Каким-то образом Грязевик узнал конфиденциальную информацию об Инала, его прошлой связи с прежней Ганнала и нынешней Ганнала.

Инала действительно собирался прикончить Грязевик, потому что ему претила мысль о том, что его секреты вот так утекают наружу. Но стоило ему выказать своё намерение, как Грязевик ответил тем же, продемонстрировав способность уничтожить все Равнины Санрей.

«Кажется, эта тварь способна узнать обо всём, что происходит на Равнинах Санрей. Стоит быть с ней осторожнее». Поскольку конфликт привёл бы лишь к взаимному уничтожению, у Инала не оставалось иного выбора, кроме как отказаться от своих планов. «Впрочем, у меня на руках данные Грязевик. Так что в этой сделке победителем вышел я».

Инала издал хриплый звук, чувствуя лёгкую боль в груди при активации техники культивации Племени Ропперов, которая вызвала небольшое изменение в его сигнатуре Праны. Он поднял кусок породы, заменявший Племени Ропперов Костяной Осколок, и выгравировал на нём всю информацию о Кабаньем Владыке.

— Держи, — бросил он и кинул камень Грязевику. Тот поймал его, усвоил информацию и закрыл глаза, с удовлетворением изучая воспоминания.

«Фух!» Инала расслабился и активировал Искусство Мистической Кости, чувствуя, как боль в груди исчезает. Слабые следы его Праны, находившиеся под влиянием техники Племени Ропперов, были вытолкнуты из его тела.

Его показатели Праны навсегда упали на две единицы из-за использования чужой техники культивации. Впрочем, потеря двух единиц не была критичной – он мог восстановить их всего за пару недель тренировок.

[Я принимаю эту оплату] – произнес Грязевик спустя мгновение и бережно убрал камень в сокровищницу, расположенную в самом сердце кольца Песчано-Серой Пустоши. Затем он вновь уставился на Инала, вопрошая, что тот намерен создать.

[Давай начнем!]

— Хорошо, — кивнул Инала и пронзительно свистнул. По зову прилетела стая Эмпирейских зингеров, опустившаяся неподалеку и сбросившая мешки, доверху наполненные Бомбами Жизни с чистой Жизненной Силой.

Пока он ждал, прибыла вторая группа, таща с собой крупного Пранического Зверя, пойманного где-то за пределами долины. Это был эксперт Железного Ранга – зверь, обладавший наибольшим запасом продолжительности жизни среди всех своих сородичей.

Затем доставили ещё двух таких же. Инала прикрепил к каждому по Руке Жизни, кивнул Эмпирейским зингерам, приказывая защищать его, и подумал: «Сейчас будет пиздец как больно!»

Он начал с того, что вырвал собственные легкие, испытав ужасающую боль, заставившую его взвыть в голос. Он принял созданное Луртом обезболивающее, но его Прана естественным образом смыла весь эффект. Избежать агонии не получилось бы при всем желании.

Он тяжело задышал, ожидая, пока желудок поглотит Жизненную Силу из Бомбы Жизни и регенерирует новые легкие.

Следом за легкими пришла очередь челюсти, пищевода, трахеи и так далее. Последним в списке значилось сердце. В этот момент миниатюрные Эмпирейские зингеры опустились на его грудь и аккуратно соединились с кровеносными сосудами и артериями, временно взяв на себя функции его сердца.

Третичная Природа: Пространственная Иммунная Система!

В конце концов, они были частью его собственного тела, и именно поэтому всё сработало как надо. Инала осторожно извлек свое сердце и уставился на хлынувший в грудь поток Праны и Жизненной Силы, которые начали создавать новый орган.

«На удивление, вырвать сердце оказалось проще, чем желудок», – подумал он, завершив этот этап. Когда сердце полностью регенерировало, он заглянул внутрь и обнаружил свой Духовный Сосуд: «Отлично, всё восстановилось без сучка и задоринки».

Затем он расширил восприятие Праны и ощутил извлеченное сердце вместе с находившимся в нем Духовным Сосудом. Они были абсолютно идентичны, поскольку Духовный Сосуд являлся частью самого сердца. Инала всего лишь регенерировал орган, не более того.

