Нин Чжо отличался от таких гениев, как Ситу Син и Бан Цзи.

И Ситу Син, и Бан Цзи уже давно гремели на всю Фэйюньскую империю – в конце концов, они были лицами крупных организаций на стадии Закладывания Основы. Поэтому массам было прекрасно известно о них почти всё.

Но Нин Чжо был родом из чужих краёв. Он появился из ниоткуда и сразу же произвёл фурор. Сведения о нём шли в Зале Туншантан нарасхват, но цена на них всегда оставалась самой низкой.

Причиной тому было то, что все эти досье охватывали лишь поступки Нин Чжо после его прибытия в главные врата Секты Десяти Тысяч Явлений. Общая ценность такой информации была невелика.

Поэтому люди не слишком-то чётко представляли себе, что из себя представляет Нин Чжо.

Никто толком не знал, в чём он силён, сколько ему лет и из какой он страны.

Хотя во время обеих регистраций – по деревянной и каменной биркам – Нин Чжо назвал своё имя, заявил, что его основной техникой является Формула Пятиэлементных Духовных Ритмов, а уровень культивации находится на средней стадии Закладывания Основы…

Всё это запросто могло оказаться липой.

Секретные правила Секты Десяти Тысяч Явлений никогда не устанавливали на этот счёт жёстких рамок.

Впрочем, на завершающих этапах регистрации секта задействует суровейшие методы проверки, чтобы вычислять ложь и маскировку. Вот тогда-то информация о практикующих станет по-настоящему достоверной.

Поэтому большинство адептов, проводивших Малое Испытание Вздымающихся Облаков в Девятислойном Таинственном Доспехе, сосредоточили своё внимание именно на Нин Чжо.

То, как Нин Чжо повёл себя при первой встрече с бронзовым мечом, заставило всех раскрыть рты от разочарования. Однако последовавшее за этим проявление потрясающего озарения и то, как он взял ситуацию под контроль, заставили наблюдавших из тени зрителей то и дело восхищенно ахать.

«У него мощнейшая фундаментная база плоти. Бронзовый меч – это часть Таинственного Доспеха, он невероятно остр, но даже когда тот меч тяжело ранил его, раны затягивались с бешеной скоростью».

«Да он же мог просто силой закалить этот бронзовый меч! Какого чёрта он тянет?»

«Он что, учится?»

Наблюдающие со стороны отчетливо видели, как боевые навыки ближнего боя Нин Чжо стремительно растут прямо во время реального поединка.

«Какую вообще базовую технику культивирует этот Нин Чжо? В донесениях говорилось, что он практикует некое пятиэлементное искусство, но судя по базе его физического тела, он, скорее всего, развивает Море Эссенции».

«Если бы он развивал Море Эссенции и был подобен телеснику, с какого перепугу его навыки ближнего боя настолько слабы? Не сходится».

«Может, он бросил все силы на другие сферы, а боевыми искусствами вовсе не занимался?»

«Да быть такого не может! Сколько ему лет? Ему уже сорок-пятьдесят, должно быть? Столько лет – и ни разу не прикоснуться к ближнему бою и боевым искусствам?! Как он вообще культивировал на стадии Ци? Его бэкграунд наверняка невероятно мощен, за его спиной стоит сильная организация. Если его пестовали со всем тщанием, как они могли допустить такую брешь?»

Практикующие на стадии Ци по продолжительности жизни мало отличались от простых смертных – от силы жили чуть больше сотни лет.

Но стоило им прорваться к стадии Закладывания Основы, как продолжительность жизни удваивалась, составляя в среднем от двух до трех сотен лет. Возраст в сорок-пятьдесят лет на фоне общей продолжительности жизни мастера Закладывания Основы соответствовал подростку или юноше лет десяти-двадцати.

Некоторые культиваторы средней или пожилой поры стадии Ци после прорыва к Закладыванию Основы переживали качественное изменение жизненной силы и возвращали себе молодость – правда, в разной степени.

Сорок-пятьдесят лет для мастера Закладывания Основы – это самая юная пора. И конечно же, достичь этой стадии в таком возрасте – признак бесспорного гения.

Именно поэтому Ситу Син, Линь Цзинлун, Шэнь Си и прочие, несмотря на свой юношеский облик, на самом деле разменяли уже пятый десяток.

Нин Чжо внешне выглядел юношей, но обладал необыкновенным темпераментом и был донельзя зрелым. Он прошёл через огонь и воду, с двухлетнего возрасту таился и вынашивал грандиозные планы, а покинув Бессмертный Город Огненной Хурмы, странствовал по миру, участвовал в войнах и противостоял правителям подземного мира уровня Зарождения Души. Одно лишь это невозмутимое самообладание не позволяло зрячим людям относиться к нему свысоку.

