Сектор империи Чжэньтянь.

Пораженный смертельным проклятием королевства Мун, Чжинган сидел в позе лотоса, ведя внутреннюю борьбу с овладевающим им злым духом. И хотя плоть его была ослаблена уже необратимо, гордость императора оставалась непоколебимой.

«Вэньлун», — Чжинган нахмурил брови. «Как ты смеешь желать мне смерти?»

Придворные, распростертые ниц перед императором, вскинули головы, ощутив повеявший могильный холод.

— О-о, о-о!

В глазах Анчал вспыхнул свет.

«Аура Лазурного Дракона».

Синеватое марево окутало тело Чжингана, и в этот миг раздался пронзительный женский крик.

— Ваше Величество! Злой дух в ужасе! Пожалуйста, продержитесь еще немного!

Сквозь лазурную дымку проступил призрачный силуэт, и Чжинган наконец резко распахнул глаза.

— Ки-я-я-я-я!

Несколько придворных с воплями повалились на спину, когда фантом, точно выпущенная стрела, сорвался с места.

— И-и-и!

Обезумев от ярости и неутоленной боли, злой дух даже не взглянул на них и пулей вылетел из покоев.

— Кх-ха!

Чжинган зашелся в кровавом кашле, и Анчал тут же бросилась его поддерживать.

— Ваше Величество, вы в порядке?

— …Да.

Успешное отражение смертельного проклятия вовсе не означало, что измученное тело мгновенно исцелится.

— Ваше Величество.

— Не тревожься. Прямо сейчас я не умру. Я не могу позволить себе пропустить столь дивное зрелище из-за какой-то мелюзги вроде Вэньлуна, — во взгляде Чжингана вспыхнула властная сила. — Он — враг моей дочери. Я собственными глазами увижу, как его королевство обратится в выжженную пустошь.

Сектор королевства Мун.

— А-а-а!

Издав жалкий, лишенный всякого королевского достоинства визг, Вэньлун рухнул без чувств.

— Ваше Величество!

Его конечности свело судорогой, лицо приобрело мертвенно-синий оттенок, а под кожей вздулись багровые вены.

— Э-это?

— Откат проклятия!

— Не может быть! Покои Его Величества защищены безупречным барьером! Как это вообще… Гха-а!

Мастер проклятий рухнул на пол, захлебываясь кровью.

«Проклятие!»

Глава ордена все понял.

«Это проклятие с самого начала было невозможно отразить. Именно ради него он заключил союз с Кашаном. Неудивительно, что откат оказался столь сокрушительным».

Но это противоречило всякой логике.

«Это абсолютное проклятие. Бездонная ненависть, которую мы многократно усилили, используя мощь Сатаны. Как оно вообще могло обернуться против нас? Неужели их жажда мести оказалась еще…»

Лицо главы ордена застыло в пугающем спокойствии.

— Чжинган.

«Неужели твоя воля настолько сильна?»

Остальные мастера проклятий в панике закричали: — Нужно срочно что-то предпринять! Если скверна распространится дальше, мы все здесь умрем!

«Жалкие глупцы. Столько лет постигали Законы мироздания, но перед ликом смерти все равно теряете рассудок?»

Было уже слишком поздно.

— Ваше Величество, — глава ордена склонил голову перед Вэньлуном. — Спите спокойно.

С этими словами он медленно закрыл глаза, и в ту же секунду его внутренности разорвало.

— Кха-ак!

Отраженное проклятие обрушилось с многократно возросшей силой.

Как только глава секты рухнул замертво, черная порча впилась в каждого, кто еще оставался в покоях.

«Как же несправедливо».

Даже оказавшись на пороге смерти, глава ордена отчаянно пытался осознать, что именно пошло не так.

«Почему все обернулось именно так?»

И тогда в его гаснущем сознании всплыло омерзительное женское лицо.

«Уорин».

Все это время они плясали под ее дудку.

«С самого начала не стоило доверять Терезе».

Мгновенная и абсолютная смерть. В покоях Вэньлуна остались лишь остывающие трупы, напоминая идеальное место преступления, где не найти ни единой улики.

Сектор Кашана.

После того как Хавиц покинул комнату, Уорин осталась коротать бессонную ночь в компании Кидо.

— Мы не будем… выставлять Фенджан? Хавиц все еще может околачиваться поблизости.

Держа в руке стакан с крепким алкоголем, Уорин лениво покачала лед и усмехнулась.

— Все в порядке. Какое-то время он нас не побеспокоит. Кажется, он нашел себе игрушку куда интереснее меня.

И все же где-то в глубине души скребло легкое разочарование.

«Только ли на какое-то время?»

Уорин невольно задалась вопросом, не заставит ли новая забава Хавица забыть об их истинной цели.

— Э-эх. До рассвета осталось всего несколько часов, — взглянув на свое отражение в темном стекле окна, Уорин приподняла бокал в немом тосте. — К этому времени все должно быть закончено.

Сектор королевства Мун должен был уже обратиться в выжженную пустыню.

— Ты с самого начала собиралась свалить вину на них?

