Ниже прайс-листа шла подробная роспись всевозможных правил, набранная мелким шрифтом. Например, чем глубже спускаешься в шахту, тем больше камней духов требуется заплатить, да и отведенное на работу время сокращается.

Или еще один момент: добытую руду ни в коем случае нельзя утаивать. На выходе из шахты ее всю до последнего кусочка выкладывали на проверку. Половина уходила в казну городка Юйган, а вторая оставалась у старателей.

— А-Чжо, глянь-ка сюда. Всё точь-в-точь, как ты и предсказывал, — передал Сунь Линтун мыслеречью Нин Чжо.

Тот бросил изучать прейскурант, перевел взгляд и сразу уперся в розыскную листовку с изображением того самого черного тигра-демона.

Зверюга на листовке злобно скалилась, а из пасти капала вязкая слюна. Художник явно обладал немалым талантом, умудрившись передать всю отвратительную натуру этой твари.

«Черноветровый Тигриный Демон», – пробормотал Нин Чжо, вполголоса читая имя из ориентировки.

Помимо него, на листовке красовались и другие чудища, чьи морды показались Нин Чжо смутно знакомыми.

Приглядевшись, он понял: это те самые твари из шайки, что рубились за куски мяса в ущелье. Там они вели себя нагло и властно, а теперь выяснилось, что все они – подручные Черноветрового Тигриного Демона.

— Глянь, тут и тот человек-культиватор есть, — снова подал голос Сунь Линтун, чья наблюдательность намного превосходила способности Нин Чжо.

В долине Шаньси обретался всего один смертный маг – практик на стадии Основания Фундамента, которого тигр держал в качестве слуги.

Нин Чжо перевел взгляд туда, куда он указывал, и с удивлением обнаружил, что этот человек значился вовсе не в списке преступников, а в разделе объявлений о пропавших людях.

Бедолагу звали Ши Суй, он владел магией стихии земли и приходился сыном прежнему главе городка. После того как Черноветровый Тигриный Демон во главе бандюг напал на поселение и вырезал кучу народу, включая самого старосту, этот Ши Суй бесследно сгинул в той резне. Его поиски безуспешно вели до сих пор.

Сунь Линтун протянул:

— Раз эта тигриная морда сумела разнести поселок, силенки у него имеются. Должно быть, в той бойчеле его взяли в плен и запросто приволокли в долину Шаньси. Держат при себе вместо лакея, а убивать не стали.

— Если мы соберемся травить тигра, Ши Суй вполне может сойти за нашего информатора. В конце концов, этот ублюдок сгубил его отца! А я-то грешным делом думал, что он обычная продажная крыса.

Сунь Линтун глянул на Нин Чжо и усмехнулся:

— Выходит, грохнем Черноветрового Тигриного Демона, да еще и награду за него срубим. Неплохо, неплохо. Сорвем листовку прямо сейчас?

Но Нин Чжо остановил его:

— Старший, погоди. Сначала зайдем в город и все вынюхаем на месте.

— Ладно, как скажешь, — согласился тот.

После пережитого в Бессмертном Дворце Лавы Сунь Линтун проникся абсолютным доверием к стратегическому гению Нин Чжо. Он прекрасно понимал: если мерять хитрость, изворотливость и коварство, то этот взлелеянный им малец стократ превосходил его самого.

Оба прикинулись бродячими культиваторами-старателями, выложили по полсотни камней духов и шагнули за ворота городка.

Улицы здесь тянулись широкие, по ним то и дело грохотали массивные механизмы на колесах.

По обеим сторонам дороги выстроились ряды простых каменных домов. На солнце стены зданий отливали нефритом – сразу видно, что мастера строили из местной породы.

Народу толмачилось полно: зазывалы горланили у лавок, вперемежку с этим слышался громогласный смех и перебранки шахтеров.

Многие культиваторы разгуливали с голыми торсами, поигрывая бугрящимися мышцами; голоса зычные, манеры развязные – сразу понятно, мастера физического тела.

Кроме них, тут водилось немало магов золота и земли.

Идеальный контингент для тяжелой шахтерской работы.

Нин Чжо с Сунь Линтуном для начала заглянули в чайную, заказали порцию тушеной говядины с нефритовым рогом и три ляна винца из росы. Сидели, ели, пиковали да прислушивались к разговорам за соседними столами.

Когда парнишка-половой принес еду, Нин Чжо сунул ему в руку камешек духов сверх счета – за ответы на вопросы.

После короткого допроса у них сложилась полная картина здешних порядков.