Грязевик уставился на него как на безумца, до смерти перепуганный его горящими от возбуждения глазами – особенно учитывая, что тот только что вырывал собственные внутренности, захлебываясь криками боли. Мысленно он занес Инала в категорию психопатов, с которыми лучше никогда не связываться.

В конце концов, матушка передала ему житейскую мудрость: никогда не связывайся с долбанутыми на всю голову. Инала подходил под это описание идеально.

Не замечая, как Грязевик вздрагивал от каждого его крика, Инала ухмыльнулся, глядя на растущую рядом кучу собственных органов, которые поддерживались в свежем состоянии с помощью непрерывной подачи Жизненной Силы. На этом всё не заканчивалось: ему предстояло вырвать еще девять комплектов легких, и только тогда процесс завершится.

Сутки спустя он активировал Искусство Мистической Кости и принялся за обработку кровавой горы, методично превращая её в пушку. Одновременно с этим он вливал Прану в легкие, активируя Вторичную Природу, чтобы до предела искривить заключенное внутри пространство.

Он посмотрел на Грязевик: «Твоя очередь помогать. Сплавь сюда одно Суматрское Золото, чтобы конструкция обрела стабильность и ей не требовалась постоянная подпитка Жизненной Силой ради предотвращения распада».

Все его Суматрские зингеры отличались хрупкостью в том смысле, что им требовалось регулярно скармливать Жизненную Силу. Иначе органы начинали разрушаться и в конце концов полностью разлагались.

[Это просто]

Огромный объем Праны выплеснулся из Грязевика и ворвался в кусок Суматрского Золота, заставляя его зависнуть в воздухе.

Первичная Природа: Песчано-Серая!

Суматрское Золото рассыпалось на мельчайший песок, песчинки которого были тоньше некуда. Пылевое облако осело на обрабатываемом Инала предмете, запуская процесс ассимиляции.

Пространство внутри легких начало постепенно стабилизироваться, словно так и задумывалось природой – теперь им больше не требовалась постоянная подпитка Праной, точно так же, как пространству внутри Фонаря Хранения.

По мере того как Суматрское Золото вплавлялось в Духовный Сосуд, предмет наполнился устрашающим присутствием самого Инала, только во много раз превосходящим его собственную силу. «Потрясающе!»

Процесс ассимиляции продолжался несколько дней, и под конец перед Инала зависло внушительное, излучающее мощь оружие.

Оно обладало длинным серым стволом и прямоугольной формой. Края были скруглены и цветом походили на слоновую кость. Плотные переплетающиеся золотые узоры покрывали весь ствол, сгущаясь в районе рукояти.

В длину оружие достигало всего двадцати сантиметров, а весило едва ли пару килограммов. Инала схватил его и пропустил сквозь него свою Прану, наблюдая, как оружие втягивает воздух, порождая настоящий шторм.

Шокирует то, что весь объем воздуха, необходимый для заполнения десяти комплектов легких, затянуло всего за минуту. Инала задействовал Первичную Природу и влил внутрь Прану, ощутив, как в самом низу ствола формируется Праническая Бомба.

Ему больше не нужно было запихивать снаряд с дульного среза, как в случае с Суматрским Зингером: «Так гораздо удобнее».

Инала унял бешено колотящееся сердце, прицелился в небо и через секунду нажал на спуск: «Арх!»

Бам!

Отдача оказалась настолько мощной, что его тело отбросило назад, впечатав в землю и оставив после себя кратер трехметровой ширины. Праническая Бомба взмыла вверх с такой бешеной скоростью, что спустя километр полета просто разорвалась – заключенная внутри жидкость мгновенно выплеснулась наружу и испарилась.

«…» Две минуты спустя Инала выбрался из воронки, исцелив себя и глядя на оружие: «Оболочка моей Пранической Бомбы недостаточно прочна, чтобы выдерживать такую скорость».

«Это вполне себе пушка, так что назову-ка я ее Суматрской Пушкой».

Сила взрыва оказалась чересчур мощной!