Божество Кинезиса – номер 2!

Он представлял собой двенадцатиметрового золотого гиганта, существовавшего еще со времен Основателя Бримгана. Он был одним из самых знающих золотых гуманоидов в Хальмахере.

Внутри иглуподобного строения, сделанного из биллакина, с вогнутого потолка свисали разнообразные механические руки из того же материала. Через оси этих рук проходил целый ряд шестеренок, тянущихся по всему их телу и стенам иглу.

Внутренняя поверхность стен представляла собой сложнейшее переплетение шестеренок, блоков и рычагов. На полу валялись рычаги, концы которых крепились к рутамовым сферам. Это было нужно для приведения рычагов в движение с помощью психокинеза.

Поток праны хлынул в один из рычагов и сдвинул его довольно далеко вперед. Он привел в движение набор шестеренок, заставив механическую руку с кистью на конце податься вперед и соприкоснуться с Фонарем Хранения.

Поток праны, вливающийся в рутамовый набалдашник на рычаге, постепенно передавался и в биллакин благодаря заранее инкрустированному в него контуру. Это позволяло пране проходить сквозь биллакин и излучать свойства последнего.

Кончик кисти пропитывался свойствами биллакина, с помощью которых он аккуратно препарировал вход в Фонарь Хранения.

В то же время другая механическая рука с иглоподобным наконечником методично тыкала в линию между двумя этажами. Удар за ударом, она прочертила линию по всей окружности.

Кисть неуклонно разбирала вход на каждый из десяти этажей. Игольчатые же руки тыкали в стыки между каждым ярусом – всего их было девять.

Всем этим управлял золотой гуманоид, ежеминутно приводящий механизмы в действие.

Искусство Золотого Кинезиса – Переключение Духовного Оружия!

Он был одним из тех, кто покинул Хальмахеру, почувствовав в море Мрутч уникальное присутствие бралли Иналы. Захватив Иналу и лишив того всех пожитков, он завладел десятиэтажным фонарем хранения.

С тех пор он только им и занимался.

Хрусь!

Подобно рухнувшей стопке блоков, десятиэтажный фонарь хранения распался на десять отдельных блоков. Золотой гуманоид работал над тем, чтобы разделить его этажи, не разрушив сам фонарь хранения.

Теперь они превратились в одноэтажные фонари хранения.

Щелк!

Первый фонарь хранения вернулся к форме метрового куба и отворил вход, обнажая хранившийся внутри милланир.

Золотой гуманоид внимательно осмотрел минерал, а затем и содержимое остальных фонарей хранения. После этого он спокойно поднялся, вылетел из иглуподобного строения, какое-то время летел по воздуху и приземлился перед Иналой.

— Какая у тебя связь с основателем? — спросил он, глядя на Иналу.

— Я слился с Великим Сокровищем Атрибута и унаследовал все его достояние, — ответил Инала.

— Разойдитесь, — золотой гуманоид под номером 2 взмахнул рукой, и остальные золотые гуманоиды обратились золотыми вспышками и исчезли.

Он спокойно посмотрел на Иналу, и все рутамовые шипы, браслеты, ленты и прочие путы опали с того. — Теперь ты свободен.

— Спасибо, — по всему телу Иналы разнесся хруст, пока он разминал затекшие мышцы. Различные отверстия, просверленные в его теле, вскоре затянулись. Затем он глянул на золотого гуманоида и спросил:

— Что тебя убедило?

— Никто из вас, казалось, не обращал ни малейшего внимания на то, что я говорил раньше.

— Нет, мы все были во внимании. — Золотой гуманоид повернулся и знаком поманил Иналу за собой. — Просто сначала у нас были другие приоритеты.

— Как называется этот минерал? — спросил он, описывая его физический состав. — Он похож на желе, с тусклым серым отливом…

— Милланир, — ответил Инала. — Его добывают из миллингеров.

— Я и не знал, что существует нечто подобное, — пробормотал золотой гуманоид. — Шипы на его шее могли превращаться в минерал. Но даже в самых смелых фантазиях я не мог помыслить о возможности существования такого минерала.

— Он был создан искусственно, — кивнул Инала. — Производственные затраты безумны. Всё, чем я владею, создано с использованием черт бралли.

— Верно, — кивнул золотой гуманоид. — Я заметил в твоем милланире два характерных компонента присутствия. Содержит ли он Вторичную Природу?

— Да, — кивнул Инала, наблюдая, как в глазах золотого гуманоида вспыхивает азарт. — Но не расскажешь ли мне об этом месте?

— В воспоминаниях основателя должны содержаться базовые знания об этом месте. — Золотой гуманоид с любопытством воззрился на Иналу. — На тебе нет следов Атрибута, да и ход твоих мыслей не подвержен влиянию привычек основателя.

— Так кто же ты, Лейкеу?

— Реинкарнация Королевского Зингера. — Потратив на раздумья меньше половины секунды, Инала взвесил свои шансы и с радостью выложил информацию о себе: «Раз уж они готовы к диалогу, это мой лучший шанс извлечь выгоду».

— Я понял, — кивнул золотой гуманоид. — Никогда бы не подумал, что существует столь чудодейственный механизм возрождения. В былые дни это сотворило бы чудеса.

— Сейчас у Греххи ведь есть Зона Влияния Оружейной? — спросил золотой гуманоид, вглядываясь в Иналу.

— Да, это была сделка, которую я с ним заключил, — кивнул Инала.

— Честная сделка. Столь впечатляющая личность не должна умирать преждевременно. Уверен, в будущем он добьется великих успехов. — Золотой гуманоид взмахнул рукой. — Теперь мне понятно, почему ты так отличаешься от остальных представителей своей Расы.

