В обычном пространстве мой голос не достиг бы человека наверху, но это был сон.

— М? Ты? Ты же моя личная горничная.

Ивелин, свесившись с башни, мило улыбнулась мне.

Я подумала, что это глупо, потому что она совсем не выглядела счастливой.

Она говорила мне заботиться о своём, не давать себя обманывать. Но разве тебе нравится такое?

— Тебе не кажется забавным убегать от реальности в сон, хотя ты не счастлива?

Я почувствовала, как рядом со мной герцог Кайл пришёл в ужас. Юрель тоже, казалось, был удивлён ‒ его глаза широко раскрылись.

— В чём проблема? Сейчас?

Ивелин заговорила со мной с башни.

— Проблем нет. Нет же. Никаких проблем.

— Ложь.

Герцогиня Девнуа застыла в том самом состоянии, перед началом падения.

— Если проблем нет, почему ты так поступаешь? Ты остаёшься здесь, даже остановив смерть герцогини Девнуа.

— Мама не умерла. Она же не ушла? Пусть тело слабое, она очень любила меня. Я…

Я разозлилась.

Я сразу же швырнула вверх один из осколков разрушенного здания, паривших вокруг.

— Ты сейчас шутишь?

Бах-!

Осколок пролетел мимо места, где стояла Ивелин.

— …Разве не нужно её останавливать? Говорят, нужно убедить хозяйку этого пространства и выйти, а у нас, наоборот, чуть не началась драка. Она ведь может пораниться.

Я слышала, как герцог Кайл говорил Юрелю. Мой взгляд был прикован к Ивелин, поэтому я слышала только краем уха.

— Как нам её остановить? Ваше Сиятельство, вы уверены в себе?

— Нет, но…

— В таких случаях нужно просто стоять на месте. Если мы вмешаемся, нам костей не собрать.

От брошенного мной осколка на крыше башни появилась небольшая трещина.

Впрочем, не нужно беспокоиться об Ивелин. Она ‒ хозяйка этого сна. Хозяйка сна не умрёт, упав с такого места. В крайнем случае, мы можем её поймать.

— Проблем полно. Нам нужно выбираться, а леди Ивелин сидит здесь.

— Я не пойду! Мне здесь нравится! Здесь… безопасно, и никто меня не ранит. Ты ничего не знаешь! Не знаешь!

Вот посмотрите. Она кричит в детском облике точно так же, как обычно.

— Что значит "не знаю"? Я видела много воспоминаний леди Ивелин.

— Ты не знаешь, почему я здесь!

Глядя на маленькую Ивелин, которая говорила так, будто вот-вот заплачет.

В тот момент я холодно сжала голос.

— Эй.

На мгновение весь мир сна затих.

Возможно, потому что все три хозяина сна замолчали.

— Ты будешь капризничать? Да?

Такое странное ощущение вряд ли выпадает много раз в жизни.

— Думаешь, я правда не знаю? Нет. Уже то, что ты говоришь "ничего не знаю", означает "пойми меня". Почему ты здесь? Знаю. Конечно.

То, что я видела в воспоминаниях сна.

— Твоя проблема ясна. Ты грустишь из-за смерти матери, у тебя нет хороших воспоминаний о простолюдинах, и тебе тяжело. Но всё это отговорки. Настоящая причина, по которой ты так поступаешь…

Люди из фракции Ивелин в основном обладают сильной психикой.

Монстры? Призраки? Они их не боялись.

Во фракции Эниэль крики и ужас не прекращались, но эти трое, как и я, реагировали на монстров безучастно.

Значит, Ивелин тоже, по идее, не должна была полностью поддаться сну. Либо у неё остались бы воспоминания, как у Юреля, либо она легко проснулась бы, как герцог Кайл.

[От: Раб_Ивелин_512]

[Кому: Скучаю]

Спрашивала, что будет, если Эниэль или леди Ивелин войдут в Сон-подземелье?

Хорошо, что спросила/ У этой игры на самом деле есть параметр психики. Он не отображается, но применяется… (сокращено)]

В любом случае, леди Ивелин даже в обычном режиме, когда ей снились кошмары из-за садовника, просыпалась сама… (сокращено)

В итоге, судя по параметру психики, она должна хорошо держаться. Как и ожидалось от той, кто будет править миром… (сокращено)

— Из-за меня? Всё?

Говоря это, я сама не верила, но это была правда.

Потому что я поискала причину, по которой Ивелин, не похожая на себя, зарывается в землю.

Была ли такая причина? Не было.

Единственная причина, которая могла сломать Ивелин психологически, ‒ это я.

— Тебе было одиноко, и ты радовалась, что мы стали друзьями, но я оказалась простолюдинкой. Я ранила тебя. Ты боялась снова остаться одна. Ты просила меня понять.

Пока я говорила, мой голос, сначала взволнованный, постепенно смягчился.

Я думала, что с тобой делать.

Ли Со У. Ивелин.

Брат был моей самой драгоценной семьёй.

Казалось, холодный зимний воздух коснулся моих щёк.

После потери брата я однажды вспомнила тот день.

— Одиноко.

После смерти Ли Со У я жила как в тумане.

Ни на похоронах, ни дома я не проронила ни слезинки.

Дом был слишком тихим.

Может, потому что не было человека, который постоянно шумел, плакал и смеялся над вебтунами и играми.

Я снова пробормотала то, что повторяла про себя.

— Одиноко.

