— Ты предаешь Клан Уин, Лейкеу? — Перед Иналой собралось в общей сложности восемьнадцать сородичей Уин. Четырнадцать находились на Стадии Тела, а остальные – на 2-й Стадии Жизни. Старший из них, человек, который вот-вот должен был достичь 3-й Стадии Жизни, шагнул вперед и обратился к Инале.

Он был единственным, кто знал о Золотой Библиотеке Варахан. Остальные были слишком молоды, чтобы ведать о бесчисленных делах, в которые ввязывался Клан Уин.

— Я здесь, чтобы подраться, — произнес Инала и ринулся в гущу толпы. — Не бойтесь! Я никого из вас не убью.

— Че… — Сородич Уин опешил, когда Инала попер на него прямо посреди допроса. Это застало бойца врасплох: Молот Биллакина врезался ему в лицо, на мгновение дезориентировав чувства.

— Вы же все шпингалеты…! — усмехнулся Инала, отводя правую руку назад, чтобы врезать ближайшему сородичу Уин. Но вдруг он резко вильнул в сторону и врезал пинок другому сородичу Уин, который только что принял форму Эмпирейского Кабана.

Искусство Мистической Суматры – Выброс Адреналина!

Скорость Иналы возросла до пределов, испытывавших его тело на прочность. Адреналин хлынул в кровь мощным потоком, заставляя его чувствовать себя непобедимым. Его чувства обострились до предела, позволяя отслеживать каждое движение Эмпирейских Кабанов, использующих Природу Рваного Выпада.

— Гах! — взвыл от боли Эмпирейский Кабан как раз в тот момент, когда активировал Рваный Выпад, чтобы кинуться на Иналу. Однако тот плавно крутанулся и шагнул в сторону, чудом избежав столкновения, после чего выбросил вперед когти.

Когти вонзились в бока Эмпирейского Кабана, оставив глубокие рваные раны и хлынув потоками крови. Но взвыла тварь вовсе не поэтому.

Стоило когтям вонзиться в брюхо зверя, как Инала прямо внутри раны сгустил Молот Биллакина. Оружие застряло в теле Эмпирейского Кабана, и через образовавшийся разрез поток Праны Иналы соприкоснулся с молотом, подчинив его в качестве Духовного Оружия.

Бац!

Молот Биллакина принялся со страшной силой колотить Эмпирейского Кабана изнутри, заставляя того корчиться от боли. Как раз в этот момент один из сородичей Уин вернулся в человеческий облик, применил комбинацию Рваного Выпада, а следом пустил в ход Вихревой Клинок.

Ветряные клинки от Рваного Выпада выстроились в линию прямо под Вихревым Клинком. Скользя по полу, сородич Уин отсек правую ногу Иналы по самое колено.

— Гах! — едва завершив этот блестящий маневр, сородич Уин сам взвыл от боли: маленький Молот Биллакина впечатался ему в плечо, размозжив его в кашу. Странная психокинетическая сила пропитала его кости, превратив их в крошечные осколки от одного единственного удара. «Мои кости не настолько хрупкие, чтобы разлететься от одного удара!»

— Тьфу! — Эмпирейский Кабан бросился на Иналу, пытаясь вцепиться зубами в его руку. Зверь тут же с отвращением выплюнул кусок мяса: Инала засунул ему в пасть свою же отрубленную правую ногу. Предварительно он покрыл конечность тонким слоем биллакина, что позволяло управлять ею на расстоянии.

Нога уперлась в заднюю стенку глотки, заставляя Эмпирейского Кабана задыхаться.

Искусство Мистической Суматры – Сродство к Регенерации!

Искусство Мистической Суматры – Праническая Кровь!

Его правая нога начала регенерировать с удвоенной скоростью, а в руке возник гигантский Молот Биллакина. Длина одной только рукояти составляла пять метров, а бойек представлял собой цилиндр высотой в два метра и радиусом в метр.

Инала ухватил молот правой рукой и принялся размахивать им вовсю, сдерживая Эмпирейских Кабанов с дюжину секунд, пока его нога почти полностью не восстановилась. Кожа, ногти и еще кое-какие мелочи отрастили не до конца, но конечность уже вполне годилась в дело.

Инале этого хватило с лихвой. С помощью психокинетики Молот Биллакина закрутился у него в руке, источая психокинетические волнения, которые на корню гасили ударные волны от Пранического Шока.

Бум! Кабум!

