Анге пару раз небрежно похлопал костяной ладонью по рёбрам, попросту сбивая священное пламя, словно налипшую грязь.

— Не... невозможно! Как ты это сделал?!

Леонард мог бы принять тот факт, что его атрибут оказался полностью бесполезен в силу разницы в уровнях. Но пламя сработало, нанесло урон, а затем было потушено парой шлепков! Подобное ломало все законы магии Света.

Анге недоуменно склонил череп набок. Как он это сделал? Да просто постучал костью о кость.

— На том свете у своего бога спросишь!

Лютер закинул в рот сразу несколько кусков сладкой свёклы, энергично заработав челюстями.

Леонард совершенно не понял смысла этого жеста. В его голове промелькнула презрительная мысль: «Жуёт свёклу прямо в бою? Настолько проголодался? Ещё и такую сморщенную гадость тянет в рот. Жалкий дикарь из бездны».

Тем временем воины Города Ледяной Стужи и орда нежити Филина окончательно взяли лагерь в кольцо. Снеся хлипкие заграждения, они хлынули внутрь. Несмотря на отвратительное снаряжение солдат и откровенную ветхость мертвецов, их было не менее четырёх-пяти тысяч. От отряда Церкви Света осталось едва ли восемьдесят человек.

Поначалу тяжеловооружённые воины Леонарда с лёгкостью сдерживали натиск, вселяя в сердца церковников уверенность. Но стоило им в мгновение ока превратиться в груду изрубленных трупов, как ряды охватила паника.

— Господин Леонард, ситуация критическая! Прошу, немедленно запросите доставку подкреплений через формацию!

Леонард, даже не обернувшись, холодно отрезал:

— Неужели клинки Господа столь трусливы? Даже без подкреплений вы обязаны стоять насмерть. Пусть враги познают истинное мужество Святого Авангарда!

В головах уцелевших повис немой вопрос. Стоять насмерть? Подкреплений не будет? Леонард сидит верхом на единороге и может прорваться в любой момент. Значит ли это, что их попросту бросают на убой?

Именно так. Леонард с самого начала не собирался никого спасать. Во-первых, официально этих закованных в броню бойцов здесь вообще не существовало. Если бы план прошел гладко, они бы сами вырезали весь лагерь, устранив нежелательных свидетелей. Во-вторых, гибель капитана-паладина седьмого ранга и его адъютанта в обычной разведывательной операции выглядела бы слишком подозрительно. Чтобы составить правдоподобный отчёт, требовалась массовая резня. А теперь, когда ситуация полностью вышла из-под контроля, позволить кому-либо уйти живым было и вовсе непозволительной роскошью.

— Ну давай, покажи мне мужество Святого Авангарда.

Проглотив остатки свёклы, Лютер почувствовал, как по жилам растекается обжигающая мощь. Он оттолкнулся от земли и в прыжке обрушил вниз ослепительную дугу ци меча.

— Что?! Откуда в тебе столько силы? Ты скрывал свой уровень?

Леонард с трудом отбил удар, но его руки предательски задрожали от чудовищной силы отдачи.

Лютер промолчал, сосредоточившись на атаке. Эффект сладкой свёклы действовал недолго, и тратить драгоценные секунды на болтовню он не собирался.

Лязг металла слился в сплошной оглушительный гул. Движения Лютера превратились в размытое серебристое пятно. За пару вздохов он обрушил на врага не меньше четырёх десятков ударов.

Леонард отбивался из последних сил, с трудом парируя этот шквал. Внезапно раздался громкий хруст. Оружие обоих бойцов не выдержало столь чудовищного напряжения и разлетелось на куски.

Отбросив бесполезную рукоять, Лютер подался вперёд и выбросил правый кулак. Окутанный плотным слоем боевой ци, удар устремился прямо в грудь противника.

Леонард едва успел скрестить руки в блоке.

Дёрнув плечом, дикарь тут же добавил левой. Кулаки Лютера замелькали с пугающей скоростью, вновь осыпая рыцаря градом ударов.

В этот момент Единорог по кличке Молния продемонстрировал свою истинную ценность. Перебирая копытами в изящном, почти танцевальном ритме, он уводил хозяина с линии атаки. Зверь умудрился уклониться почти от половины выпадов Лютера, а улучив момент, лягнул того задними ногами. Это было больше похоже на работу мастера боевых искусств, чем на манёвры ездового животного.

