— Ты уверен, что тебе не нужно быть на работе, папа? В канцелярии сейчас, наверное, суматоха?

— О, но я работаю, любовь моя. Сам лорд-канцлер удостоил меня почётной миссии — проводить бесстрашную Принцессу-Героя домой в целости и сохранности.

— Принцессу-кого?

— Принцесса-Фейри, дорогой, — вмешалась Марианна. — Так её называли на балу.

Хьюз усмехнулся:

— Ну, в канцелярии её называют Принцессой-Героем, в знак признания её храбрости в защите Его Высочества.

— Как мило! Слышишь, Люсиана? Ты герой!

— Хотела бы я им не быть! — сказала Люсиана. — Я хочу провалиться сквозь землю!

— О, пожалуйста, — сказала Марианна. — Я уверена, что большинство знает тебя в первую очередь как Принцессу-Фейри. Это имя я слышала на всех устах.

— Я бы не был так уверен, — сказал Хьюз. — Лорд-канцлер сам придумал это новое прозвище “Принцесса-Герой”. Оно непременно приживётся.

— В таком случае, интересно, как тебя будут называть в Королевской академии!

Люсиана завыла:

— Я даже думать об этом не хочу!

На облучке* кареты, предоставленной дворцом, Мелоди хихикала про себя. Хьюз и Марианна вернулись вскоре после того, как Анна-Мари покинула гостиную, и Радлберги сразу же отправились домой. Люсиана настаивала, чтобы Мелоди сидела с ними внутри кареты, но горничная наотрез отказалась. Это было неприлично. И у неё было кое-что, чем нужно было заняться.

— Сэр, что это там? — Мелоди указала вперёд.

Кучер проследил за её жестом, взглянув вдаль и отвернувшись от горничной:

— Что именно?

В мгновение ока Мелоди исчезла с облучки, пока внимание кучера было отвлечено, а затем снова появилась, как только он повернулся к ней.

— Не совсем понимаю, что я ищу, мадам, — сказал он.

— Не важно. Думаю, это была просто птица. — Мелоди улыбнулась. Кучер улыбнулся в ответ и пожал плечами.

Внутри кареты Люсиана с восхищением рассматривала великолепие интерьера:

— Это намного роскошнее, чем наша карета. Мне стоит почаще спасать принца. — Она надавила на мягкие сиденья, и её рука утонула в роскошной обивке.

Хьюз устало улыбнулся ей:

— Пожалуйста, не делай привычку из того, чтобы ранить себя. Я предпочту тебя, а не шикарную карету.

— Твой отец прав, — сказала Марианна. — Никакая щедрая компенсация не сможет восполнить потерю, если случится непоправимое.

— Д-да, мама. — Их дочь покраснела, смущённая их серьёзным ответом.

Неловкая тишина повисла в карете, нарушенная урчанием. Урчанием, очень похожим на голодный желудок.

— Э-это была не я! Это Грааль! — закричала Люсиана.

Рядом с ней бедный щенок лежал без сил. Он заскулил, ибо его морили голодом. Самая жесточайшая пытка.

Марианна хихикнула:

— Полагаю, уже почти время обеда. Я сама проголодалась. А ты, Хьюз?

— Я тоже, если честно. Давай поедим, когда вернёмся домой.

— Но, папа, Мелоди с нами, — сказала Люсиана. — Дай ей хотя бы время приготовить.

— Я дам ей время.

Марианна улыбнулась:

— Мы втроём можем скоротать время, пока она будет готовить, да?

Карета остановилась, и Мелоди открыла им дверцу.

— Мы прибыли, милорд, миледи.

Хьюз вышел первым, подав жене руку, чтобы помочь ей спуститься. Люсиана передала Грааля Мелоди, а затем вышла сама.

Карета уехала, оставив их четверых (плюс одного щенка) перед имением Радлбергов. Скромное имение, по меркам особняков, но величественное и гордое.

Когда я впервые пришла сюда, я думала, что мне придётся жить в одержимом доме совсем одной, вспоминала Люсиана. Но это уже не одержимый дом. Это дом. Здесь мама, папа, а теперь ещё Мелоди и Грааль.

В те первые дни она держалась храбро, но правда была в том, что она была ужасно одинока. Путь в столицу в одиночестве оставил её измотанной и растрёпанной. Жизнь в имении в его прежнем состоянии чуть не сломила её.

Люсиана задержалась на мгновение, чтобы полюбоваться профилем девушки, которая изменила для неё всё. Мелоди улучшила не только условия жизни и платья Люсианы — она спасла её дружбу и подарила ей ночь, полную чудес. Без неё Люсиана не попала бы на Весенний бал, и она не встретила бы принца, ни Анну-Мари, ни Максвелла. Так много замечательных людей.

