?437 Вирала узнает о Лууте.

Яхира была умной женщиной. Но по части характера – сущий зануда. В «Хрониках Суматры» она не блистала яркими чертами личности, зато слыла преданнейшей сторонницей Реши. Она прикрывала его спину в любой ситуации и истовно потела над решением его проблем.

Она была одарена в боевых искусствах, прямо как Реша, и даже умудрилась ранить Кабаньего Владыку в финальной стадии – подвиг, который не удался даже самому Реше, несмотря на весь его арсенал великих сокровищ.

Она никогда не спорила с Решей и молча глотала любые его слова, какими бы дурацкими они ни были. Более того, даже если его затея неминуемо вела к провалу, вместо того чтобы отчитывать идиота, она предпочитала из кожи вон лечь, но воплотить его безумие в жизнь. Такой уж у нее был характер.

Вирала сох по ней со страшной силой именно из-за этой грани ее натуры. Мало того что она молча поддерживала своего мужчину, так еще и занимала в отношениях подчиненную позицию, без остатка посвящая себя возлюбленному.

Единственным ее изъяном было то, что она на дух не переносила общение Реши с другими женщинами, пусть даже самое поверхностное, из-за чего в конце концов и издырявила его ножами. В глазах Виралы она была идеальной женщиной без единого изъяна.

С другой стороны, Ярша Захара являлась женщиной упрямой и своенравной, со своими собственными целями и взглядами. Даже в самый мрачный период после падения своего королевства она сохраняла гордость, смело строила планы и методично пыталась отравить жизнь Кабаньему Владыке на каждом шагу.

Именно поэтому она из кожи вон лезла, чтобы укрепить человеческие королевства и империи, одновременно разворачивая против Кабаньего Владыки целые пропагандистские кампании и настраивая всех против него.

В амурных делах она ни во что не ставила Решу, хотя и была влюблена в него. Если Реша пытался сморозить какую-нибудь глупость, она вываливала ему всё прямо в лицо и тут же выдавала с десяток куда более толковых вариантов.

Она использовала Решу, чтобы легально проникнуть в Клан Мамонта и получить доступ к их архивам. А когда закончила, переспала с ним, пока не залетела.

После этого она просто бросила Клан Мамонта и пошла своей дорогой, унося с собой плоды их любви – она вовсе не собиралась бороться за мужика, у которого кишка тонка отстоять их любовь перед Яхирой.

Она любила Решу, а он ее – нет. Так что, заимев от него ребенка, она с чистой совестью отвалила в закат. Что бы ни подкидывала ей жизнь, Ярша Захара всегда всё делала по-своему.

Как персонаж она вызывала у Виралы глухое отвращение – в ней было абсолютно всё, что он находил в женщинах неприемлемым. Но даже он объективно признавал: по степени влияния на сюжет «Хроник Суматры» с Яршей Захарой не мог сравниться никто.

В «Хрониках Суматры» она появлялась ненадолго, но в итоге успела покорить сердца всех читателей, заслужив неофициальный титул главной героини.

— Надо бы извлечь из этого выгоду, — скривившись в ухмылке, подумал Вирала, продолжая копаться в информационных свитках. Однако в процессе он неожиданно наткнулся на костяной осколок.

Вирала просмотрел его в обычном порядке и остолбенел, обнаружив там информацию о себе:

— Какого черта? С чего это я стал главной мишенью Кабаньего Владыки? И что за бред с этим именем – Луут? Откуда вообще взялось это прозвище?

В костяном осколке хранилась запись: вот Кабаний Владыка наблюдает за «Луутом» в Клане Мамонта. Начиная с ранних деньков слежки и заканчивая тем, как этот ублюдок перехитрил владыку, сожрав сердце Эмпирейского Бивня, – всё было запечатлено в этой записи.

Вирала ошарашенно переваривал череду событий, а напоследок злобно выплюнул:

— Проклятый бездарь Реша. Я создал идеальную возможность, а он всё просрал!

