Лу Синь и Геккон вместе с Мамой и Младшей сестрой вышли на шумную центральную улицу посёлка.

На первый взгляд здесь было куда оживлённее, чем на унылых и безжизненных улицах города-спутника. По обеим сторонам дороги тянулись торговые лотки со всевозможными товарами: кусками мяса неизвестного происхождения, живыми тварями в клетках или просто на верёвочной привязи. На нескольких прилавках открыто лежали груды огнестрельного оружия, а сами торговцы, обмотанные пулемётными лентами и обнимающие винтовки, вовсю расхваливали свой товар:

— Наши пушки хороши, наши пушки хоть куда!

— Бьют без осечки, для грабежа на большой дороге — самое то!..

Вдоль размытой грязной дороги раскинулись огромные шатры, рядом с которыми стояли кричащие рекламные щиты.

Какой-то ведущий в нелепом пёстром наряде с микрофоном в руке выплясывал дикие, гротескные танцы под ритмичную музыку.

Рядом с ним стояла клетка, в углу которой съёжилось тощее мелкое человекоподобное существо, с ног до головы покрытое чёрными перьями. Оно сидело совершенно неподвижно и лишь слегка вздрагивало, когда по прутьям клетки пинали ногой.

Ведущий же продолжал приплясывать и вопить в микрофон во всё горло:

— Подходите, посмотрите! Билет всего десять монет! Дитя в кувшине, пернатый человек-курица, мутант времён Катаклизма, женщина-змея с человеческой головой... Любые монстры на ваш вкус! За десять монет вы не прогадаете и не останетесь в дураках, всего за десятку вам откроется невиданный мир!..

Прохожие на улице тоже выглядели весьма колоритно. Большинство носило старую, потёртую, но добротную и прочную одежду. Сейчас в посёлке за стеной стояла довольно прохладная погода, однако многие намеренно шли нараспашку, выставляя напоказ заткнутые за пояс пистолеты.

У некоторых дверей, обвитых гирляндами неоновых ламп, курили ярко накрашенные женщины.

Их маленькие глазки с тёмными кругами под ними то и дело оценивающе шарили по прохожим.

Стоило кому-то встретиться с ними взглядом, как они хрипло кричали:

— Попробуешь? Обслужим по высшему разряду!

Попадались и щуплые парни, которые подпирали столбы и зазывали каждого встречного:

— Попробуешь? Тарелка фруктов в подарок!

Под их липкими взглядами Лу Синю стало не по себе, и он спросил у Геккона:

— Чем это они занимаются?

Геккон мельком глянул в их сторону, с притворной скорбью покачал головой и ответил:

— Честным трудом, газеты продают...

«Вот он какой, мир за стеной?»

Лу Синь, разумеется, понимал, что Геккон несёт чушь. Не то чтобы он никогда такого не видел — подобный промысел существовал и в городе-спутнике.

Он спросил лишь потому, что никак не ожидал увидеть в посёлке Чёрной Воды мужчин, промышляющих этим ремеслом.

Молча шагая по улице и разглядывая царящую вокруг суету, он мысленно вздохнул.

Этот мир разительно отличался от того, что остался внутри защитного периметра. В городе тоже имелись подобные улочки, но там в основном торговали овощами да всякой мелочью, а уличные зазывалы не вели себя так нагло. В целом атмосфера внутри стен казалась несколько гнетущей и подавленной, тогда как здесь жизнь била ключом.

После прихода Красной луны мир всегда оставался таким: порядок и хаос, словно две параллельные линии, развивались одновременно по обе стороны стены.

Мир снаружи, безусловно, таил в себе смертельную опасность и жестокость, но в то же время дарил ощущение безумной, почти абсолютной свободы.

Возможно, именно это чувство и манило сюда определённый сорт людей.

Поэтому, даже несмотря на вполне сносные материальные условия внутри Обнесённого стеной города, многие всё равно предпочитали оставаться снаружи.

...

— Братишка, так где те, кого мы ищем? — спросил Геккон, который к этому моменту уже успел нацепить свои огромные солнцезащитные очки.

На дворе стояла ночь, и пусть улица ярко освещалась фонарями, в тёмных очках вряд ли можно было хоть что-то нормально разглядеть. Непонятно, что вообще творилось у него в голове.

Услышав вопрос, Лу Синь поднял взгляд.

Добравшись наконец до такого оживлённого места, Младшая сестра тут же умчалась неизвестно куда.

Мамы рядом тоже не оказалось, но стоило Лу Синю поднять глаза, как он неизменно замечал её силуэт вдалеке.

То она замирала у небольшого лотка, словно любуясь грудами дешёвых украшений, то стояла на пустынном тёмном углу, указывая рукой в определённом направлении.

Следуя подсказкам Мамы, Лу Синь шаг за шагом пробирался сквозь плотную толпу, медленно продвигаясь вперёд.

— Что будем делать, когда найдём их? — поинтересовался он у напарника по мере приближения к цели.

Геккон нахмурился и настороженно огляделся по сторонам, явно испытывая лёгкое напряжение.

Он прекрасно помнил, что они с Лу Синем выбрались сюда ради выслеживания членов Ордена Рыцарей.

У противника наверняка имелось тяжёлое вооружение, да и самих одарённых насчитывалось трое.

