— Приготовься, Нурнур. — Прана хлынула сквозь Виттрала, когда он перешел в боевую готовность. — У нас нет другого выбора, кроме как подчиниться его приказу. Иначе отсюда черта с два сбежишь.

— А если он… — Нурнур не смогла закончить фразу. Она боялась, что Кабаний Владыка сожрет Виттрала ради его Первичной Природы.

— Сделал бы это раньше, если бы захотел, — вздохнул Виттрал. — Уверен, он прекрасно знает, кто я. Мы понятия не имеем, какова его цель, но играть по его правилам – наш единственный выход.

По мере того как вокруг темнело, Виттрал бросил свирепый взгляд на пранических зверей:

— К тому же мы и так друг друга резали. Давайте доведем это дело до конца!

— До конца! — завопила Нурнур и воздвигла угольно-черное облако, извергающее на пранических зверей волны жара.

— До конца! — отозвался Закзак, объединив свои силы с Нурнур и усилив волны жара так, что от них потянуло едким запахом.

— Держитесь ближе к Виттралу и выкладывайтесь по полной! — прокричал капитан, разделившись надвое, чтобы защитить Виттрала кольцом из своих тел и одновременно атакуя Сросшегося Пальца. — До конца!

Время на исходе: округа погрузилась во тьму. Все пространство превратилось в Песчано-Серую Пустошь, которая исподволь принималась поглощать их.

Облачный слой, служивший им опорой, стремительно таял, обращаясь в серый песок, что напуграло сородичей кутеров. Те перешли в яростную контратаку, желая прикончить пранических зверей как можно скорее, чтобы Кабаний Владыка вытащил их наружу.

Атмосфера накалилась до предела, и обезумевшие противники сошлись в слепой мясорубке.

— Агх! — Из всех отверстий головы Виттрала хлынула кровь, когда он изо всех сил применил свою Первичную Природу на сером песке. На один лишь контакт ушла львиная доля его праны, ведь он пытался подчинить серую сыпучку как часть своего духовного оружия.

Сдавленно рыкнув, он обрушил на пранических зверей целое цунами из серого песка, вызвав у тех нескончаемые вопли. Но из-за природы Песчано-Серой Пустоши всё это тонуло в абсолютной тишине.

Сородичам кутеров казалось, что они молотят в пустоту – звуков не существовало вовсе. Приходилось полагаться лишь на чувственное восприятие праны, чтобы на ощупь определять, где тут свои, а где чужие.

Спустя десять минут Песчано-Серая Пустошь перестала расширяться и начала стабилизироваться. Вот только в самом центре под слоем серого песка обнаружилась вода, уходящая на глубину в шестьсот-тысячу метров.

Рыхлый серый песок оказался тяжелее воды и потому принялся неумолимо погружаться в пучину.

— Спасибо! — крикнула Нурнур, вырываясь из ловушки, в которую ее загнала Первичная Природа Сросшихся Пальцев. Виттрал присыпал покрывавший ее панцирь щепоткой серого песка, и та разрушилась, позволив ей освободиться.

Она тут же бросилась на ближайшего Сросшегося Пальца, остервенело молотя по нему без оглядки на собственную жизнь.

Возле Виттрала оставалось одно из ее тел. Пока оно цело, она сможет восстановить культивацию. К тому же защита Виттрала стояла превыше всего.

Облачный настил исчез без следа, заставив всех ступить на зыбкий серый песок. Массы песка рушились в Дралхское Море, и некоторые бойцы проваливались вместе с ними, не издав на прощание ни звука.

Участь сородичей кутеров и пранических зверей была предрешена: они тонули в смеси воды и серого песка, поглощаемые пучиной. Над погружающимися тушами пранических зверей парили миниатюрные эмпирейские разведчики зингеров.

Связанный с ними энергетическим потоком праны Инала стоял на самом краю зоны действия своего духовного оружия. Он использовал двух эмпирейских разведчиков зингеров, чтобы следить за Виттралом. Те ничего не видели и не слышали, но отчетливо ощущали состояние Виттрала через праническое чутье.

