Поначалу это было незаметно.

«Вот, думаю, на сегодня хватит. Тебе должно стать лучше. Я убрала часть льда из твоего тела. Если почувствуешь какой-нибудь дискомфорт или понадобится помощь, скажи мне. Я обязательно проверю и помогу».

«…Спасибо!»

Старик Сал погладил бороду и широко улыбнулся Эвелин.

«Ты очень помогла нам, юная леди».

«Хе… хе».

Эвелин неловко улыбнулась.

Юная леди…

Именно так старик постоянно её называл. Похоже, она до сих пор не привыкла к этому обращению и каждый раз отвечала такой же натянутой усмешкой.

«Ха-ха, сколько раз тебе говорить не называть её так? Ты посмотри на неё. Ей же явно неловко».

В комнату вошла Хлоя. Посмеиваясь, она положила ладонь Эвелин на голову и начала растрёпывать волосы.

«Эй—»

«Что? Что такое?»

Несмотря на протесты, Хлоя не остановилась.

За последнее время они заметно сблизились.

«Что я говорила насчёт моих волос?»

«И что? Всё равно здесь нет никого, перед кем тебе хотелось бы ими красоваться».

«Это не имеет значения!»

«Не разговаривай со мной таким тоном».

«Хия-а-ак—!»

Вокруг раздались смех и смешки.

Атмосфера в комнате сильно изменилась по сравнению с тем, какой была раньше.

Прежняя мрачность постепенно исчезала.

В сердцах людей начала появляться надежда.

Но действительно ли всё было настолько хорошо?

Я прищурился, глядя на Эвелин.

Она улыбалась.

Выглядела нормально.

Но что-то было не так.

Чем дольше я наблюдал, тем сильнее казалось, что её реакции были натянутыми.

Будто она лишь притворялась.

Или я просто слишком много об этом думаю?

Нельзя сказать, что я знал Эвелин как свои пять пальцев.

Это было бы ложью.

Я её знал.

Но не настолько хорошо.

И всё же не настолько плохо, чтобы совсем ничего не замечать.

«Я уже давно это вижу… За исключением моментов, когда она находится рядом с девочками, Эвелин почти никогда не показывает своё настоящее лицо».

«То, как она ведёт себя сейчас, довольно сильно отличается от того, какой она бывает обычно».

«Или я всё-таки накручиваю себя?..»

«М-м».

Из мыслей меня вырвал сонный голос.

Я повернул голову.

Пенелопа щурилась и тёрла глаза маленькими ладонями, после чего осторожно потянула меня за одежду.

«…Расскажешь сказку?»

Затем она потянулась влево и растолкала мальчика рядом.

Через некоторое время Ильен тоже проснулся.

Несколько раз моргнул.

Пенелопа взяла его за руку и что-то начертила на ладони.

Его глаза сразу загорелись.

«Я тоже!»

Голос прозвучал у меня в голове.

Я посмотрел на обоих детей.

И вздохнул.

«Ладно».

Вот во что я превратился за последнее время.

В няньку.

«Хотя мне всё равно почти нечем заняться».

Либо это.

Либо тренировки.

Иногда я выходил проверить Леона и остальных, но уходить слишком далеко не мог.

Каждый раз появлялось ощущение, что если отойду ещё немного, то уже не сумею вернуться.

В итоге мне оставалось только сидеть здесь и ждать, пока Эвелин найдёт способ снять проклятие.

По сути…

Она была единственной надеждой этого города.

«…Надеюсь, у неё получится побыстрее. Мы и так потеряли здесь слишком много времени».

«И я не знаю, сколько ещё выдержат Леон и остальные».

«Максимум, что могу делать я, — вливать в их тела собственную ману, чтобы поддерживать их состояние. Но этого недостаточно».

«Быстрее».

«Хм? Не торопи меня».

Я потёр лоб.

Вот же…

«Быстрее!»

«Ладно! Ладно!»

Я уже собирался начать рассказ, когда услышал знакомый голос.

«Я схожу в туалет. Потом вернусь и проверю остальных. Подождите немного».

Я снова посмотрел на Эвелин.

Она отряхнулась и поднялась.

Вытерев пот со лба, направилась к двери.

Наблюдая за ней, я вдруг кое о чём подумал.

«Стоит проверить».

В поле зрения появились сферы разных цветов.

Но одна особенно выделялась.

Та, что находилась внутри Эвелин.

«…А».

Она была не просто большой.

Она почти полностью покрывала её тело.

Фиолетовая сфера.

Страх.

«Значит, мне действительно не показалось».

Кланк—!

Дверь вскоре закрылась.

Шаг. Шаг—!

Тихое эхо шагов разносилось по тёмному коридору.

Фиолетовые волосы покачивались в такт движениям, пока Эвелин приближалась к главной двери.

Она толкнула её.

Перед глазами открылся замёрзший мир.

Тело мгновенно задрожало от внезапного холода.

По коже распространилась тонкая плёнка маны, пытаясь хоть немного защитить её.

Но разве этого было достаточно?

Стоило Эвелин выйти наружу, как она начала дрожать.

Запасы маны уже почти иссякли.

И всё же её выражение оставалось спокойным.

Хруст. Хруст.

Снег ломался под каждым шагом.

Обхватив себя руками, она направилась глубже в заснеженные улицы.

Разумеется, туалеты в убежище давно не работали.

Поэтому нужду приходилось справлять снаружи.

Но действительно ли именно ради этого вышла Эвелин?

Хруст—

Она шла довольно быстро.

Место находилось недалеко.