По этой причине толпа зевак сильно переоценила его реальный возраст.

«Сорок-пятьдесят лет практики – и боевые техники до сих пор на таком дне?»

«Какими бы ни были причины, по крайней мере очевидно одно: он никакой не мастер боевых искусств. А вот является ли он телесником – вопрос отдельный».

«Он слишком мало дрался в Зале Воинских Искусств. Раз-два и обчелся. Да к тому же некоторые из тех поединков были закрытыми – вход для зрителей строго запрещен».

«В схватке с тигриным демоном он использовал марионетку механизма уровня Зарождения Золота. Но по этому факту вообще нельзя судить, будто его специализация – механическое ремесло».

Все сходились во мнении, что Нин Чжо происходит из влиятельной организации и сравним с семьей Бан или семьей Пи.

По своему статусу Нин Чжо напоминал Бан Цзи или Ситу Сина – он был лицом крупной силы на этапе Закладывания Основы.

При таком раскладе выдать ради защиты Нин Чжо механическую марионетку уровня Зарождения Золота было вполне возможно и вполне естественно.

«По правде говоря, стоит ему почаще ввязываться в драки в Зале Воинских Искусств, как наружу выплывет куча реальных фактов».

В Зале Кары Зла проводилось Малое Испытание Вздымающихся Облаков, и Зал Воинских Искусств, разумеется, не отставал.

По правде говоря, на ранних этапах всех прошлых съездов испытания в Зале Воинских Искусств были главным событием из главных.

Мимолетную славу и признание искали здесь бесчисленные амбициозные практики, выбирая эту грандиозную сцену для демонстрации собственной силы.

Гении никогда не уклонялись от битв: они сходились в Зале Воинских Искусств друг с другом, давили соперников, параллельно поднимая собственную репутацию и пожиная стоящую за этим выгоду.

Чем больше ярких побед одерживал боец в испытаниях Зала Воинских Искусств, тем более солидный куш он срывал.

А вес первого места в испытаниях Зала Воинских Искусств был невероятно высок!

Все чувствовали, что Нин Чжо пока держится в тени, но в будущем он наверняка станет частым гостем Зала Воинских Искусств.

Конечно, это было вполне понятно.

Сейчас новички вовсю участвовали в Малых Испытаниях Вздымающихся Облаков по всей округе, и до настоящего разогрева в Зале Воинских Искусств дело еще не дошло.

«Жду не дождусь битвы между Нин Чжо и Бан Цзи в Зале Воинских Искусств. Это будет поистине зрелищно!»

«Чего тут ждать? Как только эта драка грянет, вся информация о нём окажется слита на сторону. И сколько мы тогда выручим за то, что успели собрать?»

Многие из проводивших испытание адептов сжимали в руках нефритовые таблички, фиксируя то, как проявляют себя участники в самых разных уголках полигона.

Выступления Нин Чжо от самого начала и до сего момента были записаны на множество нефритовых табличек.

Торговля этими табличками сулила культиваторам весьма и весьма кругленькую сумму.

Битва на участке Нин Чжо перестала быть яростной и вошла в мирное русло, так что зеваки постепенно перевели взгляд на других.

Те Чжэн шагал вперед с огромным ножом с головой цилиня за спиной, всем своим видом излучая холодное равнодушие. В его руках уже красовались меч и сабля – он успел победить два комплекта Таинственного Доспеха подряд.

Лу Цзэн с бронзовым молотом в руке сражался против бронзового длинного копья, полностью захватив инициативу.

Линейка на его груди время от времени вспыхивала слабым светом, напоминая Лу Цзэну, что за ним всё это время кто-то подглядывает.

Лу Цзэн отчетливо понимал: «Боюсь, сцены моих нынешних боев уже записаны в куче нефритовых табличек».

«Малых Испытаний Вздымающихся Облаков великое множество. Чем активнее практики участвуют в них, тем больше информации утекает наружу».

«Этот процесс – одновременно и способ Секты Десяти Тысяч Явлений получше узнать новичков».

Такова была неизбежная плата.

А в другом месте Ао Пань заставлял бронзовый хлыст свистеть так, что аж воздух трещал.

Его противник, бронзовый шест, выписывал целые узоры из теней, но всё равно был отброшен назад под градом ударов.

Хлыст изгибался с гибкостью змеи и вдруг мёртвой хваткой оплел шест.

