Меня прокляли. И сделал это не какой-то бродячий уличный колдун, а сам Владыка Драконов.

- Что ж, тогда в будущем я еще увижусь с Черным дитя.

Как ни крути, это определенно проклятие. Если Владыка Драконов лично говорит нечто вроде «увидимся в следующий раз», разве это не самое мощное клеймо из всех возможных? Эта метка — ужасный шрам, который можно стереть лишь со смертью Владыки Драконов или моей собственной.

Очевидно, кто из нас двоих умрет первым, а значит, это клеймо я буду нести до конца своих дней. Слишком ужасающе.

— Но разве это не удача, если он планирует увидеть тебя всего один следующий раз? Я слышал, есть слуги, которые сменили три или четыре поколения.

— Вот в этом и кроется истинное проклятие.

Однако, услышав мои причитания, Эри изрекла нечто еще более пугающее. Технически это не было оскорблением, но для слушателя звучало хуже любой брани. Три или четыре поколения? Как у нее вообще язык повернулся такое сказать?

С долей обиды я принялся щекотать Эри, которая сидела на моем правом колене.

— Э-это нечестно! Ты не можешь это отрицать! И пускаешь в ход такие методы...

— Тихо.

От моих искренних действий Эри залилась смехом, извиваясь всем телом. Поскольку я крепко держал ее за талию, не давая сбежать, Эри оставалось только дергаться, словно кальмару на гриле.

— Хи-и-ик, хе-е-е-ет, хе-хе-е-ет!

Она выгибалась чуть ли не до слез, но я не отпускал. Вот насколько ее слова перешли всякие границы.

Что? Ей кажется, это удача, если он увидит меня лишь раз? Слуги, сменившие четыре поколения?

«Было бы счастьем, если бы всё закончилось на четырех поколениях».

Смешанные чувства заставили меня прикрыть глаза. В пещере я не мог об этом думать из-за «эксклюзивного» проклятия Владыки Драконов, но сейчас я нахожусь в ситуации, когда ограничиться четырьмя поколениями было бы за радость.

Эликсир долголетия, созданный Трикси. Если я выпью это снадобье, я смогу прожить сотни лет, а это значит, что я буду служить не четырем, а четырнадцати поколениям. Возможно, когда-нибудь я представлю кого-то Владыке Драконов, сказав: «Это Эйманкар, он тридцатый», — и услышу в ответ: «Кажется, только вчера подобный ему взошел на престол семнадцатым». Такова реальность.

«Проклятье».

Мне захотелось плакать. Хотя долгая жизнь без болезней — мечта любого человека, всё меняется, когда это долголетие растягивается на столетия. Даже Император, скорее всего, покачал бы головой, предложи ему жить сотни лет.

Но мне трудно отказаться. Если я не выберу долголетие, значит, Трикси придется коротать эти века в одиночестве.

«Всё так сложно».

Я тихо вздохнул. На самом деле я планировал определиться позже, так как эликсир долголетия якобы начинает действовать лишь через десятилетия, но после встречи с Владыкой Драконов вопрос срока жизни, запрятанный глубоко в памяти, вновь всплыл на поверхность.

Конечно, это не то решение, которое принимается мгновенно. Это касается не только нас с Трикси, но и всей семьи.

И всё же я не могу избавиться от горечи. Какой бы вариант я ни выбрал, как бы долго ни размышлял, мне придется готовиться к печали...

— Г-господин.

— Хмм?

Мои мысли прервал голос с левого колена.

— Кажется, Эри уже осознала свою вину, может быть, вы ее отпустите...

При этих словах я перевел взгляд на Эржебент.

— Хы-ык, гр-р-р...

— Ах.

Увидев, что Эри едва не плачет, я тут же убрал руки. Должно быть, я слишком погрузился в себя и нанес ей чрезмерный урон.

— Как и ожидалось, у Пайн великодушное сердце.

— В-вы мне льстите!

Смутившись, я намеренно обратился к Фенелии по прозвищу, и Пайн, услышав свое сокращенное имя вместо полного, вздрогнула и громко выкрикнула ответ.