Разумеется, Виттрал замечал их слежку и тут же уничтожал лазутчиков. Пару секунд спустя их место занимал другой разведчик. Жертвуя жизнями эмпирейских разведчиков зингеров, Инала держал Виттрала на мушке, гарантируя, что никакие непредвиденные обстоятельства не разрушат его планы.

На сером песке покоился полый цилиндр длиной в десять метров и радиусом в четыре сантиметра. Удерживая его сверху одной рукой, Инала парил в воздухе, предварительно снизив собственный вес до минимума.

Цилиндр тоже ничего не весил, а потому не уходил под серый песок так стремительно, как остальные объекты. Это означало, что его поглощали гораздо медленнее. И всякий раз, когда его высота уменьшалась до девяти метров, Инала конденсировал на верхушке праническую бомбу, возвращая туалету исходную десятиметровую длину.

Затем его рука перемещалась на самый верх, повисая на конструкции и тратя минимум праны даже в столь опасном месте. Без данных Грязевика он ни за что не сохранил бы такое хладнокровие.

Песчано-Серая Пустошь была опасна неравномерно. Пусть и медленно, но рыхлые массы серого песка перемещались по региону, создавая перепады концентрации. В конце концов в Пустоши образовывались зоны, куда менее смертоносные, чем остальные.

Клан Мамонта в былые времена прокладывал через такие безопасные участки путь к другому континенту. Кабаний Владыка в молодости тоже инстинктивно пользовался этими тропами, чтобы извлекать выгоду из Песчано-Серой Пустоши.

Обладая данными Грязевика, Инала сумел отыскать подобный участок и переждать бой в относительной безопасности.

По мере того как серый песок в зоне корабля проваливался в воду, Виттралу стало чуть легче: на поверхность проступила вода из Дралхского Моря. Она была густо перемешана с частицами серого песка, что куда сильнее истощало его запас праны.

Но зато теперь он мог эффективнее калечить врагов, изо всех сил вгоняя серый песок в их тела и уничтожая противников изнутри.

Бой бушевал почти восемь минут, пока последний Сросшийся Палец не испустил дух, рассыпавшись целой горой серого песка.

— Мы… победили! — Нурнур лишилась сил в ногах и тяжело оседала на песок, полностью истощенная – в ее теле не осталось ни капли праны. В финальной схватке она потеряла два тела, что оказалось куда лучше худших ее опасений. Использование Виттралом морской воды вперемешку с серым песком переломило ход битвы в их пользу.

— С-сколько нас выжило? — спросила она, но ответа не последовало: в этой тишине ее никто не слышал. Она шарила руками в темноте, пока кто-то не поймал ее за запястье и не сунул в ладонь склянку.

Внутри плескалась пара капель целебной жидкости. Осушив склянку, Нурнур выжала из себя крохи праны, чтобы активировать праническое чутье:

— Закзак!

Она также почувствовала, что Виттрал в полном порядке и безопасности покоится в объятиях потерявшего сознание Закзака. У самого Закзака осталось два тела, и оба они заслоняли Виттрала с обеих сторон. Расширив диапазон чувств, Нурнур насчитала еще четырнадцать выживших.

— Закзак! Мы выжили! Теперь мы можем уйти… — радостно завопила Нурнур, приближаясь к нему, но вместо ответа ей в лицо брызнула теплая кровь. Из шеи Закзака выглядывало лезвие, а за его спиной стоял сородич кутеров.

Этот боец входил в отряд, отправленный на Остров Фрал, и среди всех сородичей кутеров на корабле был знаком Виттралу лучше прочих. Именно поэтому он и его товарищи с Острова Фрал образовали ближайший к Виттралу круг обороны, служа его вторичной защитой, хотя многие из них полегли в предыдущей сватке.

Но теперь эта самая вторичная защита предала их в самый неожиданный момент. Удар в спину нанесли в первую очередь обоим телам Закзака, обладавшего наибольшим запасом праны среди выживших.

— Ч-что происходит? — Нурнур на мгновение растерялась, намереваясь дать отпор. Но тут на нее волной накатило присутствие Кабаньего Владыки, притупившее ее реакцию, и в этот самый миг лезвие пробило ее шею.