«Я правильно расслышал?»

«Нет, это вообще не имеет никакого смысла. Это правда?»

«Это ведь не шутка, да?»

«Зенит помолвлена?!»

Новость произвела эффект разорвавшейся бомбы.

И дело было не только во внешности Делайлы, которая сама по себе привлекала внимание множества людей.

Куда важнее были её положение и сила.

Стоя всего в шаге от Зенита и являясь сильнейшим человеком Империи, она обладала одним из высочайших авторитетов во всём мире.

Лишь единицы имели больше власти.

В первую очередь — Императоры.

И главным образом потому, что за их спинами стояли огромные армии и множество могущественных людей.

Их превосходство заключалось именно в этом.

В отличие от Делайлы, они были не одни.

Вот что действительно разделяло их.

Однако если говорить исключительно о личном положении и силе…

Делайла не уступала никому.

«За кого она выходит?!»

«…Он из Королевской семьи? Если да, борьбу за престол можно считать законченной!»

«Да необязательно даже из Королевской семьи! Любой, кто станет её женихом, получит поддержку не только самой Делайлы, но и герцогства Розенберг. Его положение мгновенно взлетит на совершенно иной уровень!»

Атмосфера в зале сразу стала напряжённой.

Все постепенно осознали истинный смысл происходящего.

Помолвка Делайлы была вовсе не обычным объявлением о личной жизни дочери герцога.

Это было политическое заявление.

Знак приближающихся перемен.

После осознания на несколько мгновений наступила тишина.

Люди переглядывались.

А затем все взгляды вновь обратились к Орсону.

Он стоял посреди зала с тонкой улыбкой и, похоже, откровенно наслаждался хаосом, развернувшимся перед ним.

Заметив, куда всё движется, Орсон поднял руку.

Остатки шума мгновенно стихли.

Он подождал несколько секунд, прочистил горло и продолжил:

«Похоже, эта новость потрясла всех присутствующих. Если честно, меня она тоже немало удивила. Никогда бы не подумал, что моя дочь сама начнёт искать себе партнёра».

На несколько секунд в зале стало тихо.

Все пытались переварить услышанное.

А затем—

«Что…?!»

«Это не вы устроили помолвку?»

«Она сама захотела выйти замуж?!»

Зал вновь наполнился шёпотом.

«Как это вообще возможно? Она совсем не такая, какой её описывали слухи. Кто сумел её убедить?»

Все взгляды тут же устремились к Делайле.

Она продолжала стоять посреди зала с совершенно невозмутимым лицом, спокойно принимая всё внимание на себя.

К подобному она давно привыкла.

Поэтому чужие взгляды совершенно её не беспокоили.

Её собственный оставался направлен на отца.

Но именно молчание и полное безразличие Делайлы окончательно убедили всех в правдивости объявления.

«Минуту внимания».

Орсон снова поднял руку.

Толпа замолчала.

«Я понимаю, что у всех накопилось множество вопросов, но сначала позвольте мне закончить».

Он сделал паузу.

Тишина сохранилась.

Все поняли намёк.

Орсон слегка кивнул и продолжил:

«Да. Именно моя дочь сама выбрала человека, с которым решила обручиться. Я не навязывал ей эту помолвку. Поэтому можете не искать здесь каких-либо скрытых политических мотивов».

По залу прошла новая волна движения.

Многие уже открыли рты, собираясь что-то спросить.

Но прежде чем шум вернулся, Орсон повысил голос:

«Личность её жениха мы пока решили сохранить в тайне. Я прекрасно понимаю, что все присутствующие хотят узнать, кто он, однако это произойдёт лишь через несколько месяцев».

Он спокойно оглядел зал.

«Это решение также связано с нынешними обстоятельствами. Сейчас просто не то место, где следует объявлять столь важные новости».

На губах появилась улыбка.

«…И это подводит нас к главному объявлению».

В зале вновь стало тихо.

«Примерно через месяц или два герцогство Розенберг проведёт официальный приём по случаю помолвки моей дочери и её избранника».

Орсон улыбнулся шире.

«Я хотел бы, чтобы все присутствующие здесь посетили его, когда придёт время. Там вы и узнаете личность жениха. Надеюсь, каждый из вас сможет присутствовать».

БУМ—!

Зал снова взорвался хаосом.

Похоже, дворяне просто физически не могли упустить возможность устроить шум.

Один вопрос следовал за другим.

Но Орсон оставался совершенно спокойным.

Он игнорировал всё происходящее вокруг.

Подобные ситуации были ему слишком хорошо знакомы.

В конце концов взгляд герцога остановился на определённом человеке.

Его голос вновь разнёсся по залу:

«Но оставим помолвку в стороне. Сегодняшний день должен быть посвящён не моей дочери».

Орсон слегка ударил ногой по полу.

В отличие от предыдущих разов, шум прекратился насильно.

И в тот же момент один человек стал центром внимания всего зала.

Каре-зелёные глаза блеснули под светом ламп.

Острые черты лица мгновенно притягивали внимание.

Жюльен шагнул вперёд.

Спина идеально прямая.

Плечи расправлены.

Выражение лица спокойное.

Настолько спокойное, что невозможно было понять, действительно ли происходящее его совершенно не волнует или он просто искусно скрывает мысли за невозмутимой маской.