Он изо всех сил швырнул Молот Биллакина прямо в голову Эмпирейского Кабана, размозжив тому череп и выведя из схватки до полного исцеления. Из-за того, как именно был разбит череп, на регенерацию уидет чертовски много времени – там все-таки мозг, так что торопиться было нельзя.

— Арх! — взвизгнул еще один Эмпирейский Кабан, когда Инала внезапно вырвал и сожрал его глаза. По ходу битвы Инала получил множество глубоких ран и не раз лишался конечностей.

Однако чем кровавее становился его облик, тем сильнее пространство вокруг пропитывалось странным чувством доминирования, вселяющим страх в сородичей Уин.

Пусть сородичи Уин и обладали Золотым Рангом, старшему из них все еще было далеко до зрелости. У них попросту не хватало опыта командной борьбы против существа, которое с первой же секунды сражалось на пределе возможностей и не сбавляло обороты ни на мгновение.

Ему не требовалось перевести дух, собраться с мыслями или хотя бы на секунду остановиться. Болевой порог у этого гада тоже зашкаливал: какую бы рану он ни получал, Бралли даже бровью не вел, вместо этого обрушивая на врагов непрекращающийся шквал атак.

— Лейкеу… — пробормотал один из сородичей Уин, прекрасно понимая значение этого имени, наблюдая, как Бралли сжимает в кулаке собственную руку, оторванную Эмпирейским Кабаном, и делает круговой взмах, точно забрызгивая кровью глаза ближайших врагов.

А в тех Эмпирейских Кабанов, что использовали Пранический Шок для защиты от крови, Инала вцепился лично. Покрыв когти биллакином, он сжал их в кулак и врезал Эмпирейскому Кабану. Каждый его удар подрывал целостность кожи, плоти и, главным образом, костей зверя.

Время от времени он безошибочно наносил удары по печени Эмпирейских Кабанов, вырывал ее и тут же пожирал. Благодаря такому перекусу он продержался гораздо дольше, чем позволял его собственный запас Праны.

…

— Беда! — В кабинет Шуврака Захары влетел сородич Уин и выпалил в панике:

— Лейкеу дерется с нашими ребятами!

— Веди. — Шуврак Захара запрыгнул на спину сородичу Уин, принявшему форму Эмпирейского Кабана, и они сорвались с места.

«Какого черта ты творишь, Лейкеу? Тебя же Клан Уин на куски порвет, если продолжишь в том же духе!», – встревоженно думал он, пока Эмпирейский Кабан мчался к границе. Вскоре они прибыли на место: густая вонь крови ударила в ноздри, еще сильнее подстегнув его тревогу.

— Черт…! — Опасаясь, что Лейкеу перебил кого-то из сородичей Уин, Шуврак Захара пронесся сквозь заросли кустарника и увидел валявшихся на земле сородичей Уин в человеческом обличье. Их тела были сплошь покрыты кровью, ошметками плоти и огромными комьями жира вместе с прочими внутренностями.

— Какого… хрена тут произошло? — На секунду он остолбенел, а затем расширил радиус поиска Праны, но так и не смог учуять поблизости Бралли. «Сбежал?»

— Вы как? — Он подбежал к ближайшему сородичу Уин, оценил его состояние и шумно выдохнул с облегчением: «Ранен, но живой».

Шуврак Захара окинул взглядом остальных сородичей Уин. «Все ранены, но никто не умер. Даже те, кто на 2-й Стадии Жизни, не лишились ни одной жизни».

— Угх… — Один из сородичей Уин очнулся, уставился на Шуврака Захару и тут же чуть не заревел:

— Этот… ублюдок!

— Что здесь стряслось? — спросил Шуврак Захара, доставая горсть Плодов Паруте и скармливая их сородичу Уин, чтобы ускорить его восстановление.

— Лейкеу не был сильным, — заговорил сородич Уин, как только его раны начали затягиваться. Он кое-как прожевал Плоды Паруте и жадно проглотил их. — Если брать поодиночке, большинство из нас превосходило этого Бралли с большим отрывом.

— Но… — Он скрипнул зубами и выругался от бессилия:

— Что бы мы ни делали, мы не могли победить. Нам удавалось тяжело ранить Лейкеу бессчетное количество раз, но он словно не замечал этого. Вместо этого он неумолимо лупил нас такими способами, о которых мы и помыслить не могли.

— Успокойся и выкладывай все по порядку. — Шуврак Захара похлопал сородича Уин по плечу, а затем протянул руку:

— Запиши все, что пережил, на варовую плашку и отдай мне. Это пригодится, когда я начну выслеживать сбежавшего Бралли.