Почувствовав на себе подозрительный взгляд Кидо, Уорин лукаво хихикнула и повернула к нему голову.

— Свалить вину? Но ведь королевство Мун и впрямь во всем виновато. Люди называют это кармой.

На встрече Вэньлун дал ровно десять минут на разработку стратегии.

— По правде говоря, там и думать было не о чем. Козлом отпущения в любом случае стало бы королевство Мун. Тем более, что они и сами радостно замарали руки, так что даже улики подделывать не пришлось. Разве можно придумать план изящнее?

Кидо скривил губы.

— Чтобы запустить откат, мне был жизненно необходим Чжинган, а заодно хотелось посмотреть на реакцию Параса. Утром результаты будут налицо. Что же до остальных деталей — я просто добавила их ради собственной выгоды.

— Широну это вряд ли придется по душе.

Королева Тормии Пони тоже попала под удар этого проклятия.

— Ничего страшного, — ответила Уорин. — Перед лицом смертельной угрозы в живых существах просыпается чудовищное сексуальное влечение. Тот самый инстинкт продолжения рода. Когда смерть дышит прямо в затылок, в теле бурлит энергия, о которой ты даже не подозревал.

— И ради этого ты готова загнать Широна в смертельную ловушку? Ты действительно считаешь это любовью?

— Хавиц однажды сказал мне: если перестанешь вешать на все ярлыки, то непременно добьешься желаемого. И ведь он чертовски прав. Все неудачи в этом мире проистекают из наших попыток загнать чувства в рамки определений.

«Если она действительно отказалась от ярлыков, может ли она разделить ложе даже с гоблином?»

Уорин посмотрела в окно.

— Этому не бывать.

— Тц! А я что, предлагал?

— У вас, гоблинов, все на морде написано. Честно говоря, ты вызываешь у меня скорее отвращение. Гоблин, который носит очки и читает умные книжки. Боже, меня тошнит от одной только мысли об этом.

— А ты умеешь бить по больному.

— Хи-хи, но ты все равно старайся. Завтра моя жизнь тоже окажется на волоске. И кто знает? Когда смерть придет за мной, вдруг и во мне проснется небывалая страсть.

В конце концов, каждому монарху Святилища предстоит хвататься за головы от отчаяния.

— К чему эти витиеватые речи? Могла бы просто попросить о помощи. Я, как-никак, капитан королевской гвардии.

— Ни за что.

Кидо уже давно перестал обижаться на ядовитые реплики Уорин, но в такие моменты его сердце невольно сжималось от тоски.

«Она ни о чем не просит».

Она вела себя так, словно ей было абсолютно плевать, если такой мусор, как он, в любую секунду исчезнет из ее жизни.

Уорин с ледяным спокойствием разглядывала в оконном стекле понурое отражение Кидо. С точки зрения человеческой эстетики, это лицо никак нельзя было назвать красивым, и все же…

«Его интеллект».

Пожирая воспоминания людей, Кидо обрел разум, превосходящий интеллект любого ученого. И то, что этот полупрозрачный силуэт в отражении наложился на собственное лицо Уорин, вовсе не было оптической иллюзией.

«Спрашиваешь, почему ты вызываешь у меня отвращение?»

Вероятно, потому, что один только вид Кидо служил ей живым напоминанием о ее собственном темном прошлом.

«О дикой эпохе, где смыслом существования были лишь пища и размножение. Хотя… А сильно ли все изменилось сейчас?»

На следующее утро.

Еще до рассвета по всей столице королевства Зейв разлетелся свежий выпуск утренней газеты.

— Ах вы ж скоты недобитые!

Согласно разоблачительной статье, опубликованной со слов Ранги — официальной представительницы Арахны, — накануне состоялся весьма пикантный закрытый прием. И все бы ничего, вот только этот прием оказался извращенной БДСМ-вечеринкой, на которой одна из приглашенных эскортниц скончалась прямо в процессе.

В своем интервью Ранги заявила следующее: — Вполне вероятно, что верхушка Святилища поголовно поклоняется Сатане. Но, глядя на творимые ими бесчинства, я уверена: от их жестокости содрогнулся бы даже сам Сатана.

Ее показания пестрили шокирующими деталями, да и авторитет победительницы всемирного конкурса красоты не позволял просто так отмахнуться от этих слов.

И в довершение всего она добавила…

— В ту злополучную ночь моим личным партнером был не кто иной, как Гис — король Зейва, страны-организатора собрания Святилища.

Это был абсолютный контрольный выстрел в голову.

Сектор Зейва.

— Какого черта здесь происходит?! Куда, черт возьми, смотрела Арахна, почему они не заткнули эту девку?!

Майрон, советник короля, получив скомканной газетой прямо в лицо, торопливо затараторил.

— Похоже, они заранее все просчитали. Заручиться публичной поддержкой Широна Ариана — это стало для нас полной неожиданностью.

В статье прямым текстом указывалось, что Широн, Великая Звезда Башни Слоновой Кости, лично взял под контроль расследование этого инцидента. Это служило недвусмысленным предупреждением и актом давления на правителей всех остальных стран.

— Тьфу ты! У меня с самого утра от них кровь кипит!

Гис вовсе не был дураком, а потому прекрасно понимал, что ничего уже не вернуть.

Майрон тут же уловил смену настроения господина и принял подобающий вид.

— Приношу глубочайшие извинения. Уверяю, это больше не повторится. Я все улажу еще до захода солнца.

— Слишком поздно. Пресс-конференция назначена на три часа дня. Ты должен успеть до ее начала.

— Вас понял.

— И чтобы без осечек. У меня назначен обед, сразу после него я прибуду на место.

— Осмелюсь спросить, с госпожой Флу?

— И что с того?

— Вы уверены, что это благоразумно? Учитывая сегодняшнюю статью, вам сейчас стоит быть предельно осторожным в своих контактах…

— Что за чушь ты несешь? У меня в расписании десятки деловых обедов — прикажешь отменить их все? Если я сейчас начну прятаться по углам, это вызовет лишь еще больше подозрений.

— Но…

— Это тебе не какая-то там эскортница Ранги. Она секретарь Магической Ассоциации Тормии. Думаешь, если нас раскроют, на дно пойду только я? Тормия тоже окажется втянута в скандал. Так что не волнуйся, ничего не случится.

Сектор Тормии.

Урвав на сон едва ли пару часов, Флу умылась горячей водой, чтобы снять утреннюю отечность, и опустилась в кресло перед туалетным столиком. Прямо перед ней лежала раскрытая утренняя газета королевства Зейв.

«Так вот чего добивался Широн. Гис надежно загнан в угол. Значит, пришло время и мне взяться за дело».

Нанося на лицо увлажняющий лосьон, она внимательно вгляделась в собственное отражение. Рожденная женщиной, она не один десяток лет упорно оттачивала свои навыки.

«Но прежде всего я — профессионал».

Секретарь Магической Ассоциации, готовая без колебаний отдать жизнь за свою страну и свой народ.

«Отбросим лишние мысли. Во всем мире лишь я способна безукоризненно выполнить это задание».

Она обязана затянуть Гиса в свои сети.

Когда она наносила последние штрихи макияжа, агент из отдела Данте передал ей зашифрованную записку. «Гис. Пресс-конференция. 15:00». Скомкав бумажку и отправив ее в рот, она проглотила послание, после чего посмотрела в зеркало и холодно усмехнулась.

«И при всем этом ты все равно горишь желанием со мной встретиться?»

Вероятно, этот глупец полагал, что встреча с секретарем Магической Ассоциации не таит в себе никаких угроз.

«Типичный политический расчет. Но, Гис, ты крупно просчитался. Я не спорю, чтобы взобраться на этот трон, тебе пришлось поставить на кон все. Тебе приходилось пресмыкаться, втаптывать свою гордость в грязь и даже идти по головам собственной семьи».

Но великие мира сего падают с пьедестала по одной-единственной причине: когда в их разум проникает яд самоуверенности.

«Уж прости, дорогой мой, но то, что мы намерены развязать, называется войной».

Флу туго стянула волосы на затылке.

«Беспощадной войной без конца и края».

Главное управление Дельты.

Сариэль, с самого утра заваленная горами бумажной работы, краем глаза заметила идущего по коридору Ферми.

— Эй! Эй! Ферми!

На мгновение показалось, что он остановился, но затем Ферми продолжил шаг, всем своим видом показывая, что не расслышал окрика.

— Ах ты ж паршивец!

Сверкнув гневным взглядом, Сариэль решительно направилась к нему.

— Ты же обещал скинуть мне химическую формулу и рецепт производства ангела! Какого черта от тебя до сих пор ни слуху ни духу?!

— Извини. В следующий раз.

Коротко ответив, Ферми тут же вернулся к своим размышлениям.

«За минувшую ночь в шести государствах произошли покушения. Наверняка они пытаются скрыть это, задействовав наивысший уровень государственной секретности. Но как только исполнители начнут разгребать последствия, информация неизбежно просочится. Думаю, у нас есть в запасе около пары часов».

Иными словами, к моменту открытия лидеры всех государств уже будут в курсе происходящего.

«Если верить собранным данным, королевство Мун должно было пасть жертвой отката проклятия. Как же раздражает. Я сам хотел прикончить этого ублюдка».

В этот момент Сариэль резко дернула Ферми за плечо, разворачивая к себе.

— Эй! Ты меня вообще слушаешь?! Я же к тебе обращаюсь! Ты хоть представляешь, сколько пациентов сейчас!.. — но на полуслове она вдруг осеклась, почувствовав укол животного страха. — Эй, что с тобой?

Ферми вовсе не хмурился и не прожигал ее враждебным взглядом.

«В тот раз у него было точно такое же выражение лица».

Лицо не выражало ничего особенного, но от него исходило странное, почти осязаемое чувство, будто он готов был вот-вот разрыдаться. И именно это выражение лица…

«Вот почему я тебя…»

Всегда было единственной слабостью Сариэль перед Ферми.