Ао Пань изо всех сил дернул на себя, подтянул шест прямо к лицу, в один миг ухватил его руками и, влив бешеный поток духовной энергии, силой закалил оружие.

Шест отчаянно сопротивлялся, но амплитуда рывков стремительно уменьшалась, и вскоре он полностью затих, перейдя к Ао Паню.

Среди наблюдавших из тени практиков кто-то тихо выдохнул: «Этот Ао Пань добыл уже три комплекта Таинственного Доспеха. Такая скорость – редкость даже по меркам прошлых лет».

Один из тех, кто неотрывно следил за Ао Панем, тут же пояснил: «Техника владением хлыстом у этого парня просто запредельная. Если не считать первого боя против бронзового хлыста, где ему пришлось пустить в ход кулаки и ноги, то во втором и третьем сражениях он от начала и до конца простоял на одном месте, не сделав ни единого шага».

Очевидно, что Таинственные Доспехи с первых этапов не могли бросить Ао Пань ни малейшего вызова.

Какой-то старец задумчиво протянул: «В искусстве владения хлыстом он достиг как минимум уровня мастера, а то и до грандмастера недалеко».

Сидевший рядом культиватор вставил слово: «Он сам представился выходцем из государства Фубо. Если потянуть за эту ниточку, должно получиться раскопать немало информации».

Ао Пань убрал бронзовый длинный шест, сделав им пару взмахов. Одним этим мимолетным движением он продемонстрировал, что глубоко постиг и искусство владения шестом.

Поразмыслив немного, Ао Пань спрятал потрепанный снаружи бронзовый хлыст и двинулся дальше, сжима Kдлинный шест в руке.

Будучи телесником уровня Зарождения Золота, он лучше всего владел хлыстом, но в то же время прекрасно управлялся и с прочими разновидностями клинков и оружия.

По правде говоря, он происходил из семьи рыбаков и вступил в речную бандіду. Еще со времен простолюдина он полагался на ножи, копья и остроги в своих руках, именно с этого пути начав свой подъем. Для него Малое Испытание Вздымающихся Облаков в Девятислойном Таинственном Доспехе подходило идеально.

Это было второе испытание в Пещере Таинственного Доспеха. Даже несмотря на подавление культивации, Ао Пань по-прежнему удерживал лидерство за счет базы боевых искусств.

Некоторые практики снова переключили внимание на Нин Чжо.

«Почему он до сих пор возится с этим бронзовым мечом?»

«Давай уже быстрее очищай его и переходи к следующему раунду! Если так и дальше будет тянуть, его попросту дисквалифицируют за опоздание!»

Кое-кто втайне переживал за Нин Чжо.

С одной стороны, по сравнению с Бан Цзи, нормальные люди испытывали естественную симпатию к праведному Нин Чжо. С другой стороны, они рассчитывали, что Нин Чжо пойдет дальше и сольет в сеть побольше сведений о себе, помогая им наживаться на продаже досье.

Просчитав всю ситуацию наперед, они отлично понимали: Нин Чжо безнадежно отстал от основных сил из-за черепашьего темпа.

Бан Цзи, Чжан Вансин и Мастер Ржавого Бедствия уже захватили по первому бронзовому орудию, вовсю бились за вторые и уже захватили инициативу в стычках.

Нин Чжо же до сих пор не закончил возню даже с первым.

«И чего он тормозит?»

«Он учится! Его навыки ближнего боя и впрямь растут не по дням, а по часам – это видно невооруженным глазом».

«Учиться прямо во время экзамена… Ну и безбашенный же он тип».

«Похоже, он до безумия уверен в собственной способности к обучению. Наверное, в этом и заключается суть гениальности. Мерять его обычными мерками нельзя!»

Всё больше адептов отводили взгляды в сторону – в конце концов, глазеть на других было куда интереснее, чем наблюдать за Нин Чжо.

Мгновение спустя.

Нин Чжо внезапно шагнул вперед, чуть подался корпусом вбок и легко уклонился от колющего удара бронзового меча.

Пользуясь моментом, он мертвой хваткой вцепился в рукоять.

Бронзовый меч отчаянно забился, но очень быстро затих, полностью покорившись Нин Чжо.

Краем глаза заметив эту сцену, один из адептов заморгал, на его лице проступило сомнение: «Что я сейчас видел? Мне показалось, или скорость, с которой Нин Чжо очистил Таинственный Доспех, несколько… запредельная?»

Божественная плавка! Плавка ци!

Применив оба метода разом, Нин Чжо расправился с бронзовым мечом меньше чем за три вдоха.