— Нет… он не сбежал. — Сородич Уин покачал головой и мрачно ответил:

— Он просто захотел прогуляться по Песчано-Серой Пустоши. Мы не хотели его пускать и завязали бой.

— Лейкеу просто хотел нас отлупить. Потому что драться со всеми нами разом – это для него вызов. — Под конец в его голосе прозвучало отчаяние:

— Вот почему никто из нас не потерял жизнь.

Шуврак Захара промолчал и вместо этого сначала обратился к варовой плашке, вникая в боевой стиль Иналы. «Каждую секунду Лейкеу сражается ровно с одним Эмпирейским Кабаном. Он стратегически использует разницу в их габаритах, отлично знает детали активации каждой Природы и с легкостью предсказывает исход».

«Этот молот, конечно, таит некоторую опасность, но не более того. По чистой силе все сородичи Уин на поле боя превосходили Лейкеу поодиночке». Шуврак Захара трезво оценивал разницу в силе. «Но пропасть в боевом опыте и понимании между ними выглядела так, будто взрослый дядька забавляется с кучей новорожденных младенцев».

— О, а вот и ты.

Пока Шуврак Захара анализировал данные с варовой плашки, раздался знакомый голос. Он поднял голову и уставился на тянущуюся до бесконечности ночную завесу. Из темноты наполовину выглядывало лицо Бралли. — А я думал, ты отсюда сбежал.

— С какой стати? — усмехнулся Инала, вступая в Анклав Варахан и останавливаясь прямо у границы. Его тело сейчас буквально полыхало, беспрерывно шкворча, а по всей коже выступали и лопались волдыри.

Даже его лицо исказилось от боли: кожа и плоть на большей части тела, казалось, выгорели дотла, обнажая кости. Его запасы Праны скатились на самое дно, и ему стоило колоссальных усилий просто удерживать сознание.

— На тебя больно смотреть, — заметил Шуврак Захара, бросая Инале корзинку с Плодами Паруте.

— Снаружи вообще полная жопа, — отозвался Инала, уплетая содержимое корзинки в один присест. Проглотив еду, он уставился на то, как его раны начинают медленно затягиваться. Кивнув назад в сторону ночной завесы, он бросил:

— Я стоял в четырех метрах отсюда, причем так, чтобы даже в случае падения моя голова и сердце рухнули в Суматру.

— Какого хера тебя вообще понесло наружу? — Шуврак Захара нахмурился. — Ты что, не знаешь, насколько опасна Песчано-Серая Пустошь?

— Ты же знаешь мой секрет, верно? — Инала подошел к Шувраку Захаре и прошептал, дождавшись кивка:

— Я хотел узнать, смогу ли сотворить Духовное Оружие из серого песка.

— Получилось? — Шуврак Захара изо всех сил старался держать каменное лицо, чтобы не привлечь внимание стоявшего неподалеку сородича Уин.

— Трансцендентное влияние мне помешало. — Инала покачал головой. — Такое ощущение, что прямо у Анклава Варахан толчется пара Трансцендентных и вовсю рубятся друг с другом. Из-за этого я и выляжу теперь как кусок мяса.

— Создать Духовное Оружие из серого песка теперь анрил, разве что удастся вычистить из него всю эту Трансцендентную заразу. — Инала указал на свое тело. — А это задача не из легких.

— Понятно, — кивнул Шуврак Захара. — Значит, ты поперся туда только ради Духовного Оружия.

— Не только, — Инала подтолкнул Шуврака Захару локтем, подзывая к своей пещере. — Пойдем сначала ко мне.

— Мне нужно кое-что тебе показать.

«Мне нужна помощь этого парня, чтобы создать противодействующую Природу внутри Духовного Оружия», – думал Инала, искоса поглядывая на сопровождающего его Свободного Человека. Что же до сородичей Уин, те могли лишь бессильно сверлить Иналу яростными взглядами.

В конце концов, их не убили и не оскорбили. И главное – их отлупил не сородич и даже не старший, а Пранический Зверь, который был намного младше каждого из них, да еще в бою один против восемьнадцати.

Если только они не хотели в грязь лицом окунуть имя Клан Уин, они никому и никогда не выболтают подробности этой драки. «Именно поэтому это так весело. В таких драках я собираю и опыт, и знания. А пользуясь тем, что мое тело еще молодо, мне не придется париться насчет какой-либо мести от этих сопляков».

Короче говоря, он вовсю пользовался привилегиями мелкого паршивца.