«Что они, черт возьми, задумали…»

Стоило Сатане обнажить свою жажду крови, как командиры гвардий всех государств разом схватились за оружие.

«Если мы попадем под действие Исчезновения — нам конец. Атаковать сейчас, пока не поздно?»

Отрубить голову лишь за одно проявление враждебности означало бы спровоцировать скандал в будущем, но когда речь шла о Хавице, дело принимало иной оборот.

— Хм-м.

В тот же миг жажда крови Хавица бесследно испарилась, и он послушно зашагал к Уорину.

— Будет весело.

К счастью, обошлось без кровопролития, однако наблюдавшим за этой сценой стало лишь еще более жутко.

«Подавить сиюминутное желание ради куда большего наслаждения в будущем».

Воистину абсолютное зло.

Вскоре, в порядке прибытия, в главный зал вошли делегации Параса, Муна и Густава. Почувствовав, как атмосфера накаляется, лидеры других стран ради собственной безопасности поспешили покинуть помещение.

— Империя Чжэньтянь! Входят!

Вглядываясь в ряды процессии империи Чжэньтянь, прибывшей на закате, Широн искал глазами лицо Чжингана.

«Он еще больше осунулся».

Должно быть, все потому, что его дочь сейчас в Аду.

— Чжинган… Непростой человек.

К Широну подошел Альбино.

— Нет такой страны, которая не пострадала бы в этой войне, но они по-прежнему обладают самым большим населением в мире. Их мозговой центр — Космическое Управление Чжэньтяня. Говорят, им руководит женщина по имени Анчал. Разве вы не вместе учились?

— Да. Хоть Анчал и бросила учебу на полпути.

Альбино задумчиво погладил бороду.

— Система Трех Императоров рухнула, но этот мир все еще опирается на три великие империи. Скорее всего, остальные государства попытаются заключить союз с одной из них.

Широн уловил истинный смысл его слов.

— Да, я действительно знаком с правителем Чжэньтяня, но он не из тех, кто позволяет личным чувствам вмешиваться в дела.

— Как знать, как знать.

Смешок Альбино неприятно отозвался в ушах.

— А разве в этом мире бывает что-то, не замешанное на личных чувствах? Пусть на словах все делается ради великой цели, но и эта цель рождается в человеческом сердце. Разве мало способов загнать его в угол? Уж тем более, если за дело возьмешься ты.

— Господин Альбино.

Широн решил расставить все на места.

— Чжинган отправил собственную дочь в Ад. И его дочь спасла человечество. Разве эта жертва ничего не значит?

— Я не собираюсь с тобой ссориться.

Альбино оставался абсолютно невозмутим.

— Когда интересы столкнутся, выход так или иначе найдется. Итог будет достигнут без лишних криков и ссор — так же естественно, как смешиваются горячая и холодная вода. Вопрос лишь в том, кто в итоге выпьет эту воду. Ты участвуешь в собрании Святилища как представитель Тормии лишь потому, что здесь собрались люди, которых ты знаешь лучше всего. А значит, их проще контролировать.

— Я…

— Хочешь сказать, что дело в доверии? Неважно. В конце концов, каждый сам делает свой выбор. Будь твоя ценность исключительной, я бы тоже из кожи вон лез, чтобы добиться твоей благосклонности, но… — обернувшись, Альбино небрежно пожал плечами. — Кто знает, что может случиться?

Широн молча провожал Альбино взглядом, когда к нему подошел Руфист.

— Не бери его слова близко к сердцу. Как ни крути, он здесь для того, чтобы нести ответственность за будущее народа Тормии.

Его слова не могли быть иначе как холодными.

— Честно говоря, отчасти я с ним согласен. Я благодарен, что ты решил представлять Тормию. Да, было бы замечательно, если бы Яхве спас человечество. Но что будет потом? Вновь начнется грызня между государствами. И когда этот миг настанет, я не желаю видеть крах Тормии. Полагаю, он тоже это прекрасно понимает.

Руфист повернул к нему голову.

— Ты — ключевая фигура Святилища, обладающая самыми обширными и глубокими связями. В каком-то смысле тебя можно назвать тринадцатым государством. Честно говоря, я хочу использовать тебя. Если ты против, можешь отказаться, я пойму. Но... я бы не хотел, чтобы между нами проскальзывали слова о предательстве

В преддверии собрания Святилища этот вопрос необходимо было прояснить хотя бы раз.

«Предательство, значит».

Пока Широн пребывал в раздумьях, прибыла делегация королевства Айрон. Это было единственное государство, сумевшее сохранить монархию, пока Ферми подминал под себя 7 южных королевств.