Например, прежний глава городка по фамилии Ши отличался лютым нравом и мелочной придирчивостью. Любому старателю, попытавшемуся протащить хоть крупицу лишнего мимо кассы, грозила немедленная и жестокая расправа – спуску не давали никому.

Зато нынешний правитель по имени Мэн Цзычжун происходил из знатного клана Мэн из государства Наньдоу и обладал самым благородным происхождением.

С тех пор как Мэн Цзычжун заступил на пост, он вел себяшироко и открыто, за порядком следил сквозь пальцы, зато истово гонял гарнизон и обожал военное дело. Он то и дело выводил воинов за стены, прочесывая окрестности горы Юйган и истребляя любую нечисть или обнаглевших тварей. Вел себя предельно ответственно.

Да и его собственная чудовищная сила внушала местным жителям чувство глубокой безопасности. Поговаривали, что в народе его любили куда сильнее прежнего хозяина.

Сунь Линтун заметил:

— Мэн Цзычжун из клана Мэн, человек военный. Судя по тому, что он развесил листовки и до сих пор ищет этого Черноветрового Тигриного Демона, когда мы принесем ему голову твари, он наверняка обрадуется и выложит всю подноготную о демонах.

Нин Чжо лишь задумчиво покачал головой:

— Не спеши, старший. Раз уж заглянули сюда, давай-ка сначала сходим на рудники, посмотрим, что там к чему.

Сунь Линтун изумленно вытаращился:

— Из-за жалкой сотни камней низшего качества… Ты и впрямь трясешься над этими грошами?⁠

Нин Чжо улыбнулся:

— Сколько живу, а в шахтах еще не ковырялся.

Сунь Линтун закинул руки за голову:

— Эх, молоденек ты еще, зелен. Что за радость – руду долбить!⁠

Вскоре они уже вовсю махали кирками на первом ярусе шахты.

— Глянь-ка, глянь, что я откопал! Экая глыба Нефритово-Мягкой Таинственной Стали! — похвастался Сунь Линтун.

— Мощно, старший, — негромко улыбнулся Нин Чжо.

— Смотри сюда, чутье меня не обмануло. Расколол породу, и угадай, что вытащил? — Сунь Линтун извлек на свет сопутствующий минерал.

Перед ними лежал кусок лазоревого камня, на ощупь напоминавший воск, сероватый и тусклый – классическое сырье для изготовления элитной краски, без которой не обходился ни один уважающий себя мастер живописи в мире бессмертных.

Нин Чжо молча поднял большой палец.

Сунь Линтун расплылся в ухмылке, сгнал с лица остатки лени и с новым азартом набросился на жилу.

Его лицо почти касалось каменной стены, а в глазах полыхало сияние. Пустив в ход природный дар Врожденных Линтун, он видел гораздо дальше и тоньше, безошибочно вычисляя самые богатые и чистые жилы.

Сунь Линтун копал и копал, погрузившись в процесс с головой.

Когда Нин Чжо чуть ли ни за шкирку вытащил его наружу, тот даже расстроился:

— Мы же еще не выработали лимит! Заплатили по полтиннику каждый, надо отбить вложения по полной.⁠

— Старший, да ты свои затраты уже раз пять отбил, — передал мыслеречью Нин Чжо, направляясь к надсмотрщику и вываливая на стол добытую руду.

Тот отобрал несколько кусков получше, просветил Нин Чжо артефактом с ног до головы и махнул рукой: ступай, мол.

Сунь Линтун припрятал при себе целую россыпь ценных сопутствующих минералов, сдав лишь немного Нефритово-Мягкой Таинственной Стали.

Сканирующий артефакт надсмотрщика ничего не учуял, так что он с тем же успехом позволил Сунь Линтуну уйти.

Парочка вновь зашагала плечом к плечу по улицам.

Нин Чжо передал ему слова раздумий:

— Гора Юйган одарена небесами щедро – запасы Нефритово-Мягкой Таинственной Стали здесь просто колоссальны. Если кто-то приберет ее к рукам, на одной этой горе можно вырастить целый мощный клан культиваторов, пустить корни и процветать веками.

Сунь Линтун пожал плечами:

— Гора Юйган, конечно, неплоха, но в сравнении с Бессмертным Городом Огненной Хурмы – сущий сор. Она способна прокормить разве что один горный поселок, в то время как в недрах Огненной Хурмы ресурсов хватит на целый город.

— Богатства горы Огненной Хурмы можно назвать неисчерпаемыми, там все вращается по кругу. А на горе Юйган копнешь хоть чуток – и ее основы истончаются, долго она не протянет.

