Смертельный удар в самом начале схватки вышел у Лу Синя совершенно машинально.

До сегодняшнего дня весь его опыт сражений с одарёнными ограничивался стычкой с кукольником в посёлке Чёрной Воды, причём тогда он заранее изучил подробнейшее досье, где все сильные стороны и уязвимости противника были разложены по полочкам.

Но с Цинь Жанем дело обстояло иначе.

В материалах Отдела очистки его способности значились как неизвестные.

Поэтому, бросаясь в атаку, Лу Синь взвинтил бдительность до предела и даже не думал сдерживаться.

Он опасался, что главарь наёмников окажется слишком крепким орешком, а тот вдруг пал с одного удара.

И лишь расправившись с ним так легко и буднично, Лу Синь внезапно вспомнил об одной крайне неприятной детали.

...

Инцидент с особым загрязнением №041.

Исследовательский институт Лазурной Гавани до сих пор не сумел дать исчерпывающего объяснения тому случаю, но внешняя канва событий была известна: Цуй Ван убил Цинь Жаня, после чего сам превратился в него, а затем на него начали охотиться бесчисленные одержимые жаждой мести люди...

В конечном счёте на дне озера обнаружили источник загрязнения.

И к тому моменту он успел заразить уже восемь человек...

А началось всё именно с убийства Цинь Жаня.

Осознав свою оплошность, Лу Синь тут же попытался вернуть сердце на место.

Увы, было уже слишком поздно.

Крупные сосуды оказались оборваны, в грудной клетке зияла дыра размером с кулак, из которой ключом хлестала кровь.

Лицо Цинь Жаня стремительно бледнело, жизнь покидала его тело.

Лишь предсмертная ухмылка намертво застыла на остывающих губах.

Его полуприкрытые глаза немигающим, остекленевшим взглядом смотрели прямо на Лу Синя.

От этого взгляда внутри поднималось гадливое, тревожное чувство.

...

«Цинь Жань мёртв. Что же произойдёт теперь?» — глядя сверху вниз на труп, напряжённо думал Лу Синь.

В следующее мгновение, повинуясь внезапному наитию, он весь подобрался и одним прыжком отскочил назад на три-четыре метра.

На его глазах мёртвое тело Цинь Жаня начало стремительно меняться: прямо из трупа принялось прорастать дерево.

С виду оно напоминало самое обычное растение, чьи корни уходили глубоко во внутренности покойника. Наружу вытянулся ствол, который продолжил расти вверх и вскоре выпустил длинную лозу — вот только лоза эта извивалась, словно живая змея.

Вжух!..

Едва сформировавшись, плеть стрелой метнулась к Лу Синю, а её кончик разинулся наподобие пасти, усеянной острыми зубьями.

Скорость броска была чудовищной, почти как у выпущенной пули.

Но благодаря помощи младшей сестры реакция Лу Синя оказалась ещё быстрее: слегка качнув головой, он легко увернулся от выпада.

Однако зубастая лоза даже не подумала останавливаться и продолжила стремительно удлиняться, устремившись дальше — туда, где метрах в двадцати позади Лу Синя в тени домов жалась толпа местных жителей, вооружённых тяпками и ножами.

Плеть с ходу намертво обвила стоявшего в первом ряду мужчину.

Почуяв неладное, Лу Синь бросился наперерез и одним рывком разорвал стебель пополам.

Но было поздно: отсечённый конец уже успел опутать горожанина.

Неподвижное лицо мужчины с приклеенной улыбкой вдруг исказилось: глаза закатились, обнажая сплошные белки, после чего глазные яблоки словно провернулись в глазницах на полный оборот, снова показав зрачки.

Вот только теперь эти зрачки с лютой ненавистью вперились прямо в Лу Синя.

— Чжан Сыхо, ты посмел погубить меня... — булькая горлом, невнятно прохрипел житель.

Его взгляд горел неутолимой злобой. Выкрикивая второе имя Цинь Жаня, он тем не менее смотрел непосредственно на Лу Синя.

Издав дикий вопль, мужчина взмахнул зажатым в руке серпом и неуклюже ринулся в атаку.