Каждое движение оставалось неторопливым.

Уверенным.

И несло в себе незаметную тяжесть, естественным образом притягивавшую взгляды окружающих.

Чувствуя внимание всего зала, Жюльен подошёл к герцогу.

Орсон улыбнулся ему.

Остановившись перед ним, Жюльен на мгновение посмотрел на Делайлу.

Слегка кивнул.

Она ответила таким же коротким кивком.

И больше они друг на друга не смотрели.

Орсон заметил это и удовлетворённо кивнул.

Затем перевёл внимание в другую сторону.

«Маркиз…»

Все взгляды проследовали за ним.

Дворяне постепенно расступились.

Между ними показалась фигура.

Её спокойствие резко контрастировало с напряжённой атмосферой зала.

Маркиз Уилшир неторопливо поправил очки и остановился перед герцогом и Жюльеном.

Орсон посмотрел на обоих.

Затем достал два документа.

На каждом стояли подписи.

«Это договоры, которые вы оба подписали перед началом Обряда. Уверен, вы прекрасно их помните».

Ни Жюльен, ни маркиз ничего не ответили.

Но их молчание говорило само за себя.

Орсон передал документы Жюльену.

«С момента передачи этих бумаг все оговорённые территории и условия переходят к Жюльену из Дома Эвенус. Здесь также указаны обязательства, касающиеся остальных сторон».

Герцог перевёл взгляд на маркиза.

«Если кто-либо из вас желает заявить возражение — сейчас самое время. В противном случае я официально завершу передачу».

Орсон продолжал смотреть на маркиза, ожидая ответа.

Он был уверен, что тот обязательно что-нибудь скажет.

Обычно именно так всё и происходило.

«Наверняка поднимет вопрос о драконе. Но к этому я уже подготовился».

Орсон был готов к любому аргументу.

И всё же—

«Условия меня устраивают».

Маркиз неожиданно спокойно кивнул.

Орсон на мгновение растерялся.

Но тут же вернул обычное выражение лица и повернулся к Жюльену.

«В таком случае приступаю к передаче».

Жюльен протянул руки.

Орсон вложил в них документы.

С этого момента передача стала официальной.

Именно так…

Обряд оружия подошёл к концу.

«Что-то здесь странно».

После оформления передачи герцог довольно быстро отпустил меня.

Он ещё некоторое время говорил с собравшимися, а затем ушёл.

Я смотрел на документы в руках и никак не мог избавиться от странного ощущения.

Я ожидал куда больших проблем.

Не думал, что всё закончится настолько просто.

На самом деле…

Я был почти уверен, что маркиз устроит сцену из-за Камешка.

И всё же—

«Он вёл себя подозрительно спокойно. Понял, что жаловаться бессмысленно? Или за этим скрывается что-то ещё?»

Почему-то происходящее мне совершенно не нравилось.

Проблема заключалась в том, что я не представлял, что именно он мог задумать.

Или…

Возможно, я просто слишком много думаю.

Такое со мной иногда случалось.

Я вздохнул и осмотрел зал.

Практически все продолжали смотреть в мою сторону.

Я проигнорировал взгляды и продолжил искать глазами нужного человека.

Наконец заметил его.

Леон стоял с идеально прямой спиной.

Лицо застыло.

Выражение было до невозможности напряжённым.

Я подошёл к нему и похлопал по плечу.

«Вот это объявление, да?..»

Тело Леона стало ещё жёстче.

«Глава Академии помолвлена? Ничего себе!»

Леон дёрнулся.

«Интересно, какой невероятно красивый и способный мужчина сумел привлечь внимание настолько прекрасной и талантливой женщины».

Лицо Леона начало искажаться.

Я внутренне рассмеялся.

Хотел продолжить издеваться, но в разговор вмешались ещё два голоса.

«Нет, если серьёзно, как думаете, с кем помолвлена глава Академии? Я бы скорее поверила, что она последней во всём мире решится выйти замуж».

Я повернулся.

К нам шли Эвелин и Кира.

В руках у Киры было несколько пирожных.

Она протянула мне пару.

Я без лишних церемоний взял одно и съел.

«Похоже, через несколько месяцев устроят какой-то огромный приём по случаю помолвки. Чувствую, событие будет невероятного масштаба. Наверняка привлечёт внимание всего мира».

Эвелин говорила совершенно серьёзно.

И если подумать…

Это было вполне объяснимо.

Более того, от одной мысли об этом у меня скрутило живот.

Вот бы меня хотя бы предупредили заранее…

Я уже представлял хаос, который начнётся в ближайшие дни, когда новость станет достоянием общественности.

Взъерошив волосы, я сунул в рот ещё одно пирожное.

Затем взгляд остановился на фигуре вдали.

Она спокойно двигалась сквозь толпу.

Словно почувствовав мой взгляд, Делайла повернулась ко мне спиной и пошла прочь.

Я улыбнулся.

Доел последнее пирожное.

И обратился к остальным:

«Мне нужно идти. Есть одно дело».

Не дожидаясь ответа, я двинулся следом.

Сердце начало биться быстрее.

…Я слишком давно её не видел.

Я действительно скучал.