Впрочем, этот выпад не принёс результата. Лютер сконцентрировал боевую ци в предплечьях, жёстко заблокировал удар копыт и с силой оттолкнул животное назад. Воспользовавшись заминкой единорога, Лютер взмыл в воздух. Сложив ладони, он сформировал колоссальный клинок из чистой ци и обрушил его на врага.

— Материализация ци?! Высшая стадия Святого Меча! — в ужасе выкрикнул Леонард.

Предыдущие столкновения уже заставили рыцаря усомниться в том, что перед ним Святой Меч начальной стадии. Оказалось, что истинный уровень врага куда выше. В тандеме с единорогом Леонард мог противостоять начальной стадии, но против мастера высшей у него не было ни единого шанса. Не колеблясь ни секунды, он ударил себя кулаком в грудь.

— Святое Покровительство!

Хрупкий артефакт под бронёй рассыпался в пыль. Тело рыцаря мгновенно окутала полупрозрачная капсула Святого Света. Леонард застыл внутри, превратившись в неподвижную мерцающую статую.

Энергетический клинок Лютера врезался в барьер. Пространство содрогнулось от чудовищной взрывной волны, отбросившей мечника прочь. Святое Покровительство являлось божественным искусством высшего порядка. Оно даровало абсолютную неуязвимость на короткий промежуток времени и служило идеальным средством спасения жизни.

Сгруппировавшись в воздухе, Лютер приземлился и нанёс прямой удар кулаком по куполу. Звонкий гул разнёсся над полем боя. Очередная волна отдачи отсушила руку, но на барьере не появилось ни единой царапины.

— Ты всё равно застрял внутри. Подожду, пока купол спадёт, а потом раскрою тебе череп.

Леонард действительно не мог пошевелить ни единым мускулом, однако его губы растянулись в торжествующей ухмылке:

— Глупый варвар. Надеюсь, ты знаком с концепцией магической связи.

Едва он произнёс эти слова, как пространство вокруг барьера исказилось. Заработала пространственная формация. «Магическая связь» означала, что активация Святого Покровительства автоматически запускала спрятанный в снаряжении свиток телепортации.

— А как же твоя лошадь?!

Неужели этот высокомерный трус и правда ускользнёт?! Лютер в бешенстве нанёс ещё два сокрушительных удара по барьеру, но безрезультатно. В ярости он попытался пнуть единорога.

Молния ловко припал к земле, выскальзывая из-под застывшего всадника, и изящно ушёл от пинка. Животное тихо фыркнуло себе под нос: «Сам ты лошадь. И вся твоя родня — лошади». Услышать этот тихий бубнёж мог лишь сам зверь. Купол неуязвимости не распространялся на скакуна, поэтому лезть на рожон против разъярённого Святого Меча было бы верхом глупости.

Оставшись без ездового животного, Леонард завис в воздухе. Зафиксированный барьером в позе наездника, он выглядел на редкость нелепо.

— Держись, Молния! Я вернусь за тобой! — пафосно выкрикнул рыцарь, хотя фальшь в его голосе резала слух.

Но в следующее мгновение его глаза расширились от ужаса. Кто-то постучал его по ноге. Святое Покровительство блокировало абсолютно всё. Как кто-то мог до него дотронуться?!

Леонард попытался опустить голову, но смог лишь скосить глаза. И тут он увидел, как сквозь неразрушимый барьер просочилась серая костяная рука и стальной хваткой сжалась на его лодыжке.

Из-за скованности рыцарь не мог видеть картину целиком, зато Лютер наблюдал за происходящим во всех подробностях. Анге вытянул левую руку, и её часть ниже локтя попросту растворилась в воздухе — он открыл проход в пространство Дворца Упокоения. Затем скелет приблизил невидимую культю к барьеру, и костяная кисть вынырнула из пространственного кармана уже внутри священного купола.

Перехватив ногу рыцаря поудобнее, Анге с силой рванул её вниз, буквально втягивая Леонарда внутрь Дворца Упокоения.

— Где я?!

Золотые залы гробницы ударили по глазам. В истерике завопив, Леонард опустил взгляд и обнаружил, что парит вниз головой, удерживаемый за лодыжку торчащей из ниоткуда костяной рукой.

Не успел он осмыслить происходящее, как рука дёрнула его обратно. Пространство вновь мигнуло, и рыцарь оказался на поле боя — но уже за пределами своего неуязвимого барьера.

Леонард широко распахнутыми глазами смотрел, как опустевший купол Святого Света вспыхнул белым пламенем телепортации и бесследно исчез. Губы Лютера растянулись в хищном оскале. Он мгновенно сформировал клинок ци и с размаху вогнал его рыцарю прямо в грудь.