Вскоре Эвелин остановилась.

Перед ней стояли пять статуй.

«…..»

Она молча смотрела на замёрзшие фигуры.

Так прошло несколько минут.

Затем тело Эвелин начало дрожать.

Но уже не из-за холода.

А из-за эмоций, которых она внезапно испугалась.

И самое главное—

Вжух!

Эвелин закатала рукав.

Открылась её рука.

Точнее…

То, что раньше было рукой.

Теперь она почти полностью превратилась в лёд.

«Х-хаа».

Грудь Эвелин дрогнула.

«Ч-чёрт».

Она стиснула зубы.

«…Почему так?»

Если бы кто-нибудь стоял рядом, он услышал бы всю беспомощность и раздражение в её голосе.

Да.

Она чувствовала себя беспомощной.

Каждый день Эвелин тренировалась до изнеможения.

Не давала себе ни минуты отдыха.

Доводила контроль до предела.

Прогресс был заметен.

Но этого всё ещё было недостаточно.

«Ч-чёрт».

Она снова выругалась и прикусила нижнюю губу.

Посмотрев на Киру и Аойф, Эвелин почувствовала, как внутри груди что-то начинает жечь.

Это была…

Зависть.

Да.

Она завидовала.

Так было всегда.

За последние несколько лет и Кира, и Аойф успели прославиться.

Особенно Аойф.

Её имя знали практически все.

Она смело вела армии в бой против войск собственного брата.

Кира тоже не отставала.

Более того…

Можно было даже сказать, что из троих именно она была сильнейшей.

А что насчёт Эвелин?

Да.

За прошедшие годы она тоже значительно продвинулась.

Но медленнее остальных двух.

Да и известность её не шла ни в какое сравнение с их славой.

Кроме того…

Обе обычно справлялись с проблемами гораздо лучше неё.

И всё же—

«…..»

Эвелин прикусила губу, пытаясь подавить отвратительные чувства.

Она всегда была такой.

Комком из самых разных эмоций.

И постоянно пыталась затолкнуть их поглубже, лишь бы вписаться.

В зависимости от дня она надевала разную маску.

Весёлую.

Серьёзную.

Грустную.

Но самое главное—

Маска всегда должна была соответствовать ситуации.

Нельзя было позволить ей соскользнуть.

Эвелин не хотела, чтобы люди увидели её настоящие мысли.

Настоящие чувства.

Но сейчас…

Когда рядом никого не было…

Она наконец позволила маске упасть.

«…Я-я… была полезна».

Голос задрожал и растворился в воздухе.

Эвелин смотрела на статуи перед собой.

Облизнула губы.

«Я… думаю, только я могу решить всю эту проблему».

Она тяжело вдохнула.

«Со мной… такое впервые».

В груди стало тяжело.

Эвелин опустилась прямо на снег.

Положила руки на колени.

Ветер бросил фиолетовые волосы ей на лицо.

Она убрала их назад.

«Обычно я в-всегда та, кто попадает в неприятности».

Голос был слабым.

«Я… пыталась не отставать… от вас двоих, но даже это сложно».

Эвелин посмотрела на две замёрзшие фигуры.

«Такое чувство, будто… вы становитесь всё дальше и дальше от меня».

Она тихо рассмеялась.

«Я постоянно вижу, как вы сами решаете все проблемы, а я… просто смотрю».

Смех быстро стих.

«Поэтому было странно, когда люди начали благодарить меня… за что-то».

Она опустила голову.

«Со мной такое… впервые».

Голос сорвался.

«И я… не могу их разочаровать».

После короткой паузы Эвелин посмотрела на свою руку.

На лёд, уже захвативший её.

«Даже если… мне самой будет больно».

Эвелин наконец выговорила всё, что действительно чувствовала.

Никто её не слышал.

Но от этого становилось легче.

Словно огромный груз наконец сняли с плеч.

И всё же улыбка постепенно исчезла.

Она снова посмотрела на замёрзшую руку.

Стиснула зубы.

«Я не могу провалиться».

Впервые Эвелин ощущала на себе настолько тяжёлую ответственность.

Только она могла всех вылечить.

И не хотела никого подвести.

Нет.

Она не могла их подвести.

Эвелин вспомнила старика.

Несмотря на странный характер, он был довольно забавным.

Постоянно отпускал шутки в её сторону.

Вспомнила детей.

Ильен, несмотря на немоту, всегда оставался невероятно любопытным.

Пенелопа, несмотря на слепоту и ужасный холод, никогда не переставала улыбаться.

Реджинальд, несмотря на огромные размеры, был настоящим простаком.

А Хлоя…

Несмотря на то что постоянно раздражала…

Была почти как старшая сестра.

Думая обо всех людях, которые теперь зависели от неё, Эвелин понимала:

Она должна продолжать.

Даже если сама в итоге превратится в статую.

«Да кому вообще есть дело до меня?»

«Впервые я действительно делаю что-то полезное».

«Я—»

Хруст!

Эвелин вздрогнула и резко поднялась.

«Кто!?»

Вскоре из тумана появилась фигура.

Ветер трепал его волосы, бросая отдельные пряди на лицо.

Остановившись в нескольких шагах от Эвелин, Жюльен замер.

«А, это ты».

Увидев его, Эвелин расслабилась.

«Ты чуть не довёл меня до сердечного приступа».

Она похлопала себя по груди.

Но затем—

«Тебе нужно остановиться».

Его тихий голос разнёсся по пустым улицам.

«…Если продолжишь лечить их, совсем скоро сама превратишься в статую».