— По-хорошему, нам бы сперва уведомить местного босса. Слыхал я, заправляет тут человек по прозвищу Змея, и под началом у неё весьма внушительный вооружённый отряд. Она ведёт активную торговлю с нашей Лазурной Гаванью и считается кем-то вроде вассала, так что по логике должна пойти нам навстречу, — нахмурившись, тихо рассуждал Геккон. — Но отсюда до Лазурной Гавани всё-таки неблизкий свет. К тому же все эти ублюдки за деньги родную мать продадут. Я не уверен, что спрятавшиеся здесь одарённые уже не успели с ними спеться. Если мы сразу раскроем свои карты, то рискуем спугнуть добычу и лишь сыграем им на руку. Впрочем, разобраться с ними в самом посёлке должно быть проще, чем в открытой степи. Как-никак, при входе сюда при себе оставляют только пистолеты...

Лу Синь коротко кивнул:

— Тогда сначала найдём их, а там посмотрим.

Он вполне разделял опасения Геккона. Заправилы мест вроде посёлка Чёрной Воды частенько лебезили перед Обнесёнными стеной городами на словах, а за спиной творили свои тёмные делишки. Если они решили укрыть беглецов, то вполне могли устроить какую-нибудь пакость. Однако если сначала вычислить преступников, а уже потом поставить местных перед фактом, тем придётся вести себя смирно — иначе любые фокусы будут расценены как открытый вызов Лазурной Гавани.

За этим разговором они пересекли шумную улицу и вышли к двум рядам перестроенных трёхэтажных зданий. Лу Синь увидел, что Мама уже стоит у входа в игорный дом и с улыбкой оглядывается на него.

Всё поняв, он повернулся к Геккону:

— Зайдём глянем!

— Ты что, перекинуться в картишки решил или как? — слегка опешил Геккон при виде вывески игорного зала, но тут же поспешил следом.

— Чего надо? — стоило им подойти ко входу, как навстречу поднялись двое рослых мордоворотов со свирепыми лицами.

Лу Синь молча шагнул внутрь, а Геккон задрал подбородок и рявкнул:

— Раз уж припёрлись сюда, сам-то как думаешь, какого рожна нам надо?!

С этими словами он вытащил пухлую пачку купюр, помахал ею перед их носами и сунул обратно в карман.

Увидев деньги, громилы сразу потеряли к ним интерес, лишь покачали головами и уселись обратно.

Лу Синь вошёл прямо в главный зал игорного дома, и в лицо ему тут же ударила густая, сбивающая с ног волна смрада.

Это была сверхтяжёлая обонятельная бомба, смешанная из табачного дыма, перегара, едкого пота и прочих непередаваемых миазмов. Навстречу им выплыли молодые девицы в крошечных бикини и с белыми заячьими ушками на макушках, прижимавшие к груди подносы с сигаретами и выпивкой.

Барабанные перепонки разрывались от дикого гвалта: кто-то орал «Больше!», кто-то вопил «Меньше!», со всех сторон неслось: «Я сказал, ставь на больше!», «А я говорю — на меньше!», «Пошёл ты к чёрту!», «Сам катись!», «Тьфу на тебя!», «Тьфу, пропасть!», «Ты на кого харкаешь, падаль?!», за чем следовал грохот переворачиваемых столов и звуки глухих ударов.

...

Оказавшись в заведении, которые он обычно так жаловал, Геккон тем не менее мгновенно стер с лица привычную дурашливую ухмылку.

Каким бы несерьёзным балагуром он ни казался в обычное время, он прекрасно отдавал себе отчёт, зачем они сюда явились.

Им предстояло выследить не просто рядовых членов Ордена Рыцарей, а троих одарённых. И самое главное — сейчас они находились далеко от Лазурной Гавани, где их спины прикрывал Отдел очистки от особого загрязнения. Пусть город и обладал колоссальным влиянием в окрестных землях, но случаи, когда отправленные в командировку сотрудники самых разных ведомств бесследно исчезали или находили свой конец в виде обглоданных трупов посреди Пустошей, происходили сплошь и рядом.

Стоит лишь раз потерять бдительность — и следующим станешь ты сам.

Сделавшись предельно собранным, он покосился на Лу Синя и тихо спросил:

— Они здесь?

Лу Синь кивнул, пронзая взглядом беснующуюся толпу и глядя на плотно закрытую дверь в глубине зала.

Геккон положил ладонь на рукоять пистолета на поясе и с осторожностью уточнил:

— Каков план?

Лу Синь слегка скосил глаза и машинально задумался над его словами.

Младшая сестра уже крутилась рядом: сейчас она сидела на корточках прямо на краю соседнего карточного стола, с живым интересом наблюдая за чужой игрой, и явно горела желанием сама раскинуть партейку. Мама же стояла у самой дальней двери с изящной сумочкой в руках и нежно улыбалась ему.

За этой дверью, скорее всего, скрывались те самые люди из Ордена Рыцарей, по чьей вине в Лазурной Гавани погибло столько народу...

Покачав головой, Лу Синь произнёс:

— План не нужен.

Договорив, он широким шагом подошёл вплотную к двери и с размаху ударил по ней ногой.

Бах!

Дверь слетела с петель со страшным грохотом.

Люди, сидевшие внутри вокруг длинного, сдвинутого из нескольких частей стола за игрой в карты, разом повернули головы на звук.

Лу Синь спокойно обвёл взглядом присутствующих. Всего в комнате находилось семь человек: пятеро резались в карты за столом, а две девушки с заячьими ушками прислуживали им. Среди собравшихся не оказалось человека с внешностью Цинь Жаня, однако взгляд Лу Синя зацепился за мужчину в красном костюме, сидевшего напротив входа у самого окна. Постепенно в его голове сложилась ясная картина.

В этот самый миг мужчина высоко занёс руку с тремя картами, собираясь с размаху бросить их на сукно.

При виде вошедшего Лу Синя его лицо едва заметно застыло.

...

Глядя на него, Лу Синь медленно расплылся в улыбке и произнёс:

— Ты сначала доиграй ход, я не тороплюсь.