Остров Лех!

Стояла полночь. Дралхское Море светилось сине-зеленым светом, освещая всё вокруг так ярко, будто на дворе стоял день. Вода была холодной, а по ее поверхности плыли тонкие ледяные пластины. На глубине сорока метров сновали косяки пранических зверей, охотившихся друг на друга.

Время от времени огромный пранический зверь поднимался к поверхности, разгоняя преграждающие путь льдины, жадно заглатывал воздух и снова уходил в морскую пучину.

Вжух!

Две фигуры мелькали среди волн, мчась по водной глади так, словно под ногами была сухая земля. Настигать, убегать, уворачиваться, маневрировать – Инала и Ганнала выписывали акробатические трюки, пытаясь осалить друг друга, но пока безуспешно.

— Ты быстро учишься, папа, — бросила Ганнала, резко рванувшись вперед в попытке схватить Иналу, но тот ловко увернулся, отпрыгнув на десять метров в сторону.

— Тяжело, — выдохнул Инала, оступившись: одна из его ног ушла под воду. Он тут же уменьшил плотность своего тела, чтобы не провалиться окончательно, и удержался на поверхности за счет поверхностного натяжения воды.

Инала на мгновение увеличил плотность тела, чтобы оттолкнуться от водной глади, и, как только возник импульс, до предела снизил ее, что позволило ему совершить прыжок. Конечно, быть легким как пушинка имело свои последствия.

У его тела была большая площадь поверхности, а это означало, что при плотности листа бумаги он столкнулся бы с колоссальным сопротивлением воздуха. Поэтому сразу после того, как его ноги отрывались от воды, ему приходилось до предела увеличивать плотность.

Только так встречное сопротивление воздуха не гасило импульс прыжка.

Следом, в самый момент приземления, плотность нужно было снова сбросить. Но это оказалось еще сложнее, чем прыжок, ведь стоило ей стать минимальной, как слабые морские волны тут же унесли бы его прочь.

Поэтому в точке контакта ему приходилось управлять плотностью и центром тяжести так, чтобы подстраиваться под волны и скользить по ним, постоянно меняя показатели на ходу.

Стоило ошибиться – и он либо пошел бы ко дну, либо его смыло волной.

В водной среде умение передвигаться по воде как можно быстрее было жизненно необходимо. Прежде чем бросить вызов Витттралу, Инала обязан был освоить это движение. Именно поэтому он и заручился помощью Ганналы.

В свои пять лет Ганнала приняла четверть своего наследства, а потому обладала колоссальным опытом передвижения по воде. Все эмпирейские бивни пытались делать это, когда принимали человеческий облик.

Поскольку прежняя Ганнала получила наследие от 188 эмпирейских бивней, нынешней Ганнале было из чего черпать знания.

Простых тренировок было мало, поэтому Инала и Ганнала играли в салки. Так Иналу заставляли держать в уме тысячу задач прямо во время бега по воде – именно это он и собирался проворачивать в будущем.

— Хи-хи! — Ганнала вдруг ухмыльнулась, резко увеличив плотность тела и камнем уйдя под воду на сто метров. После чего она вновь стала невесомой, и выталкивающая сила воды пушечным снарядом вынесла ее к поверхности.

Используя этот импульс, Ганнала взмыла вверх, и прямо перед тем, как пробить поверхностное натяжение и вылететь в воздух, она резко взвинтила плотность тела, заставив себя застрять прямо под водной гладью.

Вода взметнулась бугром, а Ганнала отвела силу в сторону, полетев под самой поверхностью воды, словно пуля, и на всех парах устремилась к Инале. — Попался, папа!

Сделав кувырок, она выскочила из воды, поднимая небольшой водоворот, ухватила Иналу за ногу и завертела вокруг себя:

— Мою силу тебе не победить.

— Ха-ха! Еще раз! — бросил Инала, приземляясь на воду. Направив всё внимание на то, чтобы не утонуть, он скользнул по воде, используя инерцию для плавного разворота и подъема. Он сделал шаг вперед – и тут же провалился под воду, повторив трюк Ганналы.

