Видя, как девушка изливает ему душу столь недвусмысленным признанием, Нин Чжо едва заметно передёрнул бровью. Его первой реакцией было развернуться и немедленно дать дёру!

Одни убытки.

Крупные неприятности сами нагрянули на порог.

Нин Чжо бросил на неё оценивающий взгляд: Цин Чи хоть и смотрела на него жалобно, с горькой мольбой в глазах, но в глубине её взгляда отчётливо проступал стальной стержень. Это зрелище заставило его мысленно проглотить импульс захлопнуть дверь прямо у неё перед носом.

Нин Чжо опасался, что подобное движение доведёт девчонку до исступления: она начнет колотить в дверь и завопит на всю округу: «Открой, ну открой же! Имеешь совесть – предал доверие, собрался в наложники к мужчине, так открой же дверь!» – и всё в таком духе.

Вот тогда проблем не оберёшься.

Бегло окинув взглядом окрестности, Нин Чжо заметил, что зевак вокруг уже немало, а ещё больше людей косятся на них украдкой.

Он решил сначала утихомирить эту особу.

С лёгким вздохом Нин Чжо произнёс:

— Цин Чи, прекращай уже устраивать сцены.

— Даже если у нас не сложилось, мы всё-таки земляки.

— Я тебе всё толково объясню.

Цин Чи тут же насела на него:

— Так объясняй! Говори давай, я слушаю.

Заметив, что её эмоции снова накаляются, Нин Чжо поспешно замотал головой:

— Нет-нет, сейчас неподходящий момент. Да и обо многих вещах на людях говорить не с руки.

— Ладно, — тут же согласилась она. — Войдём в дом, там и поговорим!

Куда там её впускать! Нин Чжо намертво заслонил проход:

— Я черкну тебе весточку через летающую почту. Здесь обо всём говорить неуместно – как-никак, это Обитель Сокрытия Ян.

— Может, как-нибудь выберем время и место, когда обоим будет удобно, и всё как следует обсудим?

Выпучив глаза, Цин Чи с нажимом выпалила:

— Мне удобно прямо сейчас! А тебе когда? Сегодня вечером подойдёт?

Нин Чжо горько вздохнул:

— Какая досада, прямо сейчас я упёрся в тупик в культивации и должен сосредоточиться на прорыве. Ты ведь не хочешь мешать моему прогрессу, верно?

Цин Чи закивала:

— Конечно не хочу! Хочешь пробиться – я могу помочь. Пойдём в дом!

Нин Чжо замахал руками, наотрез отказываясь, и потребовал, чтобы она немедленно убиралась.

После нескольких раундов словесной перепалки, исчерпав все аргументы, Цин Чи уставилась на него удручённым, полным затаенной обиды взглядом:

— Сяо Ма, я уйду. Но перед уходом хочу услышать, как ты снова зовёшь меня Цинцин.

У Нин Чжо мурашки побежали по коже. Оглядевшись по сторонам, он был вынужден отправить ей мысленное послание:

— Цинцин.

Только после этого Цин Чи осталась отчасти довольна и удалилась, снедаемая тоской:

— Сяо Ма, мы не виделись каких-то пару месяцев, а разговариваешь ты со мной как с чужой. Я знаю, тебе пришлось через многое пройти. Ладно, я пойду, но обязательно черкни мне и назначь встречу!

— Обязательно, конечно… — Изрядно попотев, Нин Чжо наконец-то спровадил девчонку.

Затворив дверь, он шумно выдохнул, чувствуя себя выжатым лимоном.

Сунь Линтун же, воспользовавшись навыком «Жизнь на Волоске», от души насладился представлением и захихикал у Нин Чжо в голове:

— Сяо Чжо, почему бы тебе не пустить её в дом и не поболтать по душам?

— Ай-яй-яй, так ранить девичье сердце – нехорошо, ох как нехорошо.

Нин Чжо хмыкнул:

— Я тебе не настоящий Цзяо Ма, пудрить ей мозги – это выше моих сил.

— К тому же всё далеко не так просто.

Сунь Линтун на мгновение опешил, но тут же раскусил замысел Нин Чжо.

Он тут же нахмурился:

— Верно! Её отец Цин Янь был против ваших отношений и даже отвалил тебе щедрый дар в качестве отступного.

— Семья Цзяо спит и видит, как ты возвысишься и завяжешь ещё более тесные узы с Владычицей Города, так что они ни за что не стали бы болтать Цин Чи о твоем местонахождении.

— Но откуда она не только разыскала Обитель Сокрытия Ян, но и явилась прямо к твоему порогу без лишних расспросов? Подумай сам, сколько ты вообще прожил в этой обители?

— Похоже, кто-то целенаправленно и исподтишка навел на тебя Цин Чи.

— Тебя пытаются подставить, Сяo Чжо!

— Неужели завёлся крысеныш?

Нин Чжо покачал головой:

— Пока неясно.

— Дай-ка подумать, как с этим справиться!

Заложив руки за спину, он принялся вышагивать по комнате, и стоило ему сделать лишь один круг, как решение созрело.

Он тут же уселся за письмо – только адресовано оно было не Цин Чи, а главе клана Цзяо и Цин Яню.

В послании он честно описал внезапный визит Цин Чи, однако не стал указывать им, как именно поступать.

Те двое прекрасно знали, что им делать.

Перечитав оба письма, Нин Чжо призадумался и порвал то, что предназначалось Цин Яню.

Затем он добавил пару строк в конец письма главе клана Цзяо, велев тому самому написать Цин Яню и ввести того в курс дела.

Не успела летящая весточка улететь и на полпути, как в дверь снова постучали.

Теперь от одного только звука стука у Нин Чжо ёкало сердце.

И глава клана Цзяо, и Цин Чи заявлялись без приглашения – для Нин Чжо оба визита сулили лишь головную боль.

Кого принесло на этот раз?

Приоткрыв дверь, Нин Чжо увидел старого знакомого.

На пороге стоял здоровяк с густой окладистой бородой – не кто иной, как Ян Вэйда, с которым они вместе пробивались в город.

Увидев Нин Чжо, Ян Вэйда с ходу заявил:

— Цзяо Ма, берегись! Ты сейчас в жуткой опасности!

Брови Нин Чжо взлетели вверх:

— С чего бы это?

Перехватив взгляд, брошенный через плечо Нин Чжо вглубь комнаты, Ян Вэйда предложил:

— Давай войдём, в ногах правды нет.

Опять зайти в дом?

Впрочем, Ян Вэйда – не глава клана Цзяо и не влюбленная девчонка. Поразмыслив немного, Нин Чжо всё же впустил его.

Ян Вэйда с порога заговорил:

— Я случайно заметил, как к тебе приходила Цин Чи. Хоть ума хватило не пускать её внутрь.

— Ты должен понимать: мы с тобой – наложники-мужчины, прислуживающие самой Владычице Города Белой Бумаги.

— Крутить шашни на стороне и изменять ей за спиной – смертный грех!

Нин Чжо кивнул:

— Я тоже об этом подумал.

— Нет, ты учел далеко не всё, — покачал головой Ян Вэйда. — А не думал ли ты, что тебя подставили?

— Уж слишком вовремя объявилась эта Цин Чи!

Нин Чжо напустил на себя удивленный вид и нахмурился:

— Да ладно? Кому это надо – вредить мне?

— Желающих хоть отбавляй, — ответил Ян Вэйда. — Цзяо Ма, ты новенький в Обители Сокрытия Ян, здешних раскладов не знаешь.

— Я обосновался здесь чуть раньше тебя и разузнал про троих самых влиятельных наложников. Это Шэнь Бин, Чэнь Суй и Сунь Тешэн.

— Шэнь Бин – местный уроженец с Чёрного Болота Скорбных Душ. Его младший братишка, сын добытчика жемчуга, в детстве нашел жемчужину русалки и на этом выбился в культиваторы. Сам он обладает ледяным корнем духов и специализируется на техниках Абсолютного Холода.

— Чэнь Суй – заезжий гость. В детские годы, во время нашествия саранчи, родители выменяли его на зерно и продали в Бессмертный Город Белой Бумаги. Он торчит здесь уже больше двадцати лет.

— А Сунь Тешэн – коренной житель Бессмертного Города, внебрачный сын кузнеца, между прочим, человека из влиятельного городского клана Сунь.

Ян Вэйда обрисовал обстановку в двух словах.

Брови Нин Чжо сошлись на переносице еще круче:

— Выходит, стоило мне появиться здесь, как эта троица тут же затаила на меня злобу и сплела интригу?

Ян Вэйда кивнул:

— Цзяо Ма, не стоит недооценивать собственные заслуги. Твоя фамильная техника прогремела на всю топь, да и твой сообразительный маневр во время той недавней подставы уже привлек внимание самой Владычицы.

— Дай тебе немного времени на развитие, и ты гарантированно станешь их самым опасным конкурентом.

— Я понял, — кивнул Нин Чжо, сжав кулаки в знак благодарности Ян Вэйде. — Благодарю за предупреждение, буду держать ухо востро.

Вывалив всё это, Ян Вэйда заметил, что хозяин не спешит его задерживать, и поспешно добавил:

— Цзяо Ма, хоть я и чужак, мы с тобой проделали весь путь вместе, так что мы в одной лодке.

— Не стану скрывать, скажу прямо: я пришел предложить тебе союз.

— Пока эти трое сидят у нас на шее, нам никогда не выбиться в люди.

— Ты только переступил порог, а они уже душат тебя на корню. Что ты будешь делать дальше?

Нин Чжо ненадолго задумался, взглянул на Ян Вэйду и произнес:

— Разумно. Мы близко сошлись, так что объединить усилия вполне можно.

— Но чем ты можешь мне помочь?

Ян Вэйда усмехнулся.

Нин Чжо тут же замахал руками:

— Только не заикайся про свои чудо-мази для потенции. Сам знаешь, наверх завезли куда больше укрепляющих пилюль.

Улыбка на лице Ян Вэйды мгновенно увяла, но затем он сквозь зубы процедил:

— Пусть я всего лишь скромный странствующий торговец, мой родной старший брат – птица совсем другого полёта.

— Моего брата зовут Ян Саньнянь, он истинный ученик ступени Золотого Ядра Секты Десяти Тысяч Явлений и к тому же состоит в Зале Кары Зла!

— Нынче набег духов свирепствует так, что даже если Бессмертный Город Белой Бумаги раскошелится на баснословную награду и созовет культиваторов из окрестных деревень на подмогу, им всё равно не разрешить этот кризис.

— Скорее всего, им придется просить о помощи извне. Пару раз прежде они уже так делали.

— А главный адресат для мольбы о помощи – Секта Десяти Тысяч Явлений!

— И тогда, если я займу видное положение рядом с тобой, мне будет куда проще использовать связи брата для самых разных дел.

Нин Чжо не удержался от удивления и окинул собеседника оценивающим взглядом.

Он никак не ожидал, что этот тип тоже связан с Сектой Десяти Тысяч Явлений.

«Моя матушка – истинная ученица секты, Вэнь Жаньюй – тоже… С каких пор истинных учеников Золотого Ядра Секты Десяти Тысяч Явлений стало так много?»

Пару секунд в голове Нин Чжо вихрем крутились мысли.

Затем он ответил Ян Вэйде:

— Истинный ученик Золотого Ядра Секты Десяти Тысяч Явлений – это звучит солидно!

— Заключить союз я не против.

— Но давай сразу договоримся: я вовсе не горим желанием пробиваться наверх за счет статуса наложника.

— У меня с Цин Чи… и впрямь остались чувства!

— Да и мне самому претит идея заслуживать милость Владычицы через постель. Я пошел на это лишь из соображений выгоды и приказов клана.

— Переживем этот набег духов, всё придет в норму, и у нас с Цин Чи еще появится шанс всё исправить.

Ян Вэйда опешил и замялся:

— Это… э-э…

— Именно поэтому, находясь в Обители Сокрытия Ян, я не стал выкладываться в полную силу, а вместо этого обменял ресурсы на духовную пищу и занялся закалкой души, — добавил Нин Чжо.

Лицо Ян Вэйды слегка изменилось: припомнив события тех дней, он понял, что так оно и было.

Нин Чжо тут же перешел к выдворению гостя:

— Мне нужно продолжать культивацию, так что извини. К остальным делам вернемся позже.

Делать было нечего, и Ян Вэйде пришлось покинуть жилище Нин Чжо.

Сунь Линтун остался в полном недоумении и мысленно поинтересовался:

— Сяо Чжо, ты к чему клонишь?

— Ты же сам не хочешь иметь дел с Цин Чи, так зачем наплел такое Ян Вэйде?

Нин Чжо усмехнулся:

— Помнишь мазь, которую нам втюхал Ян Вэйда?

Сунь Линтун:

— Да, кольцо-автомат подало сигнал тревоги – мазь оказалась с душком. Но сам Ян Вэйда, похоже, ни при чем.

— Судя по тому, что мы знали раньше, его подозревали в том, что он может оказаться спасителем. Так что перед входом в город его основательно проверили.

— Скорбная Юлин уж наверняка вывернула его наизнанку при проверке.

Нин Чжо кивнул:

— Будь я Владыкой Ванчуаня или Лигой Падения Городов, я бы в такой момент не стал засылать шпиона в личине простого торговца.

— Но это еще не значит, что с Ян Вэйды сняты все подозрения.

В этот момент во взгляде Нин Чжо мелькнула холодная глубина.

Сунь Линтун шумно вздохнул, мгновенно сообразив:

— Думаешь, это мог подстроить Ян Вэйда? Это он исподтишка слил информацию, чтобы Цин Чи вышла на тебя?

Нин Чжо слегка кивнул:

— Будучи земляком Цзяо Ма и Цин Чи, Ян Вэйда знает о них куда больше посторонних.

— К тому же он отлично осведомлен о мощи основной техники клана Цзяо.

— Если он хочет использовать мою силу, чтобы дать отпор тем троим, и задумал загнать меня в угол, вынудив пойти с ним на союз, — такой сценарий вполне возможен.

Сунь Линтун прозрел, наконец поняв, почему Нин Чжо вел себя столь противоречиво.

Как говорится: с дураками говори на их языке, с хитрецами – по их правилам.

Сунь Линтун нахмурился:

— Ситуация запутывается. Кто же на тебя охотится? Ян Вэйда, та троица или всё же лазутчик?

— У засланного казачка есть железный мотив разделаться с тобой.

— Во-первых, под личиной Железного Тона я был твоим телохранителем и собственными глазами видел, как лазутчик убил Цзинь Янцзы.

— Во-вторых, дубликат Владычицы выбрал тебя расследовать дело предателя. И пусть ты замаскировался под помощника Вэнь Жаньюя, этого ранга вполне достаточно, чтобы лазутчик захотел убрать тебя с дороги.

Нин Чжо легко улыбнулся:

— А у меня уже есть план.

Он тут же связался с Вэнь Жаньюем.

— Я придумал уловку, которая, возможно, заставит крысу снова высунуть нос, — без предисловий заявил Нин Чжо.

Вэнь Жаньюй оживился: он и сам ломал голову над этой проблемой последние дни и уже перебрал массу идей, поэтому сразу же отозвался:

— Внимательно слушаю.

Нин Чжо вкратце изложил задумку, заставив Вэнь Жаньюя нахмуриться в молчании.

Распознав сомнения собеседника, Нин Чжо опередил его вопросы:

— Считаешь план слишком банальным и прямолинейным?

— Именно так и чувствую, — кивнул Вэнь Жаньюй.

Нин Чжо улыбнулся и оборвал все сомнения одной фразой:

— Главное, чтобы план работал. Великое Дао просто в своей основе, и чем сложнее схема, тем труднее её воплотить и тем больше в ней непредвиденных переменных. Это открытая игра! Даже если лазутчик начнет сомневаться, неужто армия Владыки Ванчуаня, начав наступление, будет сидеть сложа руки?

Вэнь Жаньюй хлопнул себя по колену и рассмеялся:

— В точку! Молодой господин Цзяо мыслит здраво! Будем действовать по этому плану.

В тот же вечер в Обители Сокрытия Ян ввели режим строжайшего затишья и объявили о важном событии: в обители будет развернут Древний массив создания сокровищ духовного контракта.

Этот классический массив был хоро тем, что снижал требования к владельцу артефакта и облегчал процесс очищения, позволяя сокровищу быстрее признать хозяина.

И единственной целью этого массива был Трезубец Золотой Ласточки.

Тот, кому удастся подчинить трезубец, сможет высвободить заключенную в нем буйную энергию ян, исцелить истинное тело Владычицы и разрешить кризис в Бессмертном Городе.

А наложник, совершивший столь великий подвиг, несомненно, стяжает неслыханную славу и в один миг взлетит на самые вершины власти!

Обитель разослала флажки массивов, чтобы каждый наложник мог занять свой сектор, на полную мощность излучать энергию ян, состязаться с соперниками и бороться за право обладать артефактом.

Ночь пролетела незаметно.

Наступило утро.

Обитель бурлила.

— Убийство! Убили человека! — разнеслись крики.

Шэнь Бин был мертв.

(Конец главы)