Это оставляло Люсиану полной оптимизма в отношении будущего. По правде говоря, она уже не могла дождаться, когда начнутся занятия в академии.

— Спасибо, Мелоди!

— За что, миледи?

Мелоди, казалось, не осознавала, насколько она невероятна. Люсиана подумала, что когда-нибудь расскажет ей. Может быть. Но, с другой стороны, может быть, Мелоди лучше никогда не знать. Она счастлива; зачем рисковать, меняя это?

Люсиана просияла:

— О, ничего.

Мелоди хихикнула:

— Вы, должно быть, самая странная дворянка на планете.

— К-кого это ты называешь странной?! Пойдём уже внутрь. Хотя нас никто не ждёт, я полагаю.

Когда все были в сборе, никто не встретил их со словами “добро пожаловать домой”, когда они переступили порог. Люсиана решила, что пока обойдётся без этого.

Мелоди усмехнулась:

— Миледи, я скорее повешу свой передник на гвоздь, чем позволю своей госпоже войти в собственное имение без приветствия.

— А?

— Ух ты, как вкусно пахнет, — сказал Хьюз.

— Да, и правда, — сказала Марианна. — Но это не от нас, верно?

В прихожей разливался аппетитный аромат, доносившийся из кухни. Но это не могло быть правдой.

Мелоди осторожно поставила Грааля на пол и постучала в кухонную дверь.

— Что ты делаешь? Там никого— — Люсиана ахнула. Внезапно Мелоди исчезла. Как будто её здесь никогда и не было.

Дверь медленно открылась.

— Добро пожаловать домой, лорд Радлберг. Леди Радлберг. — Теперь по ту сторону двери Мелоди сделала идеальный реверанс. — Леди Люсиана.

Жизнь горничной шла по расписанию, и Мелоди никогда не пренебрегала своими обязанностями. Обед должен быть готов к обеду. С этой целью она телепортировалась в имение и оставила клона с отвлечённым кучером, позволив настоящей Мелоди сразу приступить к работе.

Граф и графиня смотрели, разинув рты. Они привыкли к клонам, но не к способности Мелоди телепортироваться, казалось бы, по своему желанию.

Это тоже было новостью для Люсианы:

— Боже, Мелоди! Не обязательно всё время нас удивлять! — Отбросив приличия, она прыгнула к горничной.

Мелоди взвизгнула:

— Миледи! Дворяне не бросаются на своих горничных!

— Ну а эта просто не может удержаться! Леди Люсиана, старшая из дома Радлбергов, приказывает тебе заткнуться и дать себя обнять!

— Кто вообще научил вас так разговаривать?! Отпустите меня сейчас же, миледи!

— Прости, Мелоди, но это работа, на которую ты согласилась. Обниматься — тяжёлый труд, знаешь ли. И как ты говорила — лучшие горничные работают, чтобы делать все работы!

Смех наполнил прихожую. Какой прекрасный весенний день, чтобы ознаменовать начало истории нашей скромной горничной.

— Это совсем не то, что я имела в виду!

Примечания переводчика

Облучка кареты - место для кучера.

Шуточки переводчика

Люсиана задержалась на мгновение, чтобы полюбоваться профилем девушки, которая изменила для неё всё. Мелоди подарила ей ночь, полную чудес.

Мне даже менять ничего не надо. Только вырезать чутка.

Не знаю куда лучше вставить, поэтому просто оставлю здесь.

Кристофер: Ха! Мы загнали тебя в ловушку. Теперь тебе конец.

Повелитель Тьмы: О чём ты бормочешь, презренный червь?

Анна-Мари: Сейчас увидишь.

Мелоди:

По помытому идти?

Головы вам не снести.

Морды чистить, кару шить,

До утра вам не дожить.

Повелитель Тьмы: Да ты хоть знаешь кто я?! Я сам Князь Тьмы!

Мелоди:

Я метёлкою для грязи

Уберу вас хоть вы князи,

Не помогут вам рассказы:

“Это лишь судьбы проказы”.

Повелитель Тьмы: Nani?

Кристофер: Фух, обошлось. И всего-то полы запачкали.

Мелоди:

А хотите — веник в руки,

И познаете все муки,

Что испытываю я?

Не узреть вам света дня.

Кристофер: Пощады...

Анна-Мари: ...маменька...

Мелоди:

Чтобы жизнью не сорить,

Неповадно вам сорить.

Мне, служанке, уваженье,

А для вас, господ, спасенье.