В его помутнённом восприятии Лу Синь явно занял место самого Цинь Жаня.

Глядя на спотыкающегося безумца, Лу Синь не стал убивать его, а лишь слегка сместился в сторону и отступил на два шага.

В его памяти вихрем проносились все подробности дела об особом источнике загрязнения №041. Тогда превратившийся в Цинь Жаня Цуй Ван столкнулся с точно таким же кошмаром: за ним приходили мстители, и стоило убить одного, как на смену ему являлись двое новых, удваиваясь с каждым разом...

Поэтому Лу Синь прекрасно понимал, что убивать этого «мстителя» ни в коем случае нельзя.

Однако прежде чем он успел придумать, как обезвредить нападавшего, тот вдруг сам замер на месте.

Словно испугавшись невероятной проворности противника, горожанин сделал всего два шага и остановился.

Затем, не сводя с Лу Синя полных ненависти глаз, он поднял серп и одним движением полоснул себя лезвием по горлу.

— Чжан Сыхо, я всё равно убью тебя... — Из рассечённой глотки со свистом вырывался воздух, превращая голос в жуткое, леденящее душу шипение: — Даже если сдохну сам, я непременно отправлю тебя на тот свет...

...

«Самоуничтожение...»

Увидев эту картину, Лу Синь мгновенно вспомнил ещё одну деталь из отчётов.

По словам превратившегося в «Цинь Жаня» Цуй Вана, когда число охотившихся за ним мстителей достигло четырёх, он побоялся убивать их дальше и просто запер под замком. Однако те четверо, осознав, что добраться до цели не выйдет, тут же принялись терзать и пожирать друг друга, тем самым завершив цикл «мести» и «гибели» и запустив новый виток заражения.

Выходит, этот житель, поняв, что ему ни за что не одолеть Лу Синя, покончил с собой ради перехода на следующую стадию?

Пока он размышлял об этом, проросшее из трупа Цинь Жаня дерево выпустило уже два новых побега. Оба стебля, извиваясь параллельно друг другу подобно змеям, стремительно метнулись к толпе горожан.

На этот раз Лу Синь перехватил их на полпути и разорвал в клочья, не позволив дотянуться до людей.

Но отрубленные куски лозы, словно обладая собственной волей, продолжили полёт по инерции и впились в двоих стоявших с краю жителей.

Секунду спустя оба заорали проклятия и, свирепо глядя на Лу Синя, принялись яростно кромсать друг друга.

Сердце Лу Синя неприятно ёкнуло.

Даже разорванные на части, эти побеги сохраняли остаточную жизнеспособность.

При таком огромном радиусе поражения им ничего не стоило дотянуться до новых жертв и заразить их.

Остановить подобное загрязнение чисто физическими методами казалось попросту невозможным.

Единственным выходом было срочно расчистить площадку вокруг, лишив монстра доступного материала для заражения.

Но беда заключалась в том, что вокруг столпилась прорва обитателей Счастливого Городка, напрочь лишённых чувства страха. Даже видя кипящую перед ними схватку и глядя на то, как трое их соседей сошли с ума и покончили с собой, они продолжали тупо стоять на месте, более того — постепенно сжимали кольцо...

«До чего же бестолковый народ...»

Подумав об этом, Лу Синь вспомнил второе из трёх главных правил схватки между одарёнными:

«Сам бой никогда не является решающим фактором победы — всё решает подготовка к нему».

Неужели Цинь Жань выбрал для укрытия именно Счастливый Городок как раз из-за этой странной особенности местных жителей?

...

Пока Лу Синь анализировал ситуацию, из дерева вытянулось уже четыре лозы.

Сам проросший из трупа «ствол» стремительно раздавался ввысь и вширь: с изначального метра он вымахал уже вчетверо. Его поверхность напоминала свежеосвежёванную багровую плоть, а хлещущие во все стороны плети покрылись ярко-красной змеиной чешуёй, распуская вокруг себя густую сеть тончайших отростков.

В нос ударил густой, тошнотворный запах крови.

Между тесными рядами домов эхом прокатились бесчисленные фантомные вопли, рыдания, яростная брань и пронзительный визгливый хохот.