Он сжал кулак, вгоняя в ладонь потоки Праны, а заметив, как та мгновенно развеялась, пробормотал:

— Раз я не могу сконденсировать тело, значит, мое тело в Клане Мамонта все еще живо.

Узнать хоть что-то о своем втором теле было невозможно, но Вирала мог определить, живо оно или нет. Он разделился на две оболочки, но его общая ступень совершенствования равнялась 2-й Стадии Жизни.

Его нынешнее тело находилось на пике Стадии Тела, в то время как второе – на начальном этапе. На данный момент расти могло только второе тело. И когда оно достигнет пика Стадии Тела, перед ним откроется выбор.

Любое из тел могло начать создание третьего. Но строить можно было только одну оболочку за раз. Так что, если бы его нынешнее тело принялось за создание новой формы, тело в Клане Мамонта не смогло бы вырастить никого, пока его третье я не доберется до пика Стадии Тела.

В данный момент, если бы его тело в Клане Мамонта пришили, его общий уровень рухнул бы до 1-й Стадии Жизни. Это значило, что он уже должен был иметь возможность слепить новое тело. Но раз у него ничего не выходило, значит, он по-прежнему находился на 2-й Стадии Жизни, и процесс создания очередного тела еще не завершился.

«Хорошо хоть, что я всё еще на 2-й Стадии Жизни, но что за херня творится с этим Луутом?», – Вирала нахмурился, листая документы, связанные с Луутом. — Что за бред я читаю?

«Этот Луут – Эмпирейский Кабан с другого континента, прибывший сюда в поисках секретов Кабаньего Владыки и мистического ранга. Ради своих планов он похищает ценных людей…», – Вирала вскинул брови, уставившись на список:

— Грязевик, преемница Верховного Бивня…

— Это че, розыгрыш? — Глаз у Виралы задергался. Он огляделся, но не заметил ни единого следа слежки. — Качество собранной информации слишком высокое для тупой шутки. Но если это правда, то как я раньше столкнулся с Ганналой? Стойте… судя по записям, Луут украл только Грязевика и преемницу Верховного Бивня. Остальные из списка были выброшены после извлечения их сосудов духа.

«Амита… никогда о ней не слышал, но фамилия Бримган. Может, какая-то птица высокого полета из королевского рода Бримган? Дальше у нас…»

— Виттрал? Какого хрена, он что, растерял силу? — Вирала ошарашенно ахнул, вчитываясь дальше. — Ага, его вытащил Кабаний Владыка, и он сумел восстановить мощь.

— Но тут многое не сходится, — пробормотал Вирала, пытаясь сложить мозаику. — Способности этого Луута жутко похожи на мои. Характер – вылитый я. И хуже всего то…

Он развернул свиток со своим портретом:

— Да это же моя рожа. Выходит, Кабаний Владыка целенаправленно охотится за мной?

Он вспомнил тот момент, когда Кабаний Владыка внезапно открыл на него сезон охоты:

— Значит, к тому моменту он уже как-то вышел на мой след. И самое паршивое, что меня выставляют виновным во всех художествах этого ублюдка Луута! Какого хрена? Что я сделал?!

Он со стоном потер лицо от бессильной ярости и выругался наотмашь:

— К тому же с Ганналой явно всё в порядке. Если этот Луут – выдумка Иналы, чтобы повесить на меня всех собак, тогда понятно, почему сама Инала цела и невредима. Асаэя тоже была с ней. И почему-то их внешность и сигнатуры Праны отличались.

— Подождите-ка, а ведь из этого можно извлечь выгоду, — на его губах вновь заиграла улыбка. — Стоит мне слить Ярше Захаре местонахождение Ганналы, как она сама натравит на нее Кабаньего Владыку. И как только та сдохнет…

— …я наконец освобожусь от этого геморроя.