Марионетки тихо стояли на земле, выстроившись в идеальный, ровный строй.

Все они были изготовлены в основном из дерева, а их груди и ноги покрывали лишь легкие металлические доспехи.

В руках они держали преимущественно длинные копла, но у некоторых были мечи и щиты.

— Шестьсот марионеток! Марионеток под началом военного советника стало куда больше прежнего, — бросив беглый духовный взор, Чжан Хэй обнаружил возросшее число боевых кукол и тут же мысленно передал послание с нотками поздравления в голосе.

Солдаты Лагеря Трех Генералов тоже перевели взгляды на эти творения, с восхищением разглядывая их.

Гуань Хун погладил бороду и тоже передал мысль через духовное сознание:

— Судя по богатству советника, он вполне мог сделать этих марионеток куда более искусно. Похоже, военный советник намерен пустить в ход такое воинское искусство, как «Возвращение доблестного мужа».

Нин Чжо:

— Глаз генерала алмазен.

Нин Чжо, конечно, мог бы сделать марионеток главным образом из металла.

Но, во-первых, на это ушло бы больше времени и ресурсов; во-вторых, металлические куклы не так легко ломаются в реальном бою, что мешает полноценному раскрытию «Возвращения доблестного мужа». В-третьих, древесину добывали прямо в Лесу Тысячи Пиков и Бессмертном Городе Цанлинь – это местный дешевый товар, тогда как металл обходится гораздо дороже.

Перед самым выступлением Лю Эр подошел к Нин Чжо, взял его за руки и с отеческой заботой напутствовал:

— Раз уж военному советнику приходится идти в атаку в одиночку, значит, мы – сборище никчемных слабаков!

— Помни главное: собственная жизнь превыше всего.

— Если столкнешься с Ло Чэнем, советник может отступить в ту же секунду и заманить врага прямо к нашей армии, чтобы мы сошлись с ним в битве!

Нин Чжо кивнул и в свою очередь напутствовал Лю Эра:

— Генералу не стоит винить себя; не будь вас, как смог бы я, Нин, добраться до сегодняшнего дня в одиночку?

— Лишь потому, что три генерала проложили путь, для меня и нашлось поле применения сил.

— И сейчас как раз моя очередь нанести удар. Если удастся единым махом сокрушить колокол, мы переломим этот тупиковый момент и проложим дорогу к окончательной победе.

— Даже рискуя, стоит попробовать!

Попрощавшись с Лю Эром, Нин Чжо оседлал скакуна уровня Возведения Основания и во главе армии марионеток отделился от Лагеря Трех Генералов, стремительно устремляясь вперед по направлению к доносящемуся звону колокола.

Бушующее пламя вскоре скрыло фигуры Нин Чжо и его марионеток.

— Советник… Мы, золотые ядра, оказались бесполезны, раз в критический момент практику стадии Возведения Основания приходится выходить вперед своим ходом, — тяжело вздохнул Лю Эр. Теперь оставалось лишь уповать на то, как Нин Чжо покажет себя в дальнейшем.

Чжан Хэй с досадой прикусил губу:

— Винить во всем нужно эту никудышную пехоту! Дай мне хотя бы две сотни элитных солдат, я бы и сам повел армию так, чтобы ворваться в логово врага!

Гуань Хун погладил бороду:

— Пусть у советника лишь база Возведения Основания, в чистой боевой мощи он далеко превосходит любого из нас троих. Выступление в этот момент – самый правильный выбор, полностью отвечающий законам военного искусства.

Стиснув зубы, трое генералов могли лишь занять оборонительную позицию и ждать возвращения Нин Чжо.

Однако за Нин Чжо наблюдали не только две стороны в лице Лю, Гуаня, Чжана и Ло Чэня.

Рядом скрывался еще один практик, пристально следивший за ходом этой битвы.

Звали этого человека Гао Цо. В молодости он пережил удивительное приключение и служил на горе Лазурного Неба, а кость злого бога, которую он обнаружил тайком, по воле случая досталась Сунь Линтуну.

«Отлично, пусть основные силы Лагеря Трех Генералов и бесполезны, но Нин Чжо может идти в атаку».