Он мог сделать это еще быстрее: Тройной Высший Закон трех сект позволял ему одновременно культивировать три киноварных поля, что давало возможность проводить божественную плавку, плавку ци и плавку плоти единомоментно!

Но перед лицом посторонних наблюдателей Нин Чжо совершенно не желал светить свою культивацию Мори Эссенции.

Скрытность и умение притворяться глупее, чем есть на самом деле, всегда составляли основу его характера.

«Вот он какой, Девятислойный Таинственный Доспех».

«Нет, если выражаться точнее, это лишь первый слой Таинственного Доспеха».

Нин Чжо внимательно осмотрел бронзовый меч в руке.

Стоило его мысли легко скользнуть по клинку, как бронзовое оружие растеклось подобно воде, зависло в воздухе и вновь приняло форму плоской бронзовой пластины.

На поверхности пластины залегали бесчисленные прожилки-иероглифы. Переплетаясь друг с другом, они вычерчивали свод базовых техник владения мечом.

«Метод создания Девятислойного Таинственного Доспеха весьма специфичен».

«В качестве единственного материала они берут синюю текучую бронзу. Опираясь на нее, с помощью божественной плавки на пластины наносят боевые приемы и боевые искусства. После завершения плавки каждый фрагмент брони обретает две формы: первая – сама броня, вторая – оружие, соответствующее выгравированному боевому искусству».

Нин Чжо припомнил собранную информацию.

Сжав рукоять, он сделал пару взмахов и с удивлением обнаружил, что каждый удар мечом получается безупречно стандартным. Даже если он намеренно пытался искривить траекторию, бронзовый меч автоматически вносил поправки.

Нин Чжо влил в меч духовную силу и выбросил его вперед.

Бронзовый меч взмыл в воздух, завис там и по приказу Нин Чжо зачастил рассекать воздух, выполняя базовые фехтовальные связки точь-в-точь так же, как только что сражался с самим Нин Чжо.

Таков был способ применения Девятислойного Таинственного Доспеха.

В разобранном виде он служил нагрудной пластиной для защиты тела. Обратившись в оружие, он, во-первых, мог атаковать самостоятельно, управляемый на расстоянии; а во-вторых, его можно было зажать в руке, лично направляя движения, достигая слияния человека и оружия и многократно умножая боевую мощь.

«Во втором испытании этого состязания максимум можно встретить девять бронзовых артефактов, то есть девять комплектов Таинственного Доспеха».

«Согласно правилам, если удастся собрать здесь все девять, можно не участвовать в третьем испытании и сразу забрать первое место. Однако такое случается крайне редко. Если оглянуться на прошлое, тех, кому это оказалось по силам, до сих пор можно пересчитать по пальцам одной руки!»

«Я-то уж точно не смогу».

Нин Чжо всегда отличался здоровой самокритичностью.

«В этом деле я слабее остальных».

«Поэтому мне нужно выжать максимум из второго испытания, не упуская ни единой возможности для обучения, чтобы в итоге дать отпор Бан Цзи в третьем раунде!»

«В конце концов, мой результат наверняка уступит его».

«Но это неважно. Главное – создать ему помехи, не дать собрать все девять штук в третьем раунде и отнять у него первое место».

Нин Чжо знал, что Бан Цзи силен в ближнем бою, виртуозно владеет ножами и мечами, а также владеет техникой парного боя.

Он давно собирал досье на Бан Цзи и уделил подготовке в этом направлении самую пристальную роль.

Размышляя над этим, Нин Чжо шагал вперед. Дорогу по-прежнему приходилось расчищать с помощью духовного сознания – второе испытание точно так же испытывало на прочность силу ментальной энергии.

Вскоре перед ним возник второй бронзовый артефакт – на сей раз бронзовый нож.

Делать нечего, Нин Чжо противопоставил мечу нож и начал новый виток обучения.

Тем временем Бан Цзи с метательным ножом в одной руке и бронзовым цепным молотом в другой шагал вперед с крайне мрачным видом.

«Проклятье!»

«Из всего оружия и клинков лучше всего мне даются ножи и мечи. Моя парная техника боя на ножах и мечах – один из моих козырей, с помощью которого я поверг немало сильных врагов».

«Почему мне до сих пор не попалось ни единого ножа или меча?!»

«Пускай они появляются случайным образом, и всё решает удача. Но ножи и мечи – самое распространенное оружие, почему же мне подряд попадаются редкостные метательные ножи и цепные молоты!»

Шаг Бан Цзи запнулся: перед ним возникла третья бронзовая штуковина – бронзовая булава с шипами.

«А-а-а-а! Где нож? Где меч?! Мне нужны нож и меч!»