Природа оказывала влияние на сущность, которая ею обладала. Для пранических зверей это никогда не было проблемой, поскольку их природа определяла их самих.

Но люди не рождались с природой. Следовательно, когда они обретали ее на Стадии Тела, они неизбежно поддавались этому влиянию. Порой такие перемены в характере, складе ума и мышлении создавали проблемы как для них самих, так и для окружающих.

Иного выхода, кроме как смириться, просто не существовало. Обычно в таких случаях советовали медитировать какое-то время, не прибегая к своей природе, и заниматься самоанализом. Рано или поздно человек привыкал к этому и находил способ жить дальше, несмотря на чужеродное влияние.

У сородичей Мамонта влияние было двойным. Первое исходило от их природы, а второе – от их Эмпирейских Бивней.

В отличие от Свободных Людей, они обычно не пытались приучить свой разум выдерживать это давление. Нет, они пускали все на самотек. В конце концов, каким бы сильным ни становилось это влияние, оно никогда не могло превзойти мощь Эмпирейского Бивня.

В результате, как бы сильно ни съезжала у них крыша, они все равно оставались верными сородичами Мамонта, действуя исключительно в интересах Клана Мамонта. Лучшим примером тому служил Бора Бивень.

Однако чем дальше они удалялись от Эмпирейского Бивня, тем слабее становилось его воздействие. И тогда влияние их собственных природ неизбежно брало верх.

Как правило, большинство сородичей Мамонта сливались с праническими зверями Серебряного ранга Начального или Среднего уровня. Полученные природы Серебряного ранга были недостаточно сильны, чтобы перевесить чаши весов.

Те же, кто обладал силой пранических зверей Серебряного ранга Высшего или Экспертного уровня, занимали посты лидеров поселений, матерей-госпож и были столпами, защищающими Клан Мамонта.

Они никогда не покидали свой Эмпирейский Бивень, проживая там всю жизнь. А потому им никогда не приходилось слишком сильно беспокоиться о влиянии своих природ.

Именно поэтому Асаэя сталкивалась с таким количеством ментальных проблем. Мало того, что ее природы достигли Экспертного Серебряного ранга, так их было еще и две, а эффекты Переноса Акаши мало чем отличались от банальной наркомании.

В итоге она по уши увязла в проблемах.

Что же до Клана Кутер, то его воинов регулярно отправляли в различные места далеко от их Эмпирейских Снэпперов с интервалом в три месяца. В эти тяжелые времена многим приходилось в одиночку бороться с влиянием собственной природы.

Иногда, хоть и крайне редко, сородичи Кутер сходили с ума. Чтобы справляться с подобными напастями, Клан Кутер разработал Эликсир Смягчения Влияния.

Его функция была проста – ослабить хватку, с которой природа терзала разум владельца. Выпив такой эликсир, сородич Кутер возвращался в норму. Медитируя в таком состоянии, он полностью исцелялся и мог больше не бояться сойти с ума.

Действия эликсира хватало надолго: сородич успевал довести свой разум до предельной закалки, и даже после того, как эффект зелья рассеивался, влияние природы уже не могло причинить ему прежнего вреда.

Если бы Эмпирейский Кабан вовремя испил Эликсира Смягчения Влияния, он бы не пал жертвой мощнейшего влияния сотен поглощенных им природ. Он сумел бы сохранить рассудок на достаточно долгий срок, чтобы окрепнуть и в конце концов научиться самостоятельно противостоять этому давлению.

К несчастью для расы Эмпирейских Кабанов, они обитали слишком далеко от Клана Кутер. Из-за этого у них никогда не было доступа к Эликсиру Смягчения Влияния, и они так и не смогли вырваться из своей жалкой участи, пока Клан Мамонта их полностью не истребил.

Одной из целей Иналы было добыть как можно больше Эликсиров Смягчения Влияния. В них отчаянно нуждалась и Асаэя, и он сам. Хоть он и становился сильнее как физически, так и ментально, его природы развивались куда более бешеными темпами.