Хаотичное сплетение незримых ментальных усиков накрыло пространство в радиусе нескольких десятков метров.

...

Дзинь-крах!..

В тот самый миг, когда кровавое древо принялось безудержно разрастаться, охватывая всё большую площадь, с обратной стороны крайнего ряда домов донёсся звон разбитого стекла.

Следом темноту резанули яркие лучи фар, и четыре мотоцикла на полной скорости рванули вверх по склону холма.

Судя по всему, подручные Цинь Жаня, смекнув, что дело пахнет керосином, решили бросить главаря и дать дёру.

Изгибаясь всем телом, Лу Синь бросился к ближайшим жителям городка и принялся в охапку зашвыривать их внутрь пустых домов — раз уж эти болваны не догадывались прятаться сами, приходилось спасать их силой. Бросаться в погоню за удирающими мотоциклистами сейчас было некогда.

Не прекращая раскидывать людей по укрытиям, он свободной рукой выхватил из мешка ракетницу и выстрелил в небо в сторону холма.

Ослепительная сигнальная ракета взмыла ввысь, озарив окрестности и крыши городка ярким светом.

Лу Синь знал, что Геккон увидит сигнал и перехватит беглецов, тогда как ему самому предстояло разобраться с Цинь Жанем здесь.

...

«Как же прервать этот процесс?»

Опустив ракетницу, Лу Синь резко вскинул голову и уставился на то, что недавно было трупом наёмника.

Мышцы его напряглись в готовности броситься вперёд и попросту разорвать тело источника в клочья.

Однако стоявшая поодаль Мама предостерегающе покачала головой:

— Если разорвёшь его сейчас, только поможешь загрязнению разлететься ещё шире...

Лу Синь прищурился и придержал за руку младшую сестру, которая уже в нетерпении рвалась в бой.

Он сразу понял, о чём говорит Мама. Ментальные монстры хоть и вели себя как живые существа, по своей сути оставались сгустками загрязнения. Пока их масса — то есть ментальный уровень — невелика, их можно легко уничтожить грубой силой.

Разорванные на куски, слабые сущности теряли способность поддерживать форму и бесследно рассеивались в воздухе.

Но когда концентрация энергии перешагивала определённый порог, простое расчленение уже не убивало тварь, а лишь делило её на два самостоятельных источника загрязнения.

И тогда скорость распространения заразы Цинь Жаня могла вырасти вдвое.

«Но если его не рвать...»

Нахмурившись, Лу Синь снова посмотрел на монстра.

Тот разрастался буквально на глазах.

Его ментальное поле накрыло уже больше тридцати метров вокруг, а на ветвях семи-восьмиметрового древа из плоти и крови покачивалось восемь созревших человекоподобных «плодов». Исполинское плотоядное растение яростно извивалось, размахивая живыми человеческими торсами, точно ловчими щупальцами.

Тем временем из темноты к Лу Синю со всех сторон бежало уже шестнадцать обезумевших горожан с оружием наперевес.

Сценарий в точности повторял инцидент №041.

Вот только скорость развития аномалии на сей раз оказалась несравнимо выше.

Пауз между волнами заражения практически не было.

При одинаковой природе загрязнения масштаб угрозы отличался на несколько порядков.

...

«Как помешать ему заражать местных жителей?»

«Почему в этот раз процесс идёт намного быстрее?»

«Что случится, если всё-таки уничтожить труп Цинь Жаня в основании дерева?»

«Каким способом можно покончить с ним раз и навсегда?»

Лу Синь лихорадочно перебирал варианты в уме, но ответа не находил.

Он бросил взгляд на Маму: её тонкие брови были сдвинуты, она явно ломала голову над той же задачей и пока не видела решения.

Может, позвать на помощь Отца?

Едва подумав об этом, Лу Синь тут же отмёл эту идею — сейчас был совершенно неподходящий момент.

Он слишком хорошо знал крутой нрав Отца: тот не станет терпеть назойливых «мстителей», путающихся под ногами, а просто перебьёт их всех до единого.

С таким характером Отец станет для Цинь Жаня лучшим союзником.

Он в два счёта перекрошит всех заражённых и тем самым лишь многократно ускорит рост кровавого древа...

...