— Позволь мне помочь тебе в достижении Состояния Единства, — неожиданно для Иналы произнес золотой гуманоид.

— Откуда ты знаешь? — спросил Инала, анализируя ситуацию при виде того, как собеседник усмехнулся: «Они наверняка догадались, учитывая, как сильно копались в моем теле».

«Но давай-ка попросим объяснений. Возможно, я узнаю от него что-то новенькое». Таков был его главный замысел, поскольку Инала твердо верил, что здесь он сможет сгустить свою Третичную Природу и выстроить планы по достижению Состояния Единства.

Изначально он собирался собрать подсказки, касающиеся его Третичной Природы, в Империи Бримган. Однако в Хальмахере, казалось, было всё то же самое, что и в Империи Бримган, и даже больше. Так что он скорректировал свои планы под меняющуюся обстановку.

— Я вожусь с телами бралли с незапамятных времен, — на лице золотого гуманоида мелькнула редкая улыбка. — Мне не потребовалось много времени, чтобы понять: твоя Первичная Природа следует не пути развития Суматры, а…

— Пути Тела!

«Вот это… прекрасно!» – подумал Инала, сдерживая порыв улыбнуться. — Верно, моя Первичная Природа Циклической Стабильности – это Природа Пути Тела. Моя Вторичная Природа Рук-Оружия – это Природа Пути Разума.

— Хорошо, — кивнул золотой гуманоид. — Раз уж ты способный малый, мы будем обмениваться информацией.

— Позволь мне проявить инициативу первым, — сказал золотой гуманоид и повел Иналу в цилиндрическую башню, сложенную из биллакина. Добравшись до просторного залов, он просто встал сбоку и протянул руку в сторону Иналы:

— Спроси меня о чем угодно, что тебя интересует, и я отвечу честно.

— Эта информация бесплатна.

— Ладно, — Инала принял этот жест и без колебаний спросил:

— Какова цель этого места?

— Разумеется, защищать Империю Бримган, — как нечто само собой разумеющееся ответил золотой гуманоид, вдаваясь в дальнейшие подробности, что стало неожиданностью для Иналы, ожидавшего лишь краткого ответа. — Если Империи Бримган когда-нибудь грозит уничтожение, мы примем меры. Проложенный нами Прановый Контур способен высвободить достаточную мощь, чтобы уничтожить даже Астральный Мир Небесного Кабана.

— Серьезно? — Инала ахнул, задумавшись на секунду, прежде чем спросить:

— И откуда тебе вообще известен Небесный Кабан? Я тебе о нем не рассказывал.

— Считать ли это твоим первым вопросом? — уточнил золотой гуманоид и заговорил, как только Инала кивнул. — Библиотека Бримгана представляет собой Информационный Кристалл Рутама с инкрустированным Прановым Контуром, который поддерживает связь с Хальмахерой. В тот самый момент, когда там что-то сохраняется, его копия появляется здесь.

— Бывали времена, когда Библиотеку Бримгана взламывали деструктивные элементы среди Бримганской Знати, она получала повреждения во время Вторжений и подвергалась набегам мистических эмпирейских щупалец, — продолжил золотой гуманоид. — Во всех подобных случаях мы восстанавливали Библиотеку Бримгана и заполняли поврежденные, искаженные и украденные фрагменты.

— Понятно… — Теперь Инала понял, почему Империя Бримган обладала исчерпывающими знаниями обо всём на свете, независимо от эпохи или масштабов понесенного ими ущерба. «У них в секрете работала целая армия, защищавшая их. Серьезно! Их фундамент безумен!»

— А теперь моя очередь задавать вопрос, — без промедления произнес золотой гуманоид. — Расскажи мне о процессе перегонки милланира.

— Без проблем, — Инала без утайки изложил все детали и даже записал всё в Информационный Кристалл Рутама. — Почему вы, ребята, не вмешались во Вторую Великую Катастрофу? Разве Империя Бримган не находилась тогда в опасном положении?

— О, им доводилось бывать и в переделках похуже, — небрежно отмахнулся золотой гуманоид. — Жизней было потеряно немало, но на этом всё. Фундамент Империи не пострадал ни на йоту. И эта утрата лишь подстегнула их стать сильнее прежнего.

— Единственный раз за последнее время, когда мы собирались вмешаться, – это когда Небесный Кабан проник во дворец Бримгана, полностью подготовившись к Третьей Великой Катастрофе, — заключил золотой гуманоид. — К счастью, он быстро ушел оттуда.

— Если бы вы вмешались… — его сердце затрепетало в предвкушении, и Инала спросил:

— Смогли бы вы его убить?

— В смысле, убить Небесного Кабана?

— Если бы мы задействовали всю нашу мощь и нанесли сильнейший удар нашего Пранового Контура с самого начала, прежде чем он успел бы отреагировать, — кивнул золотой гуманоид, — то да.

— Прости, но мне в это верится с трудом, — Инала покачал головой, внешне демонстрируя обиду. — Не думаю, что я могу просто поверить тебе на слово без каких-либо фактов в подтверждение.

В душе же Инала ликовал, ведь это был его самый легкий путь к ключевому механизму и истинной цели Хальмахере. И услышав ответ собеседника, он едва смог сдержать охватившее его возбуждение.

— Тогда, пожалуйста, следуй за мной. Честность – наша главная политика, — золотой гуманоид взмыл в воздух и поднял рутамовую платформу, чтобы перевезти Иналу. — Так что я покажу тебе основу и доказательства своей уверенности.