— Это непросто, папа. — Ганнала ухмыльнулась, наблюдая, как Инала не смог пробить поверхностное натяжение, застрял под самой водой и закрутился на месте, пойманный в созданный им же водоворот.

— Фух! — Инала вынырнул, жадно хватая ртом воздух, и мотнул головой, разбрызгивая капли с волос. Он поднялся на ноги и продолжил тренировку.

Стоя на берегу и наблюдая за ним, Асаэя видела каждое его движение словно в замедленной съемке. Оперевшись подбородком о руку и чуть склонив голову набок, она украдкой разглядывала его в профиль, а на ее щеках проступил легкий румянец.

Ее дыхание участилось: «А он стал красивее!»

— Ладно, сделаем перерыв, — объявил Инала после двух часов игры в салки, полностью исчерпав запас праны. Когда он приблизился к берегу, Ганнала запрыгнула ему на спину ихихикая, отчего он едва не утонул.

— Ты потерял бдительность, папа! — рассмеялась Ганнала, уворачиваясь от него и убегая к берегу.

— … — Инала доплыл до берега на последках праны. Выбравшись из воды, он задрожал от холода: без праны он не мог использовать искусство мистической кости, чтобы разогнать тепло по всему телу.

— Давай я тебя вытру, — Асаэя подошла к нему с полотенцем и принялась обтирать, на мгновение застыв в задумчивости при виде его рельефных бицепсов.

— Я сам… — начал было Инала, протягивая руку за полотенцем, но Асаэя яростно дернула его на себя.

— Лучше сделай вот что, — сказала она, протягивая ему праническую бомбу. — Выпей, восполни прану.

Ганнала со скучающим видом наблюдала за совершенно не скрываемой показухой со стороны Асаэя и закатила глаза. Выдохнув горячий воздух, она высушила себя за считанные секунды и проглотила пару пранических бомб, чтобы восстановить запас энергии.

После этого она подошла к Ралрал и спросила:

— Чем занимаются Свободные Люди?

— Не ведаю, работают, — ответила Ралрал прежним голосом и в той же манере. Ну, строго говоря, это была вовсе не настоящая Ралрал, а ее марионеточная версия.

Ее труп превратили в марионетку, внутренне подпитывая жизненной силой от миниатюрных бомб жизни. Благодаря этому тело не разлагалось и сохранялось ровно в том же состоянии, что и при жизни.

В ее легких заседало множество миниатюрных эмпирейских разведчиков зингеров, взявших на себя управление телом. Всем им загрузили данные Ралрал, так что они вполне могли сойти за нее.

Вжиться в роль мгновенно не получилось бы – на освоение огромного массива данных требовалось время, поэтому они пока тренировались.

У Иналы с собой имелось несколько пранических и жизненных бомб, наполненных праной и жизненной силой самой Ралрал. Они понадобятся тогда, когда марионетке Ралрал придется предстать перед сородичами в своем истинном обличье.

Поскольку у самого Иналы не было праны других сородичей, создавать их марионетки он не мог. Но марионетка Ралрал была лишь частью его масштабной подготовки.

— Пойду пригляжу за Свободными Людьми, — бросила марионетка Ралрал и удалилась. Тем временем крупный отряд эмпирейских разведчиков зингеров вовсю чинил башню, используя данные Ралрал, чтобы вернуть всё в первоначальное состояние.

Под предводительством эмпирейского короля зингеров команда зингеров возводила две марионетки. Одна была человекоподобной, а вторая – огромной, двухсотметровой в длину.

Хотя это была всего лишь марионетка, к тому же даже не двигавшаяся и готовая лишь на десятую долю, один только ее вид заставил трех пранических зверей золотого ранга, наблюдавших за Иналой, сбежать подальше. В самом ее облике уже таилась чудовищная сила. В конце концов, это был Кабаний Владыка.

Впрочем, ничего особенного. Инала просто хотел свалить похищение Витттрала на Кабаньего Владыку.