Только выговорив это, я почувствовала, как меня накрыло глубокое одиночество.

Было так одиноко.

Ли Со У, хоть я и не хотела признавать, был моей единственной связью с людьми.

С самого рождения я была вместе с Ли Со У.

Когда родители после развода оставили нас у бабушки.

Когда мы кое-как стали жить самостоятельно.

Ли Со У был для меня больше, чем братом, возможно, даже как родитель.

Но почему ты должен был умереть?

Было так одиноко. В мире так много людей, а я была одна.

Я снова захотела прикоснуться к чьему-то теплу.

Меня тянуло к Ивелин.

Мы узнали друг друга.

Потому что наше одиночество было одинаковым.

— Поэтому спускайся. Леди Ивелин. Я тоже… Мне тоже нравится леди Ивелин.

Я тоже жила не только одной мыслью спасти Ли Со У.

В этот момент потерянные воспоминания, которые Йоан отделил от меня, хлынули в мой разум. Я убедилась ещё сильнее.

Я. Жила не только для Ли Со У.

Жизнь постоянно менялась.

Конечно, главной целью был Ли Со У. Иногда я отчаянно цеплялась за эту цель.

Но когда я весело болтала с Раб_Ивелин_512 или с 1004, с которым он меня познакомил, вспоминая Ли Со У.

Когда я иногда смотрела те безумные романтические веб-новеллы, которые читал Ли Со У, и возмущалась.

Когда пустота после Ли Со У стала немного привычной, а боль ‒ притуплённой.

Я чувствовала, что жива.

Я надеялась, что однажды встречу кого-то и перестану быть одинокой.

Если Ивелин ‒ тот, кого я так отчаянно ждала.

Для меня Ивелин ‒ это первые отношения с человеком, которые я создала своими руками.

Неважно, как они начались.

— Что бы леди Ивелин ни думала обо мне. Даже если ты ранила меня. Для меня леди Ивелин ‒ друг. В конце концов, моё сердце чувствует именно так.

Я раскрыла объятия.

— Выходи вместе со мной.

В этот момент я не слышала ни грохота разрушающегося сна, ни тиканья секундной стрелки.

Ни игровая система, ни окна уведомлений не могли нам помешать.

Я не могу убить Ивелин.

В конце концов. Я тоже любила её.

Я наконец признала, что убить Ивелин, чтобы спасти Ли Со У, невозможно.

Ли Со У. Ивелин.

С того момента, как я поставила их на одну линию, Ивелин уже давно стала для меня драгоценным существом.

С момента первой встречи с Ивелин в висячем саду и до сих пор вывод моего пути был таков.

Чем больше я говорила, тем выше становилась Ивелин. Постепенно, понемногу она росла и в конце концов стала взрослой.

Герцог Кайл и Юрель больше не беспокоились.

Ивелин на башне полностью вернулась к своему обычному облику.

Надо мной стояла знакомая надменная злодейка.

Ивелин, не похожая на себя, показала слабую сторону.

— Страшно.

— Что такого страшного?

Ивелин, глядя на меня сверху вниз, захихикала, как ребёнок. Как будто я уже смеялась.

— Дурочка. Глупая. Чем больше я тебе симпатизирую, тем страшнее. Чем тяжелее становится сердце, тем страшнее.

— Боишься, что я возненавижу леди Ивелин?

— Твоё существование станет тяжёлым. Если бросить в озеро маленький камень, останутся только круги, и он утонет. Но представь, что бросаешь огромный камень размером с озеро. Вся вода выйдет из берегов.

Ивелин продолжила:

— Я тоже признаю. Ты мне нравишься. Очень. Несмотря на все эти события, я всё ещё считала тебя другом. Я полагаюсь на тебя. Даже если ты не аристократка. Моё сердце чувствует так.

— Вы просто повторяете мои слова.

Я не знала, о чём думала Ивелин, слушая меня.

У неё было очень сложное выражение лица, и, казалось, думала она о многом.

Затем её лицо стало очень лёгким.

Словно она искренне что-то приняла.

— И что с того? Я же говорю, что моё сердце чувствует именно так. Я тоже решила следовать своему сердцу. Ничего не поделаешь.

Я поняла это чувство.

Ведь я тоже уже впустила Ивелин в своё сердце.

Человек из иного мира.

Злодейка из хоррор-игры с элементами романтического фэнтези, и я, обычный человек из Кореи.

И всё же я чувствовала, что наконец-то прикоснулась к тому, кого так долго искала.

Ивелин надменно кивнула.

— Ты сказала, что я тебе нравлюсь?

— Конечно. Повторить ещё раз? Люблю тебя. Леди Ивелин.

В следующее мгновение брови Ивелин опустились, и она чисто и светло улыбнулась.

— Да. Этого достаточно. Больше ничего не страшно. Ну, лови.

И Ивелин прыгнула ко мне.

Это было падение, которое во сне казалось то странно быстрым, то медленным.

Всё было не так, как в висячем саду.

Тогда я искала Ивелин, и она упала без предупреждения.

А сейчас я ждала её, и Ивелин падала ко мне.

Падающая Ивелин наконец приблизилась.

Я поймала её, как тогда, и искренне улыбнулась.

— Поймала.

— Это я тебя поймала.

— Не смейся.

— Это ты не смейся.

Наконец мы соприкоснулись.

Я полностью поняла слова Ивелин о желании прикоснуться, о желании разделить внутренние миры друг с другом.

Это было именно это.