Эта забавная реакция заставила меня рассмеяться. Пайн, которая едва начала привыкать к физическому контакту, снова «сломалась» от простого двусложного прозвища. И это при том, что Эрих с завистью наблюдал, как ее называют по имени.

— Это не лесть. Я назвал тебя доброй, потому что так оно и есть.

С этими словами я поцеловал Пайн в губы. Поскольку Пайн слаба в таких делах по многим причинам, будет правильно выражать чувства подобным образом всякий раз, когда выпадает свободная минута. Даже сейчас, целуя ее, я чувствую, как она дрожит.

Если я буду проявлять меньше ласки из-за ее низкой сопротивляемости, мы можем столкнуться с беспрецедентной ситуацией, когда невеста упадет в обморок прямо на свадьбе. Этого нельзя допустить.

— Опять вы создаете милую атмосферу без меня!

В разгар этого момента Эри, придя в себя, внезапно укусил меня за ухо.

Атака была настолько внезапной, что я едва не прикусил губу Пайн.

......

Отчет императору о наследовании титула имперского графа, почтение Владыке Драконов и игры с Эри и Пайн в столице.

Хотя мои щеки и губы припухли после последнего пункта программы от издевательств обезумевшей Эржебент, я смог завершить все дела в столице и без особых проблем вернуться в Академию. По крайней мере, всё закончилось гладко.

«Было бы куда уютнее, будь мы все вместе».

Однако, несмотря на успешный финал, я вздохнул, стоило мне войти в покои инспектора. Каждый раз я остро чувствую, насколько неудобно, когда мои возлюбленные раскиданы по разным местам. Когда я встречаюсь с одной, я не могу увидеть другую; то, что я могу делать с одной, невозможно с другой — абсурдная и ужасная ситуация.

Было бы лучше, если бы все мои невесты могли собраться в одном месте, или хотя бы условия позволяли навещать их всех за один день, но, к сожалению, это трудно осуществить.

«Может, мне и впрямь начать ездить на работу?»

Я лег на кровать и всерьез задумался.

Перемещаться между столицей и Академией через телепортацию — идею, которую я мельком обдумывал раньше и откладывал, настало время пересмотреть. Скоро Мар выпустится и выйдет замуж, и особняк в столице станет нашей базой, но другие невестки всё еще студенты, так что я обязан сохранять пост инспектора Академии.

Головоломка еще та. Если я стану постоянным жителем столицы, то заброшу иностранных принцев, а если выберу Академию, проведу медовый месяц на работе. Любой вариант — мучение, так что ответом станет путь «челнока».

«С Трикси рядом это не кажется невозможным».

К счастью, на моей стороне величайший маг континента. Это значит, что поездки через телепортацию возможны и в теории, и на практике.

Конечно, я могу почувствовать уколы самобичевания, словно муж, который ездит на работу на машине жены, но...

«Чего вообще стоит эта гордость?»

Иными словами, если я смогу подавить это самобичевание, проблем не будет. Я смогу совмещать жизнь новобрачного и чиновничье поприще, а когда столица и Академия станут частью моей зоны ежедневного комфорта, я смогу встречаться со всеми невестами за один день. Мне не придется переживать из-за того, что они разлучены, как сейчас.

«...Надо будет поднять этот вопрос в ближайшее время».

Если подумать, в том, чтобы ездить на «машине» старшей жены, которая раньше начала общественную жизнь, нет ничего странного.

На этом я и решил остановиться.

После коротких, но насыщенных выходных я, наконец, снова встретился с Вилларом.

— Программа второго курса подходит к концу. Этот год, кажется, пролетел быстрее прошлого.

Я кивнул Виллару, который говорил совершенно спокойно.

То ли дел было навалом, то ли сказалась вылазка на Север, но второй учебный год и впрямь промелькнул мгновенно.

Хотя нет, скорее это потому, что члены клуба в этот раз вели себя тише обычного. Когда подопечные не безобразничают, жизнь в Академии идет как по маслу.

— Прошло уже два года с тех пор, как я встретил лорда Виллара... Должен сказать, мне будет не хватать вас, когда мы расстанемся в следующем году.

— Я рад это слышать. Значит, не я один испытываю такие чувства.