У него было три природы. А значит, Эликсир Смягчения Влияния был жизненно необходим и для его собственного роста. К тому же, чтобы культивация проходила безопасно, было полезно использовать эликсир каждый раз при создании нового тела. Так что ему одному требовалось штук десять.

Его второй целью был Виттрал. Но поскольку он только что прибыл на место, Инала сосредоточился на первой задаче.

— Искусство Мистической Кости: Коготь Праны!

Услышав слова Виттрала, Инала криво усмехнулся и активировал навык «Коготь Праны». Уставившись на Нурнур, он протянул к ней руку:

— Ты не против, если я продемонстрирую?

— Валяй, — Нурнур ни капли не испугалась и протянула руку вперед. — Посмотрим, на что способен этот Свободный Человек. Не похоже, чтобы он был слишком силен…

— Агх! — взвизгнула от боли Нурнур, когда через коготь Иналы ее прана хлынула наружу. Твердая, похожая на панцирь поверхность когтя казалась ледяной на ощупь – словно его изготовили из чистой кости, лишенной всякой плоти и крови.

— Вот моя сила, — Инала отдернул руку и деактивировал навык, наблюдая за перекошенным лицом Нурнур с садистской ухмылкой. — Моя сила позволяет мне высасывать прану из цели через прикосновение. Весьма мощная штука, как ты уже смогла убедиться.

— Черт бы побрал, — выругалась Нурнур, воочию убедившаяся в силе Иналы за свой же счет. Несмотря на жгучее желание ответить тем же, ее сердце заколотилось, а лицо залилось краской. В груди саднило, а Духовный Сосуд легко подрагивал оттого, что прану из него вырвали силой.

На ее Духовном Сосуде появилась тонкая трещинка. И хотя она залечила повреждение всего за пару секунд, масштаб разрушений ясно дал понять, какой пугающей мощью обладал Инала.

— Мой Человеческий Аватар создан из минерала Серебряного ранга, — сказал Инала. — Сила, которую он мне дарует, невероятно мощна, но и ее влияние под стать этой мощи.

Он вздохнул и продолжил:

— Каждый раз, когда я вижу кого-то, во мне просыпается дикое желание напасть и выкачать из него всю прану. В прошлом я из-за этого натерпелся. Именно поэтому я и рискнул покинуть Империю Бримган в поисках Эликсира Смягчения Влияния.

— Увы, — с унылым видом произнес он, — все люди на моем корабле и все товары, которые я вез на обмен за этот эликсир, были уничтожены теми проклятыми праническими зверями.

— Не думаю, что с твоим уровнем силы это было так уж сложно, — заметил Виттрал, следя за мимикой Нурнур, чтобы оценить разрушительный потенциал способности Иналы. — И раз уж ты из влиятельного купеческого дома, для твоей безопасности должны были выделить сильных охранников, верно?

— Да, — кивнул Инала. Его глаза покраснели, а по щекам потекли слезы. — Меня сопровождали два дяди. Один находился на 4-й Стадии Жизни, а второй – на 5-й. Оба остались позади, чтобы задержать трех пранических зверей Золотого ранга, которые преследовали нас по пятам.

— Возможно, они все еще живы, — бросила Нурнур. — Мастеру с несколькими жизнями в запасе чертовски трудно умереть.

— Надеюсь на это, — Инала кивнул и утер слезы. Затем он пристально посмотрел на Виттрал. — Ты кажешься необычным даже среди сородичей Кутер. Могу я как-то отблагодарить тебя за Эликсир Смягчения Влияния? Он мне жизненно необходим.

— Кажусь необычным? — переспросил Виттрал, слегка расширив глаза от удивления, ему стало любопытно, к чему клонит Инала. — С чего ты взял?

— Ну… — Инала замялся, будто подбирая нужные слова, но в конце концов выпалил, глядя Виттралу прямо в глаза:

— От тебя исходит какое-то таинственное чувство угнетения.

— Словно весь мир подчиняется каждому твоему слову.