Нин Чжо слегка покачал головой:

— Старший, ты опять упускаешь суть. Скажу прямо: я глава ответвления клана Нин. И мне горько видеть, как наше новорожденное ответвление лежит в руинах, а из реальных активов у нас – пара крошечных должностей в Бессмертном Дворце Лавы. Что это за богатство?

— Надежного фундамента под ногами нет.

— Как тебе эта гора Юйган?

Сунь Линтун остолбенел. Он никак не мог взять в толк, с чего это Нин Чжо вдруг завел такие речи.

— Мы же вроде собрались искать вещи твоей матушки?

— А наткнулись на Черноветрового Тигриного Демона, и теперь без его устранения до нужного добра не добраться.

— С какого перепугу тебе понадобилась гора Юйган? Опять затеял какую-то многоходовку?

Уголки губ Нин Чжо изогнулись в еще более глубокой улыбке:

— Одно другому не мешает.

Видя, что тот настроен предельно серьезно, Сунь Линтун задумался, прикидывая так и эдак, но быстро зашел в тупик и только поморщился:

— Этот городок охраняет Мэн Цзычжун, за его спиной стоит мощнейший клан. Как ты собираешься его сковырнуть? И уж тем более, как втиснуть сюда твой клан?

В глазах Нин Чжо мелькнула глубокая тьма:

— А что, если мы состряпаем железобетонные улики, доказывающие связь Мэн Цзычжуна с Черноветровым Тигриным Демоном?

Сунь Линтун опешил:

— Хочешь подставить его? Задача непосильная, затея крайне мутная.

— Забыл про «Формулу Прослеживания Истоков» из Зала Божественного Сыщика?

Нин Чжо тихонько хмыкнул:

— Старший, я хочу рискнуть.

Сунь Линтун аж возбудился:

— Черт, а мне нравится. Чувствую, дело пахнет жареным и будет весело.

Они покинули шахтерский городок и при помощи артефакта Ванли Юлун вернулись на гору Туманного Сокрытия.

Механический дракон зарылся в самые глухие заросли ущелья и в каком-то укромном уголке обнаружил того самого мага Ши Суя.

Сунь Линтун действовал наверняка: пара ударов вырубила бедолагу, после чего его втолкнули внутрь Ванли Юлун.

Парочка вновь вернулась на гору Юйган и выволокла Ши Суя наружу.

Нин Чжо применил сакральное умение «Жизнь на Волоске», заложив в тело Ши Суя смертоносную закладку.

Когда тот очнулся и осознал, что вырвался из лап чудовища, его охватил дикий шок.

Нин Чжо не упустил момент и внушил ему нужные мысли: мол, спас его некий могущественный отшельник, живущий вне мирской суеты. Спаситель не терпит шумихи и возвращаться к людям не намерен, а потому просто приволок его к горе Юйган, чтобы парень наконец добрался до властей и потребовал справедливости от самого Мэн Цзычжуна.

Ши Суй взревел от восторга, рухнул на колени и принялся остервенело бить лбом о камни, после чего бросился к особняку правителя.

Прорвав заслон из стражи, он ворвался в маленький внутренний дворик и принялся орать во всю глотку.

Шум привлек внимание самого Мэн Цзычжуна.

Тот вывел Ши Суя в кабинет и принялся допытываться, что к чему.

Ши Суй выложил все как на духу, захлебываясь эмоциями.

— И ты говоришь, что сбежал сам? — прищурился Мэн Цзычжун.

Следуя инструкциям «небожителя», парень не стал раскрывать истинного спасителя и с уверенной минутой соврал, будто годами выжидал момент, выгадывал день и наконец рванул что есть мочи до самой горы Юйган, уповая на то, что государство Наньдоу заступится за него и позволит отомстить за кровь!

— Господин Мэн, когда вы уже выдвинете войска?! — в глазах Ши Суя горела безумная надежда.

Хлюп.

Клинок прошил его грудь насквозь.

Ши Суй уставился перед собой с абсолютно звериным ужасом. Переведя взгляд на руку, сжимающую рукоять, он медленно поднял глаза по смуглому запястью и уставился прямо в лицо Мэн Цзычжуна.

— Ты… вы…

В следующий миг дыхание оборвалось окончательно.

Внутри Ванли Юлун эта сцена была запечатлена во всех деталях.

Сунь Линтун аж челюсть уронил от изумления:

— Какого черта?! Этот Мэн Цзычжун и вправду повязан?!

Он резко развернулся к напарнику:

— Братец, откуда ты знал?!

— Мы же все это время были вместе!⁠

(Конец главы)