— У них весьма рациональная политическая система. Все сходятся во мнении, что на собрании они не станут перетягивать на себя одеяло. В меру сильные, в меру гибкие, — констатировал Руфист.

Рядом с Басаком, королем Айрона, мелькнуло знакомое лицо.

«Шура из Совета Десяти Путей».

Она, некогда находившаяся на поверхности Луны вместе с Буддой, спустилась в этот мир.

Руфист тихо пробормотал: — И почему она выбрала именно Айрон?

— Наверное, из-за Берона.

Взгляд Широна потемнел.

«Дилемма Берона».

Способен ли человек изменить предначертанный исход?

«Такое подвластно лишь Богам. Но в самый последний миг Берон оставил крошечную вероятность».

Железный шип, вонзенный им в королевство Айрон, до сих пор глубоко сидел в самом сердце их законов.

«Итог, непоколебимый перед лицом причин. Пусть это и не более чем чистая, лишенная всяких оттенков воля».

Это была зацепка, ключ к тому, как можно противостоять Богам.

Далеко за полночь прибыли делегации племенного союза Юга и королевства Арахны, представляющего десять островных королевств.

— В этом собрании Святилища им не отведена главная роль. Однако за Югом стоит пристально наблюдать. За время войны там объединилось огромное количество племен. А это значит, что их разрозненный шаманизм слился в единую силу. Отчасти численность демонов там сократилась благодаря безумным выходкам Гаольда, но нельзя не признать: Юг — единственный регион, полностью очищенный от демонов.

— А что насчет Арахны? — поинтересовался Широн.

— Там полно красавиц.

Услышав столь краткую характеристику, Широн удивленно взглянул на Руфиста.

— Что? Я сказал что-то не то?

— Они славятся тем, что проводят всемирные конкурсы красоты. Но раз уж они вошли в число двенадцати стран Святилища, вряд ли их стоит недооценивать, верно?

— Ты кое-чего не понимаешь.

Руфист жестом указал на процессию Арахны.

— Говорят, что люди везде одинаковы, но за разными границами кроются разные философии. Это страна, которая десятилетиями возводила красоту в ранг науки. Их дети растут с мечтой о победе во всемирном конкурсе красоты. Иными словами, масштаб их кадрового резерва просто несопоставим с другими. И этот ресурс проник не только в политику Арахны, но и пропитал общество насквозь. Ходят слухи, что там невозможно заключить даже пустяковую сделку без участия куртизанки.

Широн тут же вспомнил Ранги.

— Значит, они действуют профессионально.

— Именно. Доступные кадры, накопленный опыт, обширная база данных… Для Арахны использование женских чар — это не сиюминутная уловка, а выверенная военная стратегия. И порой эти чары…

Лицо Руфиста тронула горькая усмешка.

— …Оказываются куда более мощным козырем, чем чертежи Элементальной Бомбы. В особенности на политической арене, так и кишащей воплощениями человеческих пороков.

Широн обвел взглядом роскошно украшенные кареты в процессии Аракне. Таких экипажей, каждый из которых мог без труда вместить с десяток человек, насчитывалось несколько дюжин. Руфист смотрел туда же.

— У них, скорее всего, с самого начала не было амбиций стать главной нацией. Однако им вполне по силам расшатать игровую доску, действуя из тени. Все, чего они хотят — это урвать для себя как можно больше выгоды.

Собрание Святилища, проводимое в королевстве Зейв.

«Кашан, Густав, Чжэньтянь».

Три империи.

«Айрон, Мун, Парас».

Традиционные державы.

«Тормия, Кесия, Корона».

Новые силы, впервые принимающие участие в собрании Святилища.

«Юг и Арахна».

Неизведанные переменные, чьи ходы пока невозможно предугадать.

«Все только начинается».

Врата распахнулись.

Покинув банкетный зал, Широн направился в сектор Тормии, как и было условлено заранее. Коридоры патрулировала усиленная охрана, и один из агентов Драконьего Грома проводил его к залу для совещаний. Войдя в помещение, охраняемое гвардией, он увидел Пони, Альбино, Руфиста и Флу, собравшихся вокруг стола.

— Вы меня искали?

— Хотел, чтобы ты поприсутствовал на брифинге. Мы тебя не отвлекли? — ответил Руфист.

— Вовсе нет.

Широн занял место за столом, а Флу направилась к лекционному стенду в передней части комнаты.

— Мы собрались здесь, чтобы перед началом собрания прояснить ключевые моменты. Итак, приступим к брифингу.

Достав указку, Флу обвела ей крупные буквы, выведенные на плакате.