Когда я с легкой улыбкой ответил ему, Виллар парировал в шутливой манере.

Такая реакция была немыслима в нашу первую встречу. Похоже, двух лет хватило, чтобы завязать дружбу даже с таким суровым рыцарем.

— Ах, я слышал, вы вступили в титул. Мои запоздалые поздравления.

— И всё же вы сделали это быстрее большинства иностранцев.

На эти слова Виллар тоже негромко рассмеялся. Что ж, из иностранцев я встречал в основном только тех, кто учится в Академии...

— А как насчет подарка? Думаю, в этом плане вы обогнали даже имперских подданных.

Сказав это, Виллар достал нечто из своего нагрудного кармана.

Это были карманные часы.

— ...Вы первый, кто преподносит мне подарок, лорд Виллар.

— Это честь для меня.

На мгновение я опешил от неожиданности. И правда, я получил много поздравлений, но подарок вручают впервые.

Да и что вообще дарить человеку, который унаследовал колоссальное богатство вроде титула и земель? Если это не что-то поистине бесценное, лучше ничего не дарить — всё равно вещь быстро затеряется.

Тем не менее, Виллар сознательно приготовил презент. Да еще и обычный предмет, карманные часы.

«В чем подвох?»

Я быстро прокрутил варианты в голове. Хотя за два года мы сблизились, Виллар не тот человек, который станет действовать без веской причины. У этих часов наверняка есть предназначение.

И Виллар, словно прочитав мой взгляд, поспешил объясниться.

— На самом деле, это подарок не от меня. Это жест Его Величества Короля по отношению к Инспектору, который столь блестяще наставил Его Высочество Рютиса.

Вот оно что. Значит, это подарок от Короля Армейна, а не от самого Виллара.

— .....

?..

«Что?»

От кого?

......

Я протянул карманные часы Инспектору, который удивленно вытаращил глаза.

Честно говоря, я и сам потрясен и польщен до крайбины. Подумать только, я носил в кармане дар, пожалованный самим Его Величеством — сердце бешено колотится, а руки дрожат.

Но если даже я, простой гонец, чувствую это, то что должен ощущать Инспектор? Даже если это иностранный монарх, король остается королем. Инспектор просто не может не быть шокирован до глубины души.

«Я рад, что смог вручить их именно сейчас».

Я внутренне вздохнул с облегчением, наблюдая за тем, как Инспектор с тяжелым выражением лица принимает карманные часы.

Я начал носить эти часы с собой еще во время летних каникул. Когда я ненадолго возвращался на родину, мне доверили этот предмет по личному распоряжению Его Величества. Он сказал, что однажды подаст сигнал, и тогда я должен передать дар Инспектору.

— ...Герб королевской семьи Робенс.

— Да. Его Величество приказал выгравировать королевский герб, так как это подарок благодетелю.

Я ответил естественным тоном, услышав, как Инспектор, открыв крышку, пробормотал эти слова.

Эти часы — не просто прибор для измерения времени. Это знак, вручаемый верным подданным за пламенную преданность короне или великие заслуги перед нацией, или же символический жест для личностей, с которыми королевская семья обязана установить тесные связи.

И Инспектор явно относится ко вторым. Он тот, с кем Его Величество считает необходимым наладить дружеские отношения ради будущего Армейна.

«И это понятно».

Инспектор сейчас находится на вершине мастерства меча. Более того, он сыграл решающую роль в северном походе Империи.

Поэтому Его Величество не может не беспокоиться. Что, если однажды клинок Инспектора будет направлен против Армейна? Что, если он пойдет по стопам Железнокровного герцога, который в прошлом оставил на теле Армейна незаживающий шрам?

Как результат, Его Величество протянул руку дружбы Инспектору, слуге другого государства. Даже если король не сможет помешать Инспектору отправиться на войну по приказу Императора, он, по крайней мере, может предотвратить превращение Инспектора в ястреба войны, требующего первым открыть боевые действия.

— Я получил незаслуженный дар. Жаль, что не могу выразить благодарность лично.

К счастью, реакция Инспектора была вполне достойной.

Этого достаточно.

Глава 427