«Если он воспользуется моментом и разобьет колокол, то сможет изменить ход сражения и заставить чашу весов склониться в пользу Лагеря Трех Генералов».

«А если он проявит себя еще лучше и отыщет место, где спрятана Курильница Воспламенения Чжуцюэ, уничтожив этот массив – будет просто великолепно».

Оценивая обстановку, Гао Цо нахмурился:

«Больше всего я опасаюсь, что Ло Чэнь решит ударить первым и перехватит Нин Чжо на полпути, из-за чего вся эта вылазка пойдет прахом».

Старческий голос раздался у него в голове:

— Найдется на это управа.

Гао Цо:

— Старец Цзянь, и что же это за способ?

Старец Цзянь продолжил:

— Мы пробрались сюда ради Огня внутри Древа. Это пламя – одна из трех великих субстанций. Даже если в будущем не удастся собрать все три, одной этой тебе хватит вплоть до стадии Зарождения Души!

— Ло Чэнь несомненно тоже ищет эту вещь!

— Ситуация сейчас предельно ясна: Десятилиственный Огненный Лес примыкает к главному полю боя, его непременно вычистят дочиста армии Лянчжу.

— Даже если в этот раз вылазка Лагеря Трех Генералов захлебнется, последующие карательные отряды будут прибывать один за другим.

— Удержать Десятилиственный Огненный Лес невозможно, а Ло Чэнь по долгу службы как раз жаждет отступить с достоинством. Он не сможет увезти с собой Божественную Пихту с Огненной Кроной и прочее. Огонь внутри Древа – его лучший предлог для отхода.

— Ты только посмотри: с самого начала наступления Лагеря Трех Генералов он так и не показал себя. Наверняка изо всех сил рыщет в поисках Огня внутри Древа.

Озарение вспыхнуло в голове Гао Цо:

— Понимаю. Старец Цзянь, вы хотите, чтобы я подделал ложный Огонь внутри Древа, обманул Ло Чэня, показав ему близкую надежду, и тем самым косвенно привязал его к этому месту?

Старец Цзянь одобрительно усмехнулся:

— Способный юнец. Изучаемое тобой Писание Ускользающих Теней и Иллюзорных Форм как нельзя лучше подходит для подделки подобных вещей. Мм?

Старец Цзянь внезапно замолк.

— Что такое? — тут же спросил Гао Цо.

Старец Цзянь ответил:

— Сюда пожаловал еще один посторонний, его культивация как минимум на уровне Зарождения Души.

Гао Цо:

— Всякое промедление смерти подобно! Если эта битва затянется, она непременно привлечет еще больше практиков. Если Лагерь Трех Генералов не одержит победу с первого удара, затяжная война принесет нам всё больше помех.

Над Десятилиственным Огненным Лесом.

Линь Буфань затаился в облаках, глядя сверху вниз на полыхающий океан огня.

— У меня есть техника сокрытия листьями глаз, так что Ло Чэню меня точно не обнаружить.

— Хм, главные силы Лагеря Трех Генералов уже дошли сюда?

— Странно, а где же Нин Чжо?

В самом сердце Десятилиственного Огненного Леса, у Божественной Пихты с Огненной Кроной.

Под деревом сидел, скрестив ноги, какой-то практик – это был Ло Чэнь.

Ло Чэнь сидел с закрытыми глазами, погруженный в медитацию, но его веки чуть дрогнули, приоткрываясь на щелочку, из которой блеснул острый свет.

— В облаках появился незнакомец стадии Зарождения Души…

— Хех, предсказуемо.

— Чем дольше тянется война, тем больше народу будет сбегаться на запах.

— Чем больше зевак наблюдает за битвой, тем сложнее мне будет уйти по своей воле.

— Ладно. Сперва покончу с этим отрядом марионеток! По крайней мере, заработаю немного воинских заслуг.

— Но главное – Огонь внутри Древа.

— Без него как мне уйти с достоинством? Мм?!

В следующий миг он широко раскрыл глаза, а его лицо озарилось диким восторгом:

— Нашел! Сами небеса помогают мне!!

Как спрятать единый лист? Проще простого – затерять его среди ветвей бескрайнего леса.

Как спрятать крупицу пламени? Тоже элементарно – растворить ее внутри всеобщего бушующего океана огня.

С той самой поры, как закончилась первая генеральная битва, Драконий Владыка Женьшеневых Корней потерпел поражение и бежал, а основные силы Лянчжу окопались на позициях, Ло Чэнь начал непрерывно посылать духовное сознание через Божественную Пихту с Огненной Кроной в попытках отыскать Огонь внутри Древа.

Однако необъятное море пламени было слишком велико. Духовное сознание Ло Чэня не могло покрыть весь охваченный пожаром лес, ему приходилось искать наугад.

Он приложил колоссальные усилия, но не смог обнаружить даже тени Огня внутри Древа.

И вот теперь, внезапно уловив ауру этого пламени, он пришел в такое исступление, что тут же выбросил из головы мысли об уничтожении армии Нин Чжо.

Даже разгром того отряда принес бы лишь крошечную заслугу, не стоящую внимания.

Только заполучив Огонь внутри Древа и вернувшись с ним в союз, он сможет получить заслуженный отход с почестями – заслуги перекроют все грехи. Вот это была поистине большая картина!

Что важно, а что второстепенно – Ло Чэнь давным-давно взвесил в уме.

Сам Нин Чжо, разумеется, понятия не имел о происходящем за его спиной, а потому весь путь продвигался в полной боевой готовности, но так и не столкнулся с перехватом со стороны Ло Чэня.

Они совещались с Сунь Линтуном.

Оба чувствовали неладное и требовали усиленной бдительности.

Из-за этого, когда они подошли к огромному колоколу, им даже с трудом верилось в происходящее.

Лицо Янь Цзиня было мрачно, как вода.

У него на душе скребли кошки, но высказаться он не мог.

В конце концов, то, что Ло Чэнь сумел отыскать Огонь внутри Древа, было великим делом, от которого зависел их благополучный отход.

В таких обстоятельствах позволить Янь Цзиню и Фее Яньлю действовать сообща, чтобы сдержать армию марионеток, было самым целесообразным решением, отвечавшим их общим интересам.

Фея Яньлю вложила силы в великий массив, сформировав мощную огненную завесу, накрывшую войско Нин Чжо.

Партитура Небесного Ремесла и Кузнечных Звуков!

Янь Цзинь взмахнул обеими ладонями, яростно обрушивая удары на гигантский колокол артефактного ранга.

Дзнь-н-нь…!

Звуковая волна прокатилась во все стороны, стремительно накрывая всю армию марионеток. Тела марионеток изнутри покрылись множеством трещин.

А легкие доспехи на них пострадали куда сильнее деревянных тел – они прямо-таки раскололись и разлетелись на куски.

Первый удар: Ритм потрясения руды!

Перед глазами Нин Чжо блеснул свет: «И впрямь Партитура Небесного Ремесла и Кузнечных Звуков».

Янь Цзинь сжал левую руку в кулак, а правой ударил ладонью, колотя в колокол.

Бум-бум, дзнь-дзнь – удары слились в череду стремительных ритмичных нот.

Обломки доспехов на марионетках под воздействием звука разложились вторично, превратившись в бесчисленные мелкие крошки.

То же самое происходило и с деревянными телами – они усыхали на глазах, а некоторые куклы и вовсе рушились и падали на землю.

Второй удар: Извлечение звона металла!

Нин Чжо звонко цыкнул языком, восхищенно произнеся:

— В древних трактатах я читал описание этой техники и всегда мечтал взглянуть на нее воочию. Не думал, что мне доведет ощутить ее чудеса на собственной шкуре вот так.

Янь Цзинь холодно фыркнул, передав мысль через духовное сознание:

— Пфф, всего лишь Возведение Основания, а туда же – рассуждать о мастерстве Яня!

Он сменил положение кулаков и ладоней: на сей раз его левая рука стала ладонью, а правая – кулаком.

Третий удар: Мелодия придания формы!

На этот раз звуки колокола то набирали мощь, то звучали пронзительно, меняя тональность с невероятной скоростью.

По воле и духовной воле Янь Цзиня бесчисленные марионетки прямо на месте переплавлялись в самые разные формы. Одни сплющились в шары, другие вытянулись в деревянные палки, третьи раскололись на четыре части…

Янь Цзинь мысленно передал слова:

— Сопляк, твоя армия уменьшилась уже больше чем наполовину.

Нин Чжо захлопал в ладоши, и его голос разнесся по всему полю боя:

— Чудесно! Мастерство артефактора товарища по Дао Яня превосходит десяток таких, как я, вместе взятых.

У Янь Цзиня задергался угол глаза, и он тут же мысленно огрызнулся:

— Мелкий щенок, приди вас хоть двадцать штук – все равно бы полегли здесь костьми!

Колокольный звон грянул снова.

На этот раз Янь Цзинь широко раскинул обе руки. Обе его ладони опустились на бронзовый колокол, исторгая долгий, протяжный звон.

Эхо: Песнь закалки в огне!

Хрусь-хрусь-хрусь…

Трес-трес-трес…

Множество марионеток, и без того изуродованных предыдущими тремя ударами колокола, больше не смогли держаться и окончательно рассыпались, обратившись в груды обломков и щепок.

Перед выходом под началом Нин Чжо ровно шестьсот марионеток.

Теперь же число кукол, стоявших рядом с ним, упало ниже сотни – зрелище выдалось весьма унылое.

Нин Чжо сложил руки в поклоне перед Янь Цзинем, с улыбкой на лице и горящим от нетерпения взглядом:

— Какое мастерство, какой почерк у старшего Яня. Марионетки младшего не стоят упоминания, а теперь младший желает лично испробовать это на себе!

Янь Цзинь изумленно передал мысль:

— Погоди, ты…

Он не успел договорить, как Нин Чжо издал легкий возглас, взмыл в воздух и подпрыгнул высоко в небо.

Сложив ладони в жест, он выпустил мощный поток воды.

Водный поток был огромен, словно прорвавшая плотину лавина, он с грохотом разнес огненную завесу, а затем бушующим валом ринулся на колокол и самого Янь Цзиня.

Янь Цзинь поспешно яростно топнул правой ногой, активируя защитную формацию на основании колокола.

Формация распустилась сферическим щитом, накрыв Янь Цзиня и колокол.

В небе внезапно проступило пламя в форме птицы Чжуцюэ, которая стремглав бросилась прямо в воду, порождая оглушительный взрыв.

Шестьдесят процентов водного потока испарилось в мгновение ока, превратившись в тучи пара.

А спустя несколько дыханий жаркая среда вокруг рассеяла этот пар.

Это Фея Яньлю пришла на выручку!

Противником Нин Чжо с самого начала был вовсе не один лишь Янь Цзинь – ему противостояла еще и Фея Яньлю, управлявшая великим массивом.

— Еще раз! — громко рассмеялся Нин Чжо, ничуть не пав духом, напротив – его боевой дух лишь окреп.

Сделав глубокий вхід, он сложил пальцы обеих рук в печати, и спустя несколько мгновений резко взмахнул ладонями.

Земля под ногами стремительно вспучилась, превращаясь в холмы.

Холмы уплотнились, порождая двух земных гигантов, которые зашагали с двух сторон по просевшей воде прямо на колокол.

Янь Цзинь замахал кулаками и ладонями, извлекая колокольный звон и обрушивая на гигантов бешеные атаки.

Великаны двигались медленно, но шагали широко, выдерживая удары колокольного звона, добежали до светового щита и принялись молотить по нему кулаками.

Бум! Бум! Бум!

Каждый удар был тяжким и весомым, покрывая защитный купол густой паутиной трещин.

Янь Цзинь из кожи вон лез, раскачивая колокол из стороны в сторону и исторгая мощнейшие звуковые волны, отвечая атакой на атаку.

Обоих гигантов под воздействием колокола начали перековывать: у одного оторвало руку, кулаки обратились в грязь, а сам он внезапно ополовинился – его перерубило пополам.

В небе вновь сформировалось пламя в образе Чжуцюэ и ринулось на Нин Чжо.

Нин Чжо разделил разум надвое: левой рукой он складывал печати, а правой устремился прямо на небесное пламя.

Вслед за его движением из воздуха вновь хлынул водный поток.

Закручиваясь в вышине, поток принял форму дракона.

Широко разинув пасть, водяной дракон точно вцепился в огненную птицу.

Бум!

Грянул взрыв, и водяной дракон с огненной птицей взаимно уничтожили друг друга.

С другой стороны, Нин Чжо уже завершил всю серию печатей левой рукой.

Сложив пальцы подобно мечу, он выпустил из указательного и среднего пальцев луч золотого света.

Золотой свет сиял ослепительным блеском, мчась подобно падающей звезде – стоило Янь Цзиню заметить его, как луч уже вонзился в защитный купол.

Щит продержался всего пол-вдоха, прежде чем был пробит насквозь.

Не потеряв и доли мощи, золотой луч угодил в сам бронзовый колокол, оставив в нем сквозную дыру.

Лицо Янь Цзиня исказилось от ужаса, и он мысленно вопросил Нин Чжо:

— Откуда такая мощь?! Это же расходится с разведданными! Ты до сих пор скрывал силу?!

Нин Чжо рассмеялся, переполненный чувством гордости, и, подражая Сунь Линтуну, упер руки в боки:

— Угадал!

— Старший Янь, неужели ты думал, что я пришел сюда в одиночку ради безрассудного риска?

— Разумеется, у меня есть уверенность!

— Если уж на то пошло, то скажу правду: явись сюда сам Ло Чэнь, и у меня найдутся средства справиться с ним.

Он вовсю пускал пыль в глаза.

Янь Цзинь располагал сведениями о Нин Чжо, но боевая мощь, продемонстрированная тем сейчас, и впрямь превосходила все донесения.

Дело было вовсе не в том, что Нин Чжо таил силы раньше – просто за последнее время его успехи в культивации продвигались с поразительной быстротой.

До сих пор его «Возвращение доблестного мужа» сдерживалось фундаментом плоти, из-за чего он не мог раскрыть его на полную катушку.

Но благодаря злодейскому применению Духовной Ладьи Эмбрионального Дыхания физический фундамент Нин Чжо взлетел до небес, и теперь он не шел ни в какое сравнение с прошлым собой.

Мало того, что уничтожение более чем пятисот марионеток подбросило его боевую мощь до уровня Золотого Ядра, так он еще и намного превзошел свой прежний пик, заслуживая звания бойца высшего эшелона среди Золотых Ядер!

Сердце Янь Цзиня встревоженно затрепетало в такт с колоколом.

— Успокойся!

— Мне помогают взрослый Ло Чэнь и Фея Яньлю, я сражаюсь не в одиночку.

В следующий миг через великий массив пришло сообщение от Феи Яньлю:

— Великий мастер Янь, держись. Лагерь Трех Генералов снова снялся с позиций и марширует в моем направлении.

Подождав немного, три генерала заметили, что звон колокола поутих, а огненные завесы замедлились. Лю Эр незамедлительно принял решение и повел войска вперед, причем преград на пути оказалось вдвое меньше прежнего.

M.

Фея Яньлю была сама по себе в опасности.

Янь Цзинь поспешно спросил Ло Чэня:

— Взрослый, есть ли успехи в поимке Огня внутри Древа?

Лицо Ло Чэня было мрачнее тучи:

— Этот Огонь внутри Древа невероятно увертлив, словно обладает собственной душой, мне пока не удалось его заполучить. Держись еще немного!

Янь Цзинь потерял дар речи.

Глаза Нин Чжо ярко сияли, в них отражались языки пламени и силуэт колокола.

Его боевой дух пылал: «Старший брат, я чувствую, что у меня еще остались силы, до предела плоти мне далеко. Хочу испробовать свой предел».

Сунь Линтун с хищной ухмылкой ответил:

— Мелкий, развлекайся в свое удовольствие, а я покараулю окрестности. Если заявится Ло Чэнь, я тебя предупрежу.

Тогда Нин Чжо выпустил еще триста марионеток.

И вновь управляя куклами, выстроил их в «Легконогое построение свистящего ветра».

Армия марионеток закружилась вихрем, Нин Чжо взмыл над войском и снова сложил печати: левой рукой он нацелил меч-луч, а правую ладонь обратил к невысокому небу, формируя гигантский метеорит.

— Старший Янь, принимай удар! — Юношеская мощь вновь взметнулась до небес, и его возбужденный, зычный голос пронесся над полем боя.

Янь Цзинь: …

(Конец главы)