— Святилище. Это международная коалиция, объединяющая самые влиятельные государства мира. Структурно Святилище делится на пять основных ведомств: генеральная ассамблея, военный отдел, социально-экономический отдел, религиозный отдел и международный трибунал. Как правило, когда говорят о «собрании Святилища», подразумевают именно собрание генеральной ассамблеи.

Кончик указки с легким стуком ударил по плакату.

— Военный отдел называют «Валькирией». Еще совсем недавно должность его главнокомандующего занимал Ируки Меркодин, выходец из Тормии, однако сейчас он отстранен от обязанностей из-за Эмоциональной Болезни.

Слово «увольнение» она тактично опустила.

— Во главе социально-экономического отдела стоит господин Смит, председатель международного фонда алхимии. Он родом из королевства Зейв.

— От него снисхождения ждать не стоит.

— Верно. Утешает лишь то, что после войны его полномочия были существенно урезаны. Религиозный отдел находится в юрисдикции Папы Церкви Лами, а полномочия международного трибунала целиком и полностью переданы штаб-квартире Красной Линии.

— А кто сейчас глава штаб-квартиры? Насколько мне известно, его избирают из числа бывших председателей Магических Ассоциаций разных стран, — вмешался Альбино.

— В данный момент эту должность занимает господин Сократ Бебето. В определенных кругах известен под прозвищем «Сытая Свинья». Он семь лет председательствовал в Магической Ассоциации республики Якма.

— Гаольд, должно быть, с ним знаком?

— Да. Я как-то сопровождала господина Гаольда на собрание бывших председателей Ассоциации, и, смею заметить, отношения у них не задались.

Руфист иронично усмехнулся.

— А с кем этот сумасшедший вообще может быть в хороших отношениях?

Флу продолжила доклад.

— К подведомственным структурам Святилища относятся всемирная климатическая организация, всемирная организация здравоохранения и всемирное управление связи. Делегации от каждого из этих ведомств будут присутствовать на завтрашнем мероприятии.

Сариэль тоже должна была прибыть, проделав путь без сна и отдыха.

— На этом общая сводка по структуре Святилища завершена. А теперь я перейду к самому главному — системе голосования.

Лицо Широна стало серьезным, и он внимательно вслушался в дальнейшие объяснения.

— Когда все запланированные мероприятия подойдут к концу, представители двенадцати стран соберутся для проведения одновременного голосования. Каждое государство обладает тремя правами. Первое из них — Ром.

На древнем наречии это слово означало «власть».

— Ром — это один голос, который можно отдать либо собственной стране, либо любой другой.

Голос по выбору.

— Второе право — Гарто. В переводе «благосклонность» — голос, который в обязательном порядке отдается другой стране. И здесь кроется важное правило: воздержаться или испортить бюллетень невозможно.

— Иными словами, этот голос нужно отдать в любом случае.

— Верно. В вашем распоряжении три бюллетеня, но это все еще единый процесс голосования. Любое нарушение правил расценивается как добровольный отказ от участия, и права аннулируются.

Флу перевела указку на третий пункт.

— И последнее — Темика. Право «подавления». Оно позволяет обнулить голос Ром, не использованный в пользу собственной страны, то есть тот самый голос, который был передан другой нации.

Широн тут же уточнил.

— Иными словами, если Тормия использует право Ром на саму себя, ни одно другое государство не сможет перечеркнуть этот голос с помощью Темики, так?

— Именно так. Если торговля голосами Ром станет слишком масштабной, аукцион потеряет всякие границы. Проще говоря, ты можешь продать свой балл кому-то другому, но тогда покупатель… берет на себя риск того, что этот самый балл может быть перечеркнут чужой Темикой.

Руфист кивнул.

— Выходит, все вращается вокруг Рома.

— Да. Государства вроде Арахны, у которых нет амбиций стать главенствующей нацией, наверняка попытаются сбыть это право по максимально высокой цене. Однако покупатели, помня о противовесе в виде Темики, вряд ли станут скупать голоса в открытую.

— Хм-м…

Пока присутствующие переваривали информацию, Флу продолжила.

— До самого момента голосования все двенадцать стран вольны свободно торговаться своими правами. Государство, набравшее наибольшее число голосов, с одобрения Папы объявляется страной-лидером. Математически максимум составляет двадцать три голоса, а минимум — ноль. Одно важное условие: право голоса закреплено исключительно за официальным представителем страны. Если в процессе лидер сменится, все договоренности его предшественника аннулируются.

Плечи Альбино затряслись от смеха.

— Кха-ха-ха, внезапная смена лидера, говоришь…

Казалось, что запах крови